Росич
Шрифт:
Послушай командир, ну зачем нам все это нужно, мы ведь богаты как черти.
На долго ли.
Мы всегда можем перебраться за границу и жить там в свое удовольствие.
Ты действительно этого хочешь, зная, что здесь начнется? Вот то-то и оно. Последнее, что ты сделаешь на своей должности, это направишь на Квантун Фролова, задача обрасти агентурной сетью, детально изучить местность и картографировать ее. В каждом, даже самом маленьком поселке у него должны быть глаза и уши. Вместе с ним отправишь и Кима, со всеми нашими китайцами. Скольким
Четверым, вместе с Кимом, правда он кореец.
Это не принципиально, до Кореи рукой подать, так, что особых подозрений это не вызовет. Им предстоит устраиваться там на постоянное место жительства, желательно отдельными двумя парами. Задача та же самая, агентурная сеть, детальное изучение местности. Но только отправлять их будем примерно через два месяца, а до того момента тебе предстоит их научить кое каким навыкам, как то например наведение огня артиллерии, пользование радиопередатчиком, в каждой паре будет по одному передатчику. Не куксись, никто их на ключ сажать не собирается, обычные речевые радиостанции, Здесь о таком пока еще даже не догадываются, так, что прослушки опасаться не приходится. Когда будешь в Магадане повнимательнее присмотрись к пацанам из группы пловцов, их там тридцать и все, что можно было им дать без твоего вмешательства им уже преподали. По возвращении утащишь их на заимку и начнешь новый курс. И прошу не бери количеством. Если решишь, что для предстоящей работы подходят только десять человек, то так тому и быть.
Это все.
Да вроде как.
Мальчики, вы еще не устали. Немедленно за стол, будем обедать, - маленькая, едва по плечо Гаврилову, его жена стояла в дверях кабинета и с показной покорностью смотрела на мужа. Однако Антону было прекрасно известно, что в быту Семен был самым настоящим подкаблучником и в общем то не тяготился этим. В деловые вопросы Лена благоразумно не вмешивалась, за исключением только тех случаев, когда Семена начинала одолевать хандра и ему необходима была поддержка.
Спасибо Леночка, но я настолько плотно позавтракал у Звонаревых, что боюсь еще не успел проголодаться.
Опять значит Анька меня обскакала, - с показным неудовольствием заметила Лена.
– Ну тогда чайку.
А вот это с удовольствием.
Леночка, но я то хочу есть.
Потерпишь, Семушка.
Нет, нет. Лена пусть Семен обедает по полной и не возражай. Мы настолько давно знакомы друг с другом и столько пережили, что эти условности нас абсолютно не трогают. И ты садись с нами обедать, а на меня не обращайте внимания.
Когда Песчанин ушел, Лена прошла в след за мужем в гостиную и уютно устроившись у него на коленях, прижалась головкой к его могучей груди.
Медведище мой. Ну сколько раз говорить, что твой желудок может немного потерпеть. Нельзя быть таким не воспитанным.
Ну не сердись. Антон прав, мы настолько давно знакомы и столько пережили вместе, что эти условности для нас выглядят просто смешно.
Ну вот, медведь и есть. Не зря Антон
Да.
Это настолько необходимо.
К сожалению да.
Ох, Анечка, до чего же она счастливая. Ее то Сергея Этот сатрап никуда не отправляет.
И это ты так о вашем любимце? Видать допек он тебя. А в отношении Ани ты не права, ей тоже не сладко. Сергей практически все время торчит на заводе, ну а этим летом, тоже отправляется в долгосрочную командировку.
Ну а ты?
До начала навигации я побуду в окрестностях Владивостока, а затем мне предстоит немного попутешествовать на яхте.
Вот неугомонный. Сам на месте не сидит и вам покоя не дает. У меня складывается такое впечатление, что он постоянно куда то опаздывает и поэтому все время куда то бежит и вас подгоняет.
В общем то ты права.
Да ваши рабочие по больше вашего отдыхают. Ну вот скажи, когда ты в последний раз водил меня в театр.
Малыш, ну не начинай.
Ладно, медведище, - Лена ласково потрепала мужа за чуб, а затем серьезно заметила.
– За своей беготней этот молодец всю свою жизнь под откос пустит.
О чем это ты.
А то ты не знаешь. Светочка Науменко, мне прохода не дает. Как увидит тут же подходит. Напрямик спросить стесняется, но всячески старается узнать все об Антоне. Где он, что делает, здоров ли.
Лена, ей же восемнадцать.
Ну и что. А Антону только тридцать. И потом из них получилась бы прекрасная пара.
Ты же знаешь, что Антон на месте не сидит, ну что это будет за семья.
Ничего ты тоже все время в разъездах был, а теперь и дома бываешь. Глядишь, если ему будет куда возвращаться, а не в опостылевшую гостиницу, то и он стремился бы домой.
Может ты и права. Да только он то считает себя старым для Светы.
Значит она ему, не безразлична?
Откуда мне знать.
Не увиливай.- Семен прекрасно знал, что когда его жена начинала говорить подобным тоном, то в самом скором времени она добьется своего, поэтому тяжко вздохнув он стал колоться как грецкий орех.
Мне кажется, что да. Когда он ее видит, то либо глазами поедает, пока она не смотрит, то прячется как мальчишка. Однажды мы немного перебрали и он не скрывая сожаления сказал, что слишком стар для нее. Вот и все, что я знаю.
Тоже мне старик. Да у них разница то всего двенадцать лет. Ну все Антоша. Попался. Жаль Аня сейчас в положении, ну да ничего, я и сама не лыком шита.
О чем это ты?
На свадьбе узнаешь.
На какой свадьбе?
В этот момент в гостиную вошла молодая служанка ведя за руку карапуза двух лет. Увидев родителей маленький Юра вырвался из рук няни и бросился к ним. Обняв их за ноги он заливисто засмеялся, выражая свою радость по поводу встречи. Семен взгромоздил его на коленях рядом с Леной, ответил ему не менее радостным, но более громким сотрясающим воздух смехом.