Рожденные ползать
Шрифт:
— Здорово, значит, будем служить вместе!
— Конечно, — отозвался Бармин. — Добро пожаловать в 666-ый истребительно-бомбардировочный полк, имени двухсотлетия взятия Бастилии — самый бардачный в Прибалтийском округе и его окрестностях.
— Постой, но мне сказали, что меня отправляют в самый лучший полк округа, — растерялся я.
— Не волнуйся, тебя не обманули. Он и есть лучший…по аварийности.
— Ну, спасибо, обрадовал… А почему название такое странное — «Дурасовка»?
— Говорят, это в честь первого командира гарнизона. Его фамилия была — Дурасов, — проинформировал меня Алик и хитро улыбнулся. — А еще говорят,
Переговариваясь, мы подошли к автобусной остановке, которая находилась прямо напротив магазина. Вскоре подъехал переполненный «Икарус» и мы с Аликом с трудом втиснулись внутрь.
Через каких-нибудь минут десять, наш транспорт прибыл на конечную остановку. Пассажиры не спеша, выходили, и я огляделся вокруг. Прямо передо мной находилось небольшое здание, напоминающее обыкновенную заводскую проходную. Вплотную к нему примыкали зеленые железные ворота с большой красной звездой. Это был контрольно-пропускной пункт гарнизона.
Народ спокойно проходил через двери КПП, не предъявляя никаких документов. Возле входа стоял низкорослый солдатик, азиатской внешности, с голубыми погонами и штык-ножом на ремне. Не обращая ни на кого внимания, он сосредоточенно ковырял землю носком заскорузлого кирзового сапога.
Глядя на ряды колючей проволоки, окружавшие гарнизон, я неожиданно даже для себя самого спросил:
— А это правда, что полк, ну того …двести лет… как в Бастилии?
— Про двести лет не знаю, — усмехнулся Алик. — Но следующие два года ты здесь будешь сидеть плотно, как шпала в гудроне. Это, я тебе обещаю.
Через КПП проехала грузовая машина. Солдат изо всех сил налег на створки, закрывая ворота. Хлоп! Они закрылись с лязгом захлопнувшегося капкана.
Алик Бармин происходил из семьи, по преданию, ведущей свой род от знаменитого зодчего Бармы — строителя собора Василия Блаженного. После школы Бармин поступил на механический факультет Рижского Института Инженеров Гражданской Авиации, который, забегая вперед, окончил с красным дипломом.
В институте Алик быстро завоевал уважение, как хороший и надежный друг. Если кому-нибудь требовалась помощь с курсовиком или нужно было перехватить пару рублей до стипендии, все шли к нему. Он никогда никому не отказывал. Бармин имел только один недостаток — не имел никаких недостатков. Товарищи по общежитию изо всех сил пытались исправить несчастного, но, увы. Несмотря на все усилия, они не смогли даже привить ему естественную для каждого человека привычку — любовь к спиртному.
Во время учебы Бармин познакомился с рижанкой, студенткой местного Политехнического Института. После короткого, но бурного романа, он женился. Здесь ему повезло дважды. Во-первых, жена оказалась прекрасной хозяйкой и великолепно готовила. Во-вторых, она окончила свой политех раньше Алика, и благодаря этому, тот получил свободное распределение, как супруг молодого специалиста.
После непродолжительных поисков, Бармин устроился мастером механического цеха на завод «Компрессор». Конечно, воевать с работягами было удовольствием ниже среднего, зато была возможность халтурок и сверхурочных. А самое главное, ему удалось остаться в Риге. Он поселился на квартире у жены, вместе с тестем и тещей, которые искренне любили своего зятя, в
Через некоторое время, супруга оповестила о своем интересном положении, и вся семья начала радостно готовиться к прибавлению семейства. Жизнь текла плавно, спокойно и даже благополучно, пока однажды вечером, Алик не обнаружил в своем почтовом ящике белый прямоугольник. Это была повестка, о призыве лейтенанта запаса Бармина, на действительную воинскую службу. Подобный поворот судьбы не входил в его планы. Однако, подумав, Алик решил, что, все, что не делается — делается к лучшему. Здесь, тоже были свои преимущества. Во-первых, можно подзаработать немного деньжат. Во-вторых, ребенку будет целых два года, когда он вернется из армии, а значит, не придется вставать к нему по ночам. Бармин хмыкнул и пошел сдаваться в райвоенкомат.
Мой товарищ проводил меня до штаба полка, по дороге показав офицерскую гостиницу, где он проживал. Здание штаба оказалось большим двухэтажным строением, явно сооруженным еще в пятидесятые. На входе стоял такой же вооруженный штык-ножом солдат, как и на проходной гарнизона. В этот раз он внимательно проверил мои бумаги и позвонил кому-то. После короткого разговора по телефону, дежурный попросил следовать за ним. Мы поднялись на второй этаж по лестнице, покрытой старым, изрядно потертым красным ковром. Остановившись около оббитой кожей двери с табличкой «Начальник штаба полка», солдат негромко постучал и, не дожидаясь ответа, толкнул дверь, пропуская меня внутрь.
Из-за стола, навстречу мне, поднялся коренастый подполковник со значком «Летчик-снайпер» на груди. Запинаясь и тщательно подбирая военные слова, я доложил причину своего неожиданного визита. Начштаба полка, улыбаясь, протянул руку. Рукопожатие было крепким и энергичным, что сразу мне понравилось.
Как и следовало ожидать, наш разговор был недолгим. Подполковник поздравил меня с прибытием, пожелал мне успешной службы и определил во вторую эскадрилью. По окончанию беседы, он обещал прислать за мной кого-нибудь из моего нового руководства, а пока, предложил пойти перекусить.
Столовая находилась рядом со штабом и включала в себя два отдельных помещения. Одно предназначалось для летного, другое — для инженерно-технического состава. На дверях, во избежание ошибки, висели соответствующие таблички.
В техстоловой, я оглядел просторное помещение и, не найдя никаких признаков раздачи, буфета или что-нибудь подобного, скромно опустился за крайний столик. Стены пищеблока были покрашены до половины темно-зеленой краской, верхняя часть — побелена. Столики на 4-6 человек, застеленные довольно чистыми белыми скатертями, с лежащими на них приборами. Столовая была почти пуста, лишь в дальнем от меня углу, обедали двое офицеров.
«Похоже на ресторан», — успел подумать я, как вдруг, откуда-то появилась молодая девушка в белом переднике.
— Слушаю вас, — произнесла она приятным голосом.
— Меню попросить можно? — осведомился я.
Глаза официантки удивленно распахнулись:
— Зачем? Я наизусть помню. Могу перечислить.
— Хорошо, — согласился я. — Только как у вас с ценами?
Глаза девушки видимо достигли своего максимально возможного размера.
— Вы что молодой человек с Луны свалились? Или издеваетесь? И вообще… Что-то я вас раньше никогда здесь не видела.