Росич
Шрифт:
Однако здесь его ждало разочарование. Защищать никого не пришлось. Молодые прекрасно поладили и сегодня все шло к тому, что у него должен был появиться до не приличия богатый зять. Впрочем молодые, не особо торопились, во всяком случае даже о помолвке пока речи не заходило. Хотя тут то, изведав нрав Светланы, отец был склонен думать о том, что от венца уклоняется именно Антон, а это его несколько беспокоило. Он любил Свету и переживал за нее, поведение же ее возлюбленного ему казалось несколько странным.
В кабинет где сидел размышляя над всем этим Петр Афанасьевич, постучались
А-а, Антон Сергеевич. Здравствуйте. Вы верно к Светлане?
Да нет я собственно к вам.
Не уж то решились просить руки этой егозы. Ну не стоит краснеть как красна девица. Я уж и смирился с этим и считаю выбор моей дочери верным, а вот ваша не решительность мне признаться не понятна.
Петр Афанасьевич, вы слышали, Макаров прибыл в Порт Артур и тут же принялся наводить порядок в доме. В день его прибытия наконец сняли с мели "Ретвизан" и завели на внутренний рейд. Эскадра ликует и считает это добрым предзнаменованием.
Степан Осипович не даст скучать этим лежебокам и научит воевать не боясь высунуть свой нос в море,- деловито заявил Науменко.
Вы ведь знакомы с ним.
Да, я одно время служил вместе со Степаном Осиповичем.
Теперь наконец настало время и вам походить в море и пощипать японцев.
Не думаю, что это так, - увидев недоумение во взгляде Песчанина, Науменко грустно улыбнулся и продолжил.
– Понимаете ли Антон Сергеевич, я служил вместе с Макаровым, даже был дружен с ним, хотя и служил то не продолжительное время, но за это время успел с ним сильно повздорить, а Степан Осипович при всей своей надо признать гениальности, человек весьма злопамятный.
Но если ему показать вашу работу, над которой вы столь упорно трудились последний год, то это его убедит в том, что вас по меньшей мере не разумно держать в экипаже.
Отнюдь. Если бы я уже командовал судном к моменту его назначения, то он относился бы ко мне совершенно объективно, но назначать меня на командование он не станет. Да и ни кто не станет. Сегодня стоит вопрос не о моем назначении, а уже о пенсии. Ну пока идет война, меня на всякий случай еще попридержат, а вот как только она окончится, меня с чистой совестью отправят на пенсию, да и пора уже.
Петр Афанасьевич, но ведь вы столько сил положили в эту работу, да и мои скромные рассуждения смогли использовать.
Хочется славы молодой человек.
Не славы. За Россию обидно. Вот ведь взять хотя бы наш концерн. Мы разработали такой эсминец, что любо дорого. Но в нем видят, только то, что это дорого.
Но ведь цена запрошенная за вашего красавца и впрямь скажем помягче, несколько высока.
В ответ на это Песчанин весело засмеялся и откинувшись на спинку стула, с хитрым прищуром заметил.
В эту стоимость частично включены расходы по новым разработкам, примененным в его конструкции. Прошлым летом "Росич" прошел испытания и мы остались весьма ими довольны.
Погодите. Вы хотите сказать, что судно в два раза меньше "Новика", стоящее в два раза дороже, после продажи не окупит себя?
Прибыль принесет только второй однотипный эсминец.
Да
А вот это извините коммерческая тайна. Скажу только, что в этом судне сосредоточено, все только новое и передовое. Даже оптика на прицелах орудий и минных аппаратов не идет ни в какое сравнение с существующими.
Какой прок от этой коммерческой тайны, если сегодня самое подходящее время показать свое детище во всей красе, - задумчиво проговорил Науменко.
– Но если ваше судно останется у стенки и не примет участия в боевых действиях, то оно так и останется ржаветь в доке, а вы вылетите в трубу.
А вот тут, наши конкуренты, пусть успокоятся. В трубу мы не вылетим в любом случае. Что же касается "Росича"… Петр Афанасьевич, как вы считаете, с чего это я вдруг стал столь часто попадаться вам на глаза и наши беседы то и дело перескакивали на военно-морскую тематику, почему я стал столь деятельно увлекаться вашим трудом.
Честно признаться в последнее время мне кажется, что причина очевидна, - улыбнувшись заметил моряк.
Я люблю Свету, - спокойно ответил Антон.
– однако причина не в ней, а в вас. Я прошу вас, чтобы этот разговор остался между нами. Дело в том, что я намерен сам вести "Росич" в бой и доказать морскому ведомству, что наше судно стоит запрошенной за него суммы.
А почему не передать судно флоту, в столь тяжкое для России время.
Потому что я знаю, что будет, - запальчиво возразил Песчанин.
– На эсминце столько новшеств, что экипаж придется готовить не меньше года, но даже если и это опустить, то я попросту не верю в то, что его смогут достойно использовать. Взять хотя бы героическое сидение в луже нашей эскадры. А героическое поведение командира "Боярина", только случайность не позволила России потерять еще и этот крейсер, - не скрывая сарказма закончил он.
Значит вы твердо намерены принять самостоятельное участие в боевых действиях, - растерянно заключил Науменко.- Но каким образом?
Хотя бы на первых порах, а каким образом. Пусть это пока останется секретом. Скажу только, что я не нарушу ни один из существующих законов. И за то что я обрел в этом уверенность я должен благодарить вас, вы объяснили мне как должно действовать эсминцу в бою.
Бог мой! Она меня проклянет.
Что случилось, Петр Афанасьевич.
Так значит, то что вы все еще не сделали предложение Светлане, объясняется тем простым обстоятельством, что вы боитесь погибнуть и сделать ее несчастной, - молчаливый Песчанин сосредоточенно изучающий свои туфли был самым красноречивым ответом.
Петр Афанасьевич, я попросил бы вас не распространяться на эту тему.
Да, да. Конечно. Но если с вами что случится, как я посмотрю в глаза своей дочери.
Она молода и если что, еще полюбит и будет счастлива.
Ох молодой человек, я конечно не знаток женской психологии, но я прожил с двумя женщинами довольно продолжительный срок. Уверяю вас, лучшее, что вы можете сделать это жениться на Светлане, если только вы ее действительно любите. Что касается моего благословения, то можете считать, что вы его уже получили.