Роза севера
Шрифт:
Интересно, откуда все это? Ведь кто-то должен доставлять. Хотя с золотом и серебром, чтобы расплатиться, проблем явно нет.
Он взял учебник географии, хотя главное внимание в нем уделялось скорее геологии. Еще толстую книгу местного автора — исторический роман о переселенцах в Белогорье. Записали Варламова в библиотеку без проблем: достаточно было сказать, что живет у Кеменя. Больше в городке делать было нечего. Варламов вернулся домой и стал изучать учебник географии.
Первым делом отыскал схематическую карту Восточной Сибири.
Скрипнула дверь, и вошел Кемень. Некоторое время глядел на увлеченного Варламова, потом взял у него книгу, закрыл и отложил в сторону.
— Это лишнее, — твердо сказал он. — Не надо верхним людям много знать о нашем мире. Мало ли что. Я сам верну в библиотеку.
Вторую книгу он полистал и вернул, снисходительно сказав: — Беллетристика.
— Когда поезд? — обиженно спросил Варламов.
— Завтра утром.
В общем, разговор сегодня не клеился. Похоже, Кемень получил нагоняй за то, что откровенничает с незнакомцами. Варламов стал читать роман — начинался с того, как во времена Петра I на Урал переселяли крепостных людей…
Вернулся довольный отец Вениамин.
— А церковь-то у вас старообрядческая, — сказал он. — Хорошо, что Московская патриархия со староверов запрет сняла. Я уж и крестился по-вашему, двоеперстием. Это тоже не возбраняется.
Похоже, отец Вениамин не терял надежды вернуть прежний сан.
— Молодежь в церковь почти не ходит, — сухо заметил Кемень.
Пообедали картошкой с салом, потом Кемень исчез по своим делам. Отец Вениамин порыскал по городку и вернулся разочарованный.
— Водку нигде не продают, только кагор. И бабы уж больно неприступные.
Впрочем, уговорив бутылку кагора, он, довольный, раскинулся на лавке и вскоре захрапел.
Варламов почитал, как измывались Демидовы над работными людьми, как приковали одного под землей, и к тому явилась Хозяйка. Походило на сказы Бажова…
Настал вечер, солнце на минуту показалось над горизонтом, как раскаленный медный круг…
Утром после завтрака отправились на станцию. Поезд в этот раз оказался длиннее, вагоны разделены на купе. Одно и заняли путники. Когда поезд втянулся в туннель, Варламов спросил у Кеменя:
— Как все-таки копают эти туннели? И стены… у нас используют железобетонные кольца, а тут никакого крепления, но стены будто оплавлены. Или это тоже секрет?
— Да нет, — хмуро ответил Кемень. — Копают борги, у вас все равно таких нет. Это существа с особым метаболизмом, их давно приручила Хозяйка. Они поглощают определенные минералы и подвергают горные породы метаморфизации.
Мудреное слово Кемень выговорил без запинки. Подумав, добавил: — Но это опасное дело, быть погонщиком боргов. Поэтому туннели проходим медленно.
Медленно, а от Алтая до Забайкалья
Через пару часов сделали первую остановку. Поезд поставили на второй путь, и пассажиры отправились на экскурсию. Варламова с отцом Вениамином не пригласили, да и Кемень остался.
— Не затем, чтобы вас стеречь, ребята. Я просто тут был. Здесь водоотвод на электрические турбины интересно устроен, с выводом на дно ущелья.
Похоже, туризм носил в основном познавательный характер. Очень скоро Варламову надоело: на долгих стоянках экскурсанты осматривали технические или геологические достопримечательности, потом ехали дальше. Особенно изнывал отец Вениамин, в вагоне-ресторане даже кагора не было.
Когда прибыли на пункт Яшмовый, Кемень предложил выйти на перрон. Станция оказалась невероятно красива: колонны облицованы многоцветной яшмой и затейливо отделаны серебром. После осмотра Кемень посоветовал подняться наверх, там предстояла экскурсия в яшмовые каменоломни, а гости могли просто отдохнуть.
Павильон наверху тоже был отделан яшмой, а селение меньше, чем Белогорье — пара десятков домов. Туристы погрузились в вагончики и уехали на выработки. Узкоколейка была электрифицирована, над путями тянулся провод. Напротив станции стояла гостиница или скорее общежитие, Варламов и отец Вениамин сели на веранде.
Хозяйка предложила домашний обед и даже нацедила отцу Вениамину кружку светлого пива. Варламов ел вареники, поглядывая по сторонам. Снова невеселый пейзаж: под обрывом темно-синее озеро или речка, по берегам сумрачные лесочки, а дальше безлесные горы. Еле виднелось низкое солнце.
— Интересно, где мы находимся? — спросил отец Вениамин
Варламов прикинул.
— В нашем мире это должна быть Тува. Где-то недалеко от Монголии.
Он поглядывал на горы: спустя некоторое время из-за отрога, куда уходила узкоколейка, стал подниматься дым. Послышалось и буханье, словно отдаленные взрывы.
Подошла хозяйка и, взяв деньги, стала настороженно смотреть на дым.
— Взрывные работы? — спросил Варламов.
— Не должно бы. — Хозяйка подошла к стойке, сняла трубку телефона и быстро что-то проговорила.
И проводная связь у них есть!
Хозяйка ушла, путники продолжали сидеть. Отец Вениамин потрогал пустую кружку, но сам наливать не решился. Дым стал гуще.
Раздался скрежет — открылись ворота ангара неподалеку от станции. Выехал короткий состав, и Варламов присвистнул.
Милитаристский вид: две башенки с пушечками или пулеметами, а посередине вагон, похожий на удлиненный бронетранспортер. Поезд быстро укатил в сторону отрога. Войны на изнанке мира?
Вскоре действительно послышалась отдаленная стрельба. Снова подошла хозяйка, встревожено глядя в сторону долины с лесочками.