Ромашки
Шрифт:
К сегодняшнему дню я практически восстановилась. Страх за жизнь искоренился. Я больше не чувствовала себя заложницей обстоятельств. Осталась только некая грусть. Но она была вызвана другим. В последнее время я все чаще думала о Роