Рожденный в CССР. Часть 1

Колесов Дмитрий Александрович

В следующие две недели я разъезжал по Москве и Подмосковью с Галиной, на своем газике со снятыми задними сиденьями, грузясь и выгружаясь и опять грузясь. А вот в Ленинград съездили на грузовике и набили его полностью - особенно в ГОИ (Государственный оптический институт). Там же взяли вакуумную напылительную установку, а ведь в заявке ее не было - раз и еще АМ привлекает к работе ограниченный круг людей - два. Похоже он проникся ситуацией и лично решил возглавить процесс, а это дорогого стоит.

В конце мая тепловой узел был опробован и отожжен, шихта отпрессована в таблетки и отожженна на воздухе. Тигель из вольфрама наплавили шихтой с максимальной осторожностью.

За три раза, но без "переливов" и добавили активную добавку из расчета сотая процента позиций иттрия и понеслась...

Сначала затравливались на вольфрамовую проволоку, потом я визуально, выбрал в получившемся кристаллике ось четвертого порядка отрезал вдоль нее кусочек кристалла и начал затравливаться на него. И постепенно уточнял ориентацию по симметрии внешней огранки выращиваемых кристаллов. Работали неделю без перерывов, я привлек к росту и Галину, и Валеру - они менялись, а я спал в шихтовой часов по пять в сутки. В первой установке прогнали концентрационную серию с неодимом в четыре образца. Во второй установке вырастили два кристалла с оптимальной концентрацией неодима, полученные були обрезали с торцов и отполировали на просвет. Из них вырезали заготовки для элементов - получилось восемь штук и если загенерят хотя бы два - все будут счастливы. Когда заготовки скруглили получили три элемента диаметром 3х30 мм, и пять 2.5х25 мм. Просветлили торцы... ну по качеству не фонтан конечно, но что-то есть. Самое интересное, что всю неделю к нам никто не заходил- да... нет более забобонных технологов, чем ростовики. Мои напарники принимали все происходящее, как обычную работу, потому что "не копенгаген". Ну аврал и что...так надо.

Вообще процесс выращивания кристаллов методом Чохральского скорее - шаманство, чем технология. Как говорил, еще в том времени, мой учитель: "У нас нет мелочей, так как сам процесс состоит из тысячи мелочей". И не иначе. Все записи велись в двух журналах. Составы шихты нумеровались и их знал только я. Этим я преследовал две цели скрытность и оценку точности последующего количественного анализа. Ведь коэффициенты распределения неодима я знал назубок - десять лет работы ростовиком не шутка.

А далее было, как в шпионском романе: в понедельник они пришли утром...

Мы как раз успели вычистить камеры, навели порядок в ростовом зале и я отпустил ребят отдыхать - у каждого по недели отгулов набралось, по совокупности. Вытяжка продолжала работать и я задумавшись пропустил момент, когда начальники зашли в зал. Только очнулся от раздумий на вопрос заведующего отделом:

– Ну и как успехи Найденов?

Я подошел к сейфу и достал футляр с отделениями для полированных образцов пластинок и элементов, все они были в бумажных пакетах и пронумерованы, а из кармана халата достал список с расшифровкой, где в углу было написано: единственный экземпляр.

После недельных раздумий я решил не шифроваться, ожидать удобного момента - знал как у нас в Союзе медленно запрягают и решил пойти ва-банк.

Начальники, брали образцы осторожно, как судьбу, внимательно рассматривали каждый, а элементы прямо гладили.

– Где остатки после резки, - спросил Александр Михайлович и я передал ему, также нумерованные пакеты с обрезками буль.

– А остатки расплавов, - это уже спросил Вячеслав Васильевич и получив их от меня и продолжил, - Галина и Валера, что знают?

– Ничего, - кивнул я.

– Ты можешь все это, как-то объяснить?
– спросил АМ.

Я отрицательно помотал головой, а что взять с убогого.

– Как планируешь свою дальнейшую деятельность?
– продолжил расспросы начальник Отделения.

–

Хочу стать журналистом и готовлюсь поступать в МГПИ на русский язык и литературу. В институте прошу предоставить возможность работы в ночные смены. Буду растить кристаллы и учиться, - написал я.

Они смотрели на меня с жалостью, как-будто я только что разбил дорогую и хрупкую вазы мечты своей жизни, а мне было по ...фиолетово.

По-моему все прошло, как задумано.

– Ну, что же парень - это твоя жизнь, - сказал Александр Михайлович.

А я попросил разрешения у ВВ отбыть домой и ушел вежливо попрощавшись, опечатав сейф, установки и ростовой зал своей печатью. Вообще и здесь мавр сделал свое дело... У этих ученых хватка, как у бульдогов и схватив мясо, они своего не упустят и посторонних не подпустят.

Глава 9

Когда я "появился на горизонте" у Елены, а если проще сказать подъехал к парадному входу в МГПИ - от нее на меня обрушился девятый вал негодования:

– Ты думаешь головой или что у тебя там? На носу экзамены, а ты пропускаешь занятия неделями.

Я опустил, как говорится очи долу (вот и пригодилось занятие русской литературой), изобразив крайнее смущение. По жизненному опыту знаю, что сейчас перечить и оправдываться - абсолютно бесполезно. Пока разгневанная женщина не выскажется - нужно молчать. Но уже то, что Лена меня сейчас разносила с небывалым усердием - грело мне душу. Похоже я был ей не безразличен... вернее - не совсем безразличен. Надеюсь.

Следует отметить, что в "рабочий запой" я с внешним миром все же общался - Саня звонил мне по телефону и я конспиративно давал ему инструкции. А несколько раз он приходил на проходную института и вызывал меня к себе по внутреннему телефону. Да и я, в конце концов, пару раз подъезжал на обеденные занятия к Елене.

Кстати, Саша в конце каждой недели отдавал Анне Павловне запечатанный конверт с платой за занятия со словами: "Иван велел передать". И Новиковы не отказывались, так как нуждались в деньгах, а отрабатывали их по максимуму и даже более того. С тем как репетиторы стригли капусту в моем будущем их работу и не сравнить.

А когда на Родоницу я взял отгул и мы все отправились на кладбище помянуть старшего Новикова, где привели захоронение в полный порядок, то теперь Анна Павловна брала деньги, как принесенные в дом с получки. Разве,что заначку не искала. Шутка юмора.

А время и в правду поджимало, никак уже конец мая, а там, почти через месяц - экзамены. Да и конкурс в МГПИ, даже на заочное отделение - совсем немалый.

В отделе, Вячеслав Васильевич лично возглавил сектор выращивания монокристаллов (пока из трех человек) и нас ожидали перемены, как в штатном расписании, так и непосредственно по работе - время воли закончилось. Я был уверен, что в обмен на кристаллы (уникальные в настоящее время) и предложение совместной работы - отдел оснастится полным комплектом оборудования для вакуумного напыления. Это было естественно, органично и необходимо. В тоже же время создание установки для исследования генерационных свойств лазерных материалов, широком интервале температур - являлось сверхзадачей. Так как исследование люменисценции - это одно, а вот генерация когерентного излучения - это посложнее на порядок. Я уже не говорю про исследователей режимов генерации - специалистов работающих непосредственно с лазерным излучением - нелинейных оптиков. Их еще нет в принципе - по крайней мере нужной квалификации