Рожденные ползать
Шрифт:
Кроха окончательно понял, что «кина — не будет». Нервное напряжение постепенно отпускало. В тесноте шкафа начали затекать ноги. От пыли и нафталина все время хотелось чихать. Положение было совершенно дурацким и Сергей молился, чтобы сосед поскорее ушел. Еще не хватало, чтобы Кульман стал свидетелем его идиотского поступка.
Однако, вместо этого, Михаил Аркадьевич внезапно спросил:
— У вас, Жанночка, телевизор работает?
— Работает. А что?
— Там сейчас чемпионат, наши с итальянцами играют. Почти уже заканчивают.
— А у вас, что же, не работает?
—
— Так вам может быть, и книжка была нужна только, как предлог?
— Ну, что вы, право обижаете своими подозрениями. Не волнуйтесь, я только одним глазком. Только счет. Да, кстати, что это за запах у вас в квартире? Будто бы горит что-то?
— Да, ради бога, включайте. Действительно, запах… Сейчас гляну на кухне.
Сергей теперь и сам почувствовал явный запах гари. Причем источник горения находился где-то рядом с ним. «Сигарета! — мелькнула запоздалая мысль, — «Где моя сигарета?! Я ведь в спешке забыл затушить ее и так с ней и прыгнул в шкаф. Где же она?!»
Крохоборцев начал лихорадочно копаться в куче одежды, пытаясь в темноте обнаружить окурок. В это время раздался Жаннин голос с кухни:
— Нет, здесь все в порядке — ничего не горит. Михаил Аркадьевич, может быть, вам чайку?
— Спасибо. Я бы не хотел вас затруднять никоим образом.
— Абсолютно никаких затруднений. Я все равно сама собиралась почаевничать.
— Ну, может быть, чуть-чуть. Совсем капельку.
Кроха ковырялся в шкафу, стараясь не шуметь. Запах становился все сильнее, что показывало, что он на правильном пути. Отодвинув в сторону зимнее пальто, Крохоборцев, наконец, увидел малиновое пятно тлеющего огня прямо посередине его старого свитера. Получив подпитку кислорода, пламя моментально вспыхнуло, осветив тесное пространство шкафа.
В это время из кухни вышла Жанна с небольшим чайником и двумя чашками. Она поставила их на стол и стала наливать заварку. Сообразив, что сейчас начнется пожар, Сережа схватил горящий свитер. Обжигаясь, с воплями боли он выскочил из своего убежища и метнулся к туалету, сунув одежду под струю воды.
— Ай! — раздался крик Михаила Аркадьевича, вскочившего со стула. На его штанах, в районе промежности, расплывалось влажное пятно.
Жанна, наконец, пришла в себя. Горячая заварка давно уже наполнила кружку гостя и теперь коричневым ручейком струилась по скатерти, стекая на брюки доцента. Вместо извинений, она молча ткнула пальцем в ту сторону, где только что исчезла столь знакомая ей фигура. Михаил Аркадьевич, отряхивая влагу с одежды, посмотрел туда же, потом выдавил из себя:
— Это же, кажется, ваш муж?
В ответ девушка неуверенно кивнула головой.
— Постойте, но он же у вас
— Служит…, — подтвердила Крохоборцева и обессилено опустилась на стул.
— А что он тогда делал в этом шкафу?
На Жанну было жалко смотреть, она только хлопала глазами и что-то пыталась сказать.
— А, может, он дезертировал? — тон соседа стал подозрительным. — А, что, я читал в газете, как одного недавно поймали. Его жена больше тридцати лет в погребе прятала, еще с войны. Шкаф, конечно, не погреб, но ведь и сидит он еще не так долго.
Предположение Михаила Аркадьевича, мгновенно привело Жанну в чувство.
— Вы что, ума сошли? Что вы такое говорите! — возмутилась она.
— А как вы можете все это объяснить?
— Не знаю! Сейчас вернется, мы его самого спросим.
Внезапно раздался стук, который шел со стороны балконной двери. Они одновременно вздрогнули и повернулись на звук. За стеклом в темноте маячила какая-то фигура, призывно машущая рукой. Девушке, на какое-то мгновенье, стало плохо с сердцем. Ей показалось, что на балконе стоит Сергей, две минуты назад исчезнувший в туалете. Преодолевая страх, она подошла поближе и вздохнула с облегчением. Это была их соседка Света — жена Михаила Аркадьевича. Жанна открыла балконную дверь и впустила ее.
— Так, — та хозяйским взглядом огляделась вокруг. — Кульман, ты, во сколько должен был быть дома? — в минуты раздражения она всегда называла мужа по фамилии.
— Светочка, — сразу засуетился гость. — Я сейчас все объясню. Я зашел на минуточку. Только счет посмотреть.
— Ага. Как, с самого утра зашел, так до сих пор и смотришь!
— Нет, я весь день был на работе.
— Я туда уже три раза звонила, не было там тебя. Застукала вас, голубки! Видишь, как перепугался.
— С чего ты решила, что я перепугался?
— А ты на штаны свои посмотри.
— Светлана! — заорал доцент. — Немедленно прекрати разговаривать со мной в таком тоне! Это совсем не то, что ты думаешь.
— Ах, совсем не то! А что же это тогда, Михаил Аркадьевич? А ты, Жанка, тоже хороша. Подружка, называется. Мало тебе студентов. Уже и на преподавателей перешла. Причем, на чужих!
Крохоборцева имела достаточное время, чтобы прийти в себя и теперь ее голыми руками взять было не просто:
— Да, сто лет он мне не нужен! Тоже мне нашлась девственница — святая дева Мария. А ты забыла, как пыталась у меня Сергея отбить? Почти до самой свадьбы мне нервы трепала. Я не знаю, может, и сейчас еще надежды не теряешь. Постой, постой…
Неожиданная мысль пришла ей в голову.
— А, ты давно ли на балконе стоишь? — поинтересовалась Жанна.
— Какая тебе разница? — огрызнулась Света. — Только вышла на балкон, случайно в ваше окно заглянула, а тут они воркуют. Даже полсигареты выкурить не успела. Не до курения стало!
— Что же ты тогда дрожишь? От холода?
— От нервов. С таким мужем и соседкой последние потерять можно!
— Врешь, ты давно там стоишь! Уже замерзнуть успела. Расскажи нам лучше, чем вы здесь занимались с Сергеем до нашего прихода?