Рожденный в CССР. Часть 1

Колесов Дмитрий Александрович

Засим мы и раскланялись.

А в нашем институте кипели нешуточные страсти. Раздача слонов, обещанная Александром Михайловичем, способствовала приросту рабочего энтузиаста сотрудников и лавине разнообразных слухов, витающих в воздухе отдела.

А в нашем секторе все было спокойно и деловито. Работа шла по плану - аврал остался в старом году и установки "Восток"и "Восток-2"(надпись собезьянничали ребята в августе 1961 года, когда я был в отпуске) работали в непрерывном двух недельном режиме. И после двух недель работы отключались для регулярного профилактического обслуживания. А в научном плане делить нам было нечего, кроме своих цепей и регулярных премий от начальства. Гегемоны, однако.

Я решил не брать

учебный отпуск на сдачу зачетной и экзаменационной сессии. Учебный план я выполнял и зачеты сдал в срок, а экзамены не представляли для меня трудности. Лена изрядно меня натаскивала по экзаменационным предметами и в этой реальности я с удовольствием учился на лирика. Кроме этого, она, как ярко выраженная максималистка, решила добиться от меня идеального английского произношения. И стала одновременно ставить меня произношение, как русских, так и английских слов. Это было ужасно и я всячески манкировал ее занятия произношением, но она меня настигала... в постели.

Я даже подумал, что в этом случае французский язык был бы много уместнее. Но доводить эти мысли до Елены опасался, так как это мое предложение могло быть принято.

Деньги выигранные в подпольном тотализаторе, разлетались с космической скоростью. Я, еще в 1960 году, разделил эти деньги примерно на три равные части: одну часть положил Сане на депозитный вклад до достижения им совершеннолетия, на вторую часть денег закупил (с приличным избытком) строительные материалы для достройки дома, а третью положил на несколько счетов в различные сберкассы. Подумав, я решил, что не стоит зря "собак дразнить", а именно служащих сберкасс крупной суммой денег у молодого парня.

Вскоре траты на дом потребовали денег положенных на счета и они стали иссякать - милый дом поглощал деньги быстро и в больших количествах. Пришла пора подумать о припрятанном золоте, хотя и очень не хотелось с ним связываться. Но не выкидывать же его и вообще я не Деточкин, даже наоборот - натуральный бло... бандит в прошлом будущем.

Материалы, оборудование и реактивы для переработки золотого шлиха в золотые слитки я постепенно натаскал с работы. А теперь в цоколе дома, наряду с планируемой сауной, оборудовал маленькую... ювелирную мастерскую. В ней я подготавливал оборудование для литья металлов, обработки поделочных камней и огранки полудрагоценных кристаллов. Баловался я этим еще в бывшей реальности - хобби такое было у меня. Саня был в курсе моих задумок и сгорал от нетерпения, а как же - смотреть за добротной работой иногда лучше, чем за текущей водой и огнем.

Я рассчитывал организовать сбыт ювелирки, исключительно, среди своих. Чтобы можно было и своим людям услужить, и цену держать удовлетворительную. Пусть она и будет ниже средней розничной. Но при этом возрастала вероятность попасться в поле зрения правоохранительных органов. Нужен был надежный посредник. Я решил свои самопальные ювелирные изделия оформлять под контрабанду из Европы, Востока и Индии (там вообще самопала - море).

Как я уже отмечал - баловался я ювелиркой еще в той реальности и совсем не ради денег - делал презенты друзьям, подругам. В бывшей моей реальности денег мне хватало и от бандитской деятельности. Обычный набор: азартные игры, пьянка, телки, сауна - меня не прельщали. Поэтому свободное время у меня занимали тренировки... по профессии и ювелирка. Инструмент у меня подобрался классный, но вот импорта почти не было. Все делал по собственным эскизам у отличных, еще советских мастеров. Это была высококлассная ручная работа и платил я им за нее - по совести. Может это им помогло в бандитские девяностые... хотя бы не много. Так, что и теперь не было проблемой, по памяти сделать эскизы и постепенно размещать халтурку среди производственных заданий сектора. А куда мне торопиться?

