Рубеж

Эдвардс Джанет

Лукас забрался на стол и заговорил:

— К данному моменту все должны осознавать, что подростковая игра «Синий подъем» вызывает проблемы по всему улью. В то время, как большинство подростковых игр не выходят за пределы домашней зоны и набирают, максимум, порядка пятнадцати тысяч игроков, «Синий подъем» распространился по улью и вырос до пугающих тридцати тысяч участников.

Он всплеснул руками.

— Размеры «Синего подъема» не представляли проблем, пока командир игры раздавал разумные задания. Сейчас они превратились

из разумных в безрассудные, а лидеры игровых групп получают бонусы за привод новичков в технические районы. Участники подростковых игр от природы склонны к риску, поэтому предупреждения об опасности «Синего подъема» лишь добавят ему привлекательности. Золотой командир Мелизенда отдала нам приказ закрыть игру, и сделать это нужно как можно скорее.

Лукас помолчал и оглядел аудиторию.

— К счастью, мы, очевидно, обладаем исключительно хорошей квалификацией. Пора признаться. Не могли бы те, кто играл в подростковые игры, поднять руки?

Я не удивилась, когда в альфа- и бета-группах взлетел лес рук. Адика тоже поднял свою и хмурясь смотрел на Рофэна.

— Ты совсем не участвовал в подростковых играх? — потрясенно спросил лидер ударников.

— Меня приглашали несколько раз, — чопорным тоном ответил Рофэн, — но я отказывался вмешиваться в такое мятежное мероприятие, как проникновение в запретные районы улья.

Лукас рассмеялся.

— Конечно, тебя не интересовали подростковые игры, Рофэн. Твоя семья входила в общество бродяг. Нарушение границ внутри улья не слишком возбуждает, когда ты делаешь гораздо более мятежные вещи, отправляясь в походы во Внешку.

Я, наконец, заметила несколько поднятых рук вне ударных групп. Одна особенно привлекла мое внимание. Ее хозяйка со смущенным выражением на лице стояла в разношерстной административной группе.

Я недоверчиво охнула.

— Меган, ты участвовала в подростковых играх?

— Лишь изредка, — обороняясь, сказала она. — Мой друг на подростковом уровне увлекался играми, но не любил руководить группами. Когда ему временами требовалась помощь в планах, он брал меня с собой.

Адика, казалось, поразился даже больше, чем я.

— Ты никогда не упоминала, что была игроком.

Меган вспыхнула.

— С чего бы? Я забыла о подростковых играх, когда тринадцать лет назад прошла лотерею.

Лукас явно сдерживал смех. Я связалась с его разумом, чтобы понять причину веселья, и обнаружила цепочку мыслей о Меган.

«…непреодолимо тянет к доминантным, любящим риск мужчинам. На подростковом уровне она встречалась с игроком. Затем вышла из лотереи с Китом и через два месяца связала жизнь с членом ударной группы. Когда ее мужа убили, она перешла в наш отряд и быстро сблизилась с Адикой».

«Муж Меган обладал заметным сходством с Адикой, поэтому я полагаю, что и приятель принадлежал к тому же физическому типу и…»

Адика нахмурился.

— Ты и об этом друге не упоминала. Где он сейчас?

— Лотерея

направила его в оборону улья, — ответила Меган.

О, нет. Наш лидер ударной группы не испытывал проблем в отношении мертвого мужа, который отдал жизнь на службе улью, но живой приятель вызвал у него приступ ревности. Мне лучше быстро перевести разговор, пока…

— Любопытно, сколько из наших игроков достигли ранга полковника, — проговорил Лукас.

Остались лишь восемь рук. Адика не опустил свою. Вместе с ним держали руки Кейден, Матиас, Илай и Зак из альфа-группы и Амир и Йош из бета-группы. Все они недоверчиво смотрели на Меган.

Лукас опять боролся со смехом.

«…никогда бы не догадался, что наша степенная Меган была когда-то полковником в подростковой игре. Она не могла бы достичь такого ранга случайной помощью своему приятелю. Должно быть, одурела от него и целыми днями ползала по вентиляции. К сожалению, это вызовет у Адики еще более…»

— Ты была полковником? — потребовал ответа Адика.

— Только в последних двух играх, — виноватым тоном проговорила Меган.

— Дважды в ранге полковника! — захлебнулся Илай. — Верхотура, Меган!

«… и все становится лишь хуже. Адика выглядит так, словно готов взорваться».

— Спасибо, участники подростковых игр, — поспешно сказал Лукас и повернулся к тактической группе.

— Теперь, пожалуйста, поднимите руки все, кто был командиром игр.

Слова Лукаса шокировали меня. Я вынырнула из его головы, сосредоточилась на тактической группе и увидела, что Гидеон, Халли и Карим подняли руки.

— Вы были командирами! — Я укоризненно посмотрела на них.

Гидеон улыбнулся.

— Не смотри так испуганно, Эмбер. Так же, как члены ударной группы часто являются участниками подростковых игр в прошлом, тактики имеют опыт их проведения.

Я в отчаянии всплеснула руками.

— Но почему вы хотели управлять подростковыми играми?

— Забавно проверять пределы своего разума, играя в гигантские шахматы непредсказуемыми человеческими фигурами, — сказал Карим. — Но не беспокойся. Тактики в прошлом занимались хорошо управляемыми играми и держали опасность в разумных пределах. Они никогда не причиняли проблем улью.

— Полагаю, Карим был дико успешным командиром игры, — хмуро заметил Гидеон. — А я — катастрофой. Я пытался управлять двумя различными играми. И в обоих случаях все игроки уходили в первые шесть недель.

— Конечно, уходили, — сочувственно отреагировал Карим. — Ты специалист по защите. Ты так старался избегать в своих играх нарушения границ и привлечения внимания властей, что игроки считали задания скучными.

Он скривился.

— У меня возникла противоположная проблема. Моя игра привлекла слишком много участников, и я не справлялся с рутиной присвоения наградных баллов. Халли — наш математик и наверняка пользовалась помощью техники.