Роза
Шрифт:
– Джефф пользуется своей рукой, как кнутом, с тех пор как он вернулся домой. Я знаю, тебе неприятно, что я говорю об этом, но у меня больше нет сил сдерживаться! Он заставляет тебя защищать его, не давая сблизиться с близнецами, хотя ты очень этого хочешь. Ты говорил, что твой отец был эгоистом. Джефф, такой же! Не прерывай меня, – сказала Роза, почувствовав, что Джордж хочет заговорить. – Я молчала, пока не лопнуло мое терпение! Нечего его лелеять и нежить! Ты должен освободиться от него! Пусть тонет и выбирается
– Я знаю.
– Почему ты не скажешь ему?!
– Он мой брат. Я не могу повернуться к нему спиной.
– И поэтому ты поворачиваешься спиной к самому себе, другим братьям и ко мне! Ты позволяешь ему делать всех несчастными.
– Ты не вернешься назад из Остина, да?
– А ты хочешь, чтобы я вернулась?
– Да.
– Почему? Только, пожалуйста, не говори о моем умении готовить и убирать! Пичес Макклауд сделала бы это лучше.
– Пичес не сделает и половины того, что делаешь ты!
Почему он не может так говорить всегда? Почему, чтобы сказать что-то хорошее, ему понадобилось ждать момента, когда она уезжает?
– Возвращаться было бы бессмысленно, ничего не изменится: я останусь янки, у Джеффа не будет руки, ты будешь по-прежнему мечтать, как бы уехать отсюда!
– Ты нужна нам, и не ради твоего умения готовить. Ты помогла нам стать семьей!
– Пока Джефф не узнал, что я янки!
– Ты нужна Заку. Я раньше не понимал, как маленькому мальчику нужна женщина, которая заботилась бы о нем.
Иногда Розе, как сейчас, хотелось что-нибудь сделать с ним, вытрясти из него всю душу. Почему он никогда не думает о ней? Или о себе? Может ли он вообще не думать о своих братьях, даже когда его мысли посвящены себе?
– Я очень люблю Зака, – сказала Роза, – он восхитителен, но я не могу вернуться сюда просто для того, чтобы у него была мама. Если вы хотите этого, пусть кто-нибудь из вас женится!
– Это невозможно.
– Знаю, близнецы еще слишком молоды, Джефф слишком злой, а ты ненавидишь женщин. Извини, Джордж, но я не хочу больше поднимать твою семью! Я старалась, но больше не могу!
– Я не испытываю ненависти к женщинам.
– Но ты категорически против женитьбы, а это одно и то же!
– Ты мне очень нравишься… Если бы не… Если бы все было по-другому!
– Нет, все так, как есть! Ты взвалил на себя тяжкую ответственность за свою семью и, кроме того, связан каким-то страхом, от которого у тебя стынет кровь в жилах, едва ты только подумаешь о женитьбе!
– Что ты хочешь сказать?
– Я не глупа, Джордж. Ты абсолютно нормальный мужчина, со вполне нормальными потребностями и желаниями. И не говори мне, что тебе не хочется иметь жену и семью: без этого ты никогда не будешь счастлив. Ты вбил себе в голову, что не подходишь для женитьбы, что тебе противна всякая ответственность, но это
Опять она сделала это: проговорилась, когда надо было помолчать. Но ей теперь нечего терять! Ничего не изменится, если на этот раз Джордж, взбесившись, выбросит ее отсюда. Она все равно уезжает!
– Ты приехал, чтобы заботиться о своей семье, потому что сам хотел этого, и остался здесь потому, что тебе это необходимо! Ты взял к себе под крыло даже меня. А сейчас у тебя появился еще Солти, и ты думаешь взять несколько бывших солдат конфедерации. Ты человек, который не может жить без подопечных. Они делают тебя сильнее.
– Ты ошибаешься! Не знаю, с чего это ты взяла!
– Ты можешь лгать самому себе, но я не желаю слышать этой лжи!
– Хорошо, я не буду лгать. Я не хочу, чтобы ты уезжала! Я здесь для этого, чтобы попросить тебя изменить свое решение.
Роза почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног: она уже смогла разжечь костер гнева и отчаяния в своей душе, но Джордж так легко сбил ее с толку!
– Почему ты хочешь, чтобы я осталась? Не говори о Заке, о ком-нибудь еще: именно ты!
Роза тут же пожалела, что спросила об этом. Возможно, что единственной причиной были его братья… Она подумала, что не перенесет этого.
– Ты мне нравишься, – признался Джордж. – Наверное, ты всегда мне нравилась. Я восхищаюсь твоей энергией и смелостью!
– Достаточно о восхищении. Ты не испытываешь простого, непроизвольного чувства?
– Мое восхищение усиливает симпатию к тебе, – сказал Джордж, повторяя свои слова. – Я слишком хорошо знаю цену смелости, чтобы не придавать ей значения!
– Хорошо, тебе нравится моя смелость и энергия. А во мне самой тебе ничего не нравится?
– Но это и есть ты. Ты не была бы собой без этих качеств!
– Наверное, я ошибалась, – отвлеченно произнесла Роза, – и ты абсолютно не подходишь для мужа!
– Ты хочешь услышать от меня, что ты красивая, что я постоянно думаю о тебе, что единственное, чего я хочу – это быть с тобой, прикасаться к тебе?
– Да, – она выдохнула это слово из своей души. – Любая женщина хочет услышать это от мужчины, которого она…
– Она – что? – спросил Джордж.
– Скажи до конца то, что ты хотел, – опередила его Роза, нельзя было говорить, что она его любит. Она не сделает этого.
– Самым трудным для меня было держаться на расстоянии от тебя. Не представляешь, сколько раз я хотел дотронуться до тебя, хотел…
– Продолжай, – попросила Роза, – я никогда не думала, что ты чувствовал такое. Джордж подошел к ней ближе.
– Ты очень красивая женщина, Роза. Мне будет мало всей жизни, чтобы рассказать, что я пережил за это время, пока ты здесь!