Росс Полдарк
Шрифт:
Джошуа считал, что Чоук - профан, и несколько раз подумывал позвать доктора Прайса из Редрата. Только тот факт, что он верил доктору Прайсу не больше, чем доктору Чоуку, его удерживал.
– Ну-ну, - произнес доктор Чоук.
– Так у вас были посетители, а? Мы несомненно чувствуем себя лучше, раз даже приняли брата.
– У меня есть неулаженные дела, - ответил Джошуа.
– Это и явилось целью визита.
Доктор Чоук пощупал пульс больного своими крепкими пальцами.
– Покашляйте.
Джошуа с ворчанием повиновался.
– Наше
– Болезнь не прогрессирует. Вы принимали пилюли?
– Чарльз вдвое толще меня. Почему бы вам им не заняться?
– Вы больны, мистер Полдарк, а ваш брат - нет. Я не даю рекомендаций, пока меня об этом не попросят. Чоук откинул постельное белье и начал щупать опухшую ногу пациента.
– Он же просто как гора, - проворчал Джошуа, - даже ноги свои увидеть не в состоянии.
– Ой, да ладно. Ваш брат ничем таким не выделяется. Я хорошо помню, что в Лондоне...
– Ох!
– Тут болит?
– Нет.
Чоук снова пощупал, чтобы убедиться.
– Налицо явное улучшение состояния нашей левой ноги, но еще слишком много жидкости в обеих. Если бы мы могли заставить сердце ее откачать. Я хорошо помню, как в Лондоне меня вызвали к жертве драки в таверне в Вестминстере - он поссорился с итальянским евреем, который выхватил кинжал и вонзил его по самую рукоятку в живот моему пациенту. Но слой защитного жира оказался настолько толстым, что, как я обнаружил, острие даже не повредило кишечник. Здоровенный малый. Напомните, пускал ли я вам кровь, когда был здесь в последний раз?
– А то как же.
– Думаю, в этот раз не будем. Наше сердце склонно к возбуждению. Контролируйте себя, мистер Полдарк. Уравновешенное поведение помогает организму вырабатывать надлежащие соки.
– Скажите, вы видели кого-нибудь из Чайноветов? Чайноветов из Касгарна? Я спросил брата, но он ответил уклончиво.
– Чайноветов? Я вижу их время от времени. Полагаю, они в добром здравии. Я, конечно, не их врач, дружески мы не общаемся.
"Нет, - подумал Джошуа. Миссис Чайновет об этом позаботилась".
– Я чувствую, Чарльз что-то скрывает, - сварливо сказал он вслух.
– Вы видели Элизабет?
– Дочь? Она в добром здравии.
– Имелась договоренность в отношении Элизабет между мной и её отцом.
– Интересно. Я ничего не слышал об этом.
Джошуа приподнялся на подушках, почувствовав угрызения совести. Сегодня было уже поздновато задумываться об этих давным-давно спящих планах, но он любил Росса и в долгие часы своей болезни начал задаваться вопросом, что ему следовало бы сделать больше, и получше печься об интересах сына.
– Думаю, может, я пошлю завтра Джуда, - пробормотал он.
– Попрошу Джонатана меня навестить.
– Сомневаюсь, что мистер Чайновет будет свободен - на этой неделе квартальная сессия мировых судей. Ах, вот желанное зрелище!
Враскорячку вошла Пруди Пайнтер с двумя свечами. В желтом свете виднелось её потное красное лицо с копной черных волос.
– У вас осмотр, да?
– хрипло
Джошуа раздраженно повернулся к врачу.
– Я уже говорил вам раньше, Чоук, пилюли я проглочу, Боже, помоги мне, но микстуры и отвары не стану.
– Я хорошо помню, - тяжело вздохнул Чоук, - когда я еще будучи молодым человеком практиковал в Бодмине, один из моих пациентов, пожилой джентльмен, сильно страдал от болей при мочеиспускании и камней...
– Не стой там, Пруди, - рявкнул Джошуа служанке, - выйди.
Пруди перестала чесаться и неохотно вышла из комнаты.
– Так вы думаете, что я иду на поправку, а?
– спросил Джошуа, до того как доктор смог продолжить.
– И как скоро я встану на ноги?
– Хм. Небольшое улучшение, я бы сказал. Вы будете на ногах еще до возвращения Росса. Регулярно исполняйте мои предписания, и вы обнаружите себя исцеленным.
– Как ваша жена?
– злорадно спросил Джошуа.
Поскольку его снова перебили, Чоук нахмурился.
– Хорошо, спасибо.
Тот факт, что пухлая, картавая Полли, хотя и вполовину его моложе, к приданому не добавила наследника, являлось причиной постоянного недовольства доктора - пока она сама оставалась бесплодной, он никак не мог убедить женщин не покупать пустырник и другие настойки у странствующих цыган.
Доктор ушел, и Джошуа снова остался один. На этот раз до утра. Он мог, упорно дергая шнур колокольчика, позвать неохотно откликавшихся Джуда или Пруди, пока те не пошли спать, но потом не оставалось никого. Да и до этого времени они притворялись глухими, по мере того, как его болезнь становилась всё более явной. Джошуа знал, что слуги проводили большую часть каждого вечера за выпивкой, а как только они достигали определенной степени опьянения, ничто не могло их стронуть с места, да и у него уже не было сил гонять их, как в старые времена.
Всё было бы иначе, если бы здесь оказался Росс. На сей раз Чарльз прав, но лишь отчасти. Именно Джошуа добился, чтобы Росс уехал. Он не видел смысла держать дома сыновей в качестве дополнительных лакеев. Пусть сами найдут собственные хомуты. Кроме того, он не мог допустить, чтобы сына приволокли в суд за участие в нападении на акцизных чиновников и связанные с этим обвинениями в контрабанде бренди и тому подобном. Вряд ли мировые судьи Корнуолла его бы осудили, но они могли поднять вопрос карточных долгов.
Нет, это Грейс следовало бы здесь находиться. Грейс, которую похитили у него тринадцать лет назад.
Ну а теперь он остался один и вскоре воссоединится со своей женой. Ему не приходило в голову удивляться, что он едва вспоминал других женщин в своей жизни. Они были созданиями для приятной и увлекательной игры, чем смелее, тем лучше, но стоило их только укротить, как они сразу и забывались.
Пламя свечей дрожало из-за сквозняка из-под двери. Ветер усиливался. Джуд сказал, что утром было сильное волнение - после спокойных холодов начинались дожди и шторма.