Для легального функционирования мастерской нужно было получить заказ на поделочные

изделия от Художественного фонда СССР. Для последующей реализации этих изделий через салоны - магазины фонда. И тогда проблема легализации мастерской и моей работы будет фактически решена. У каждого есть свое хобби. Не так ли?

Заключить договор с Художественным фондом мне помогла Розалия Иосифовна Вайсберг - старший преподаватель производственного обучения у воспитанниц детдома. Естественно, что именно через нее я планировал, в дальнейшем, сбывать свои изделия из золота. Для Худфонда я сделал несколько авторских работ из бронз разной цветовой гаммы - прекрасно имитирующей и золото разных оттенков, и серебро. Идеи авторских работ я украл из будущего своей реальности, что неоднократно делал в том самом будущем. Се ля ви - ремесленников много, а художники наперечет.

Саму идею изготовления безделушек, на продажу через Худфонд, я реализовал благодаря Михаилу, уже преподавателю МГИМО. У него, по моему, везде были друзья-приятели. Есть такие легкие в общении люди, с которыми приятно и необременительно иметь дело. Даже, если это дело бывает очень серьезным. Людей, такого психотипа, обычно очень много среди профессиональных мошенников. Специфика профессии.

Миша меня привел в отдел декоративно-прикладного искусства одного из музеев Москвы и познакомил с сотрудником этого музея. Я снял оттиски с нэцкэ (миниатюрная японская скульптура), хранящихся в запасниках музея, прямо за столом на котором друзья праздновали свою встречу. Конечно, стол им "накрыл" я, но мне пришлось уйти из подвала хранения запасных экспонатов и оставить Мишу с другом на малом празднике жизни. Ведь, быть за рулем - это тоже образ жизни.

Так я, некоторым образом, легализовал свою домашнюю мастерскую. И довольно неожиданно, нэцкэ отлитые из мельхиора, пошли на ура в художественном салоне. А так, как я отливал изделия на современном, для этой реальности, оборудовании, то за вечер я мог сделать приличный комплект изделий. Покапала денюжка и не малая.

На следующем этапе своей ювелирной деятельности, я выполнил представленные в Худфонд "мои" авторские работы в серебре и золоте, а затем подарил их мадам Вайсберг. И теперь наши отношения из чисто деловых - перешли в ранг дружески-деловых. А это другой уровень. Вопрос с присутствием отсутствия денег был решен положительно и теперь хрен с ним, послереформенным повышением цен. А страстью к накопительству я никогда не был заражен.

Однако я хотел, вернее мечтал, приобрести какую-нибудь развалюшку в Крыму, на берегу самого Черного моря. Привести ее в порядок и отправлять на отдых в Крым Анну Павловну с Танюшкой. Эдак месяца на три четыре. А уж я, за это время, попробую доказать Лене, что я гожусь не только для постельных утех, а и для совместной жизни.И вполне могу стать другом и опорой в этой самой, семейной жизни. Оформить этот домишко я хотел на Лену, так как тогда вопросов: "Откуда деньги?" - не должно было последовать. Кто из посторонних мог знать, что все сбережения и многие ценные вещи семьи высокопоставленного дипломата ушли на лечение отца и мамы Елены? Вот же времена... постоянно возникает вопрос по теме, которую нужно раскрыть бдительной общественности - откуда деньги. Даже если этот вопрос и не задан вслух - иначе не избежать пролетарского гнева.

Двадцать третьего февраля я напился. В той жизни, после ухода в отставку я напивался каждый год именно 23 февраля(даже когда бросил пить окончательно), но сам не искал приключений на свою задницу. Главное было оставить меня в покое и не лезть с душевными разговорами о службе, жизни и тем более о войне. Я пил, а периметр вокруг меня держали мордовороты "крестного отца", не подпуская ко мне охочих поговорить по душам. Которые конечно были. Как же, сидит майор и один, в парадной форме и при всех регалиях, вот сейчас я ему расскажу, как мы русские...