Рубин I
Шрифт:
Рубин остановила руку у губ Ордериона. Их изменения никак не коснулись. По-прежнему чувственные с правильным контуром они в тот момент казались ей олицетворением самого греха.
Почему ее не пугало все то, что она видела? Почему это пугало других? Молодой мужчина, стоящий перед ней, по-прежнему был красив. Каждая из черт его уникального лица по-прежнему была идеальной, и нос… нос, который раньше казался длинным, теперь укоротился и превратился в идеально подходящий его лицу. Алые глаза дарили яркий свет и предупреждали, что в этом
Палец скользнул к его губам, проводя подушечкой и надавливая, словно проверяя предположения Рубин о том, что они теплые и мягкие. О да… Они именно такие…
— Глупцы те, кто видят в тебе чудовище, — зашептал ее голос. — Ибо не знают они, что настоящие чудовища прячутся в них самих.
Принц чуть наклонился вперед, будто намереваясь ее поцеловать, но тут же остановился, одергивая себя. Неужели все еще думает, что она может испугаться? Или сам пугается того, что в ней нет страха перед ним?
Рубин встала на носочки, и сама потянулась к его губам. Их взгляды встретились, и в ярко-алых всполохах маны отразилась насыщенно-синяя гладь. Ордерион коснулся ее губ первым. Ласково. Без напора. Только обозначая намерение углубить поцелуй. И Рубин закрыла глаза, отвечая на его порыв.
Волна возбуждения поднялась по телу, когда его язык проник внутрь. Мурашки слились в тонкие ручейки, струящиеся по коже. Волнение охватило грудь, вздымающуюся при каждом вдохе. Рубин беззастенчиво исследовала, сминала и пробовала на вкус. И ей нравилось то, что она испытывала! Боги, как же ей это нравилось!
Пальцы заплутали в шелке его багрово-черных волос, стягивая с них ленту и отбрасывая ее в сторону. Пряди тут же рассыпались по плечам Ордериона, пряча их лица от всего мира.
Разве может быть поцелуй таким сладким? Столь тягучим и, одновременно, властным? Сурими не рассказывала Рубин об этом. А пьяные губы мужа целовать не хотелось. Да и вряд ли бы с Атаном она когда-нибудь смогла испытать нечто подобное. Ведь чудовище, жившее внутри него, Рубин чуяла издалека.
Руки Ордериона снова оплели ее талию, поднимая вверх и отрывая от земли. А Рубин все не останавливалась, будто надеялась, что сможет парить в воздухе вечность и наслаждаться только его губами, страстно целующими ее в ответ.
Девичий смех заставил обоих замереть. Голоса людей вдалеке.
— Смотрите, вон парочка! — загоготал какой-то юноша.
Рубин и Ордерион, не сговариваясь, повернули головы в их сторону. Группа молодых ребят и девчонок вышла на противоположный берег озера. В руках они держали ведра и удочки.
— Сейчас раздеваться начнут! — крикнул другой.
— А тебе бы только подсмотреть! — смеялась одна из юных дев.
Ордерион поставил Рубин и быстро коснулся знака на груди, меняя внешность. Поднял с земли ленту и завязал волосы в хвост. Рубин тоже поспешила привести свою косу в порядок и повернулась
Принц подошел ближе к берегу и прокричал:
— С добрым утром! Как нам добраться до ущелья Гразоль?!
— Так это, — ответил один из них, озеро обогните и поднимитесь наверх! Тропой выйдете к Гразолю!
— Благодарю! — Ордерион махнул рукой.
— Дяденька, а коли мы вас проводим, награду дадите?
— У вас питье и еда с собой есть? — спросил Ордерион.
— Ото ж! — крикнул один из них.
— Даю два седоула за завтрак и провожатого!
Юноши тут же загомонили, явно радуясь своей удаче.
***
Рубин старалась с местными юнцами не разговаривать. Она внимательно слушала, какие вопросы им задавал Ордерион, и уплетала весьма вкусный хлеб.
— И как давно отряд воинов из Белого замка снялся с Гразоля? — Ордерион передал Рубин флягу с водой.
— Да две недели уже как, — пожал плечами один из ребят. — Симона, когда твой батя вместе с замковыми воинами ушел? — он обернулся к одной из девчушек, на вид лет двенадцати.
— Две недели как, — она пожала плечами. — То третий день был, как вести из замка нехорошие пришли.
— Что за вести? — Ордерион старался мило улыбаться.
— Так это, — ответил другой юнец, — оба ж принца сгинули! Атан и Орде!
Рубин поперхнулась водой и закашлялась. Ордерион погладил ее по спине, призывая к спокойствию.
— Атан и Орде? — переспросил Ордерион.
— Да. И принцесса чужеземная вместе с ними, — закивала Симона. — Из Турема. Говорят, страшная как смертный грех была. И на тот свет за собой сразу двоих наследников Луара утянула.
Рубин откашлялась и сжала челюсти, стараясь себя в руках держать. Теперь, оказывается, она не только страшная, но еще и виновна в том, что пропали принцы.
— А как пропал принц Орде? — спросил Ордерион.
— Да кто его знает! — третий юноша взмахнул удилищем, забрасывая крючок в воду. — Рони из соседнего Поса говорил, что сначала пропали Атан и эта туремская королевна. Потом из замка отправили отряд на поиски. И те тоже сгинули в лесах. А потом уже стало известно, что в отряде том сам принц Орде был. В общем, нечисть всех забрала. Где-то через неделю после того прискакали чужаки из замка Туремского. Делебаты.
— Делегаты, — поправила его Симона.
— Да Дхар с ними, этими деле-что-то там. Они тоже пытались свою королевну искать, но все без толку. Луар их принял и на замке вывесили траурные черные флаги.
— То есть принц Атан исчез три недели назад? — Ордерион сощурился.
— Выходит так, — пожал плечами первый парень.
Ордерион повернулся к Рубин. Она уже поняла, что они где-то три недели времени потеряли. Сначала принцесса пяти дней в лесу не досчиталась. А теперь вот…
Рубин пригубила еще воды и вытерла рот рукавом платья.