Роза и лев
Шрифт:
Джоселин поежилась и нырнула глубже в потертую, подбитую мехом накидку, которую супруг раздобыл для нее. Она никогда не страшилась ни темноты, ни странствований по безлюдным диким краям и все же сейчас с беспокойством оглянулась через плечо назад. Она не видела мужа уже долгое время. После первых нескольких часов отчаянной спешки Роберт поместил ее в окружение самых доверенных воинов поближе к голове отряда, а сам занял место в арьергарде. «На случай погони», — как он ей объяснил.
Смутная фигура
Всадник поравнялся с нею.
— Моя миледи… Теперь я с полным правом могу обращаться к вам. — Его приветливая улыбка была неизменна. — Позвольте принести вам мои поздравления. Наконец-то моему милорду засветила удача. Я уверен, что прошедший день — самый счастливый в его жизни.
— Сэр Джеффри! — Джоселин удивилась, как сразу же согрело ее присутствие этого, в сущности, малознакомого ей человека. Но слова, произнесенные им, могли развеять любую тревогу. — Благодарю вас! Разумеется, как вы знаете, утро выдалось беспокойным. Боюсь, что ваш милорд несколько растерялся, когда одна невеста исчезла и тут же появилась другая. Не знаю, насколько он доволен подменой. Но все равно я рада вас видеть. Мне казалось, что милорд оставил вас охранять Чеширские пустоши.
— Совсем нет. Я скрывался в походном лагере у стен Монтегью и удерживал наших ребят от излишнего злоупотребления элем. Поверьте, это было нелегко, но таков был секретный приказ милорда. Парни бесились, слыша, как за высокими стенами пируют, а они мерзнут и мокнут на голой земле. Быть на положении отверженных для них унизительно и непривычно. Пусть даже в замке находится их полководец и в придачу сам король с придворной свитой.
Джоселин нечего было сказать в ответ. Эти люди не доверяли ее отцу и брату. Поэтому они были вынуждены провести долгие часы под открытым небом. И все же она осмелилась задать Джеффри вопрос, который, как ей казалось, был бы для ее супруга болезненно оскорбительным.
— Сэр Джеффри, скажите мне правду, если, конечно, пожелаете ответить. Ваш милорд близок королю. Он высоко вознесен Его Величеством, и место его по правую руку, почти рядом с троном Стефана. Мой отец расцеловался с ним в знак мира. Какая же угроза вынудила его на побег и на долгий путь даже глухой ночью? Скажите правду. Я не буду чувствовать себя оскорбленной, как бы она ни была горька. Говорите! — повторила она настойчиво.
— Хорошо, мадам. Как вам будет известно, Роберт последний из его рода. Если что с ним случится — не дай Бог, конечно, — вы станете его единственной наследницей. Теперь у него есть вы, а то он был один, как перст. Если вами не будет зачат ребенок, то все, что вернул ему король, возвратится в собственность вашей прежней семьи. Простите меня,
Ей было холодно и прежде, а теперь она почувствовала, что насквозь промерзла.
— Мне это не пришло в голову раньше… к сожалению.
— Ваш отец, может быть, и желает сохранить мир, но ведь есть и другие, — безжалостно продолжал сэр Джеффри, словно ободренный ее молчанием. — Те, что подготовились заранее и залегли в засаде на нашем пути. Те, кто предал Стефана и тайно служит Анжу. Как им было вольготно распоряжаться всем западом Англии до возвращения Роберта из Нормандии, и как им хочется повернуть время вспять.
— Я понимаю, — замерзшие губы Джоселин едва шевелились. — Вот зачем такая спешка!
— Роберт чует опасность и принимает решения быстро. Иначе он давно был бы уже мертв.
— Спасибо, Джеффри. И незачем извиняться передо мной за сказанную вами правду. Правда для меня всегда дороже любой прекрасной лжи.
— Это ваше качество оценит наш милорд, — улыбнулся Джеффри. — Роберт всегда предпочитает прямой разговор.
Они продолжали дальнейший путь бок о бок, но в молчании, пока вдруг за деревьями не увидели отблеск далекого костра. Мысли о возможной засаде не оставляли Джоселин. Она вздрогнула.
— Что это?
— Должно быть, наш привал. Роберт послал людей вперед, чтобы подготовить место для вашего отдыха. Им приказано разогреть еду и поставить шатер. Ночь будет холодна, мадам.
Тут Джеффри не удержался от ухмылки.
— Не обижайтесь, но кое-кто из наших воинов побился об заклад, сколько часов вы продержитесь в седле без привала и теплого шатра и не взмолитесь об отдыхе.
Джоселин не знала, как поступить — рассердиться или рассмеяться.
— И кто выиграл пари? Я награжу его.
— Я выиграл. Я сказал, что вы проскачете весь путь до конца и ни разу не пожалуетесь на боль в пояснице или… другом более интересном месте. Вы сделали меня богачом за несколько часов, мадам.
Впервые за долгие месяцы и даже, может быть, годы, проведенные в глухой тоске, Джоселин искренне расхохоталась. Этот звонкий беспечный смех был достойным завершением тревожного, полного непредсказуемых событий дня. Джеффри охотно разделил ее веселое настроение, и так, хохоча, они, заразив своим смехом всю кавалькаду, въехали в наспех разбитый походный лагерь.
Никак не ожидал сэр Роберт, что его миледи предстанет перед ним после трудного пути веселой, бодрой и даже смеющейся. Он, улыбаясь, спешился с Белизара, 'отдав поводья оруженосцу, и поспешил к теплу костра. Ему бы и не пригрезилось, что Джоселин станет центром веселья в компании усталых голодных солдат. Воистину Джоселин Монтегью — необычная женщина.
Роберт схватил промерзшими пальцами горячий кусок мяса и отправил его в рот. Ничего нет дороже для воина, чем когда на привале царят мир и покой, а его любимая женщина… она рядом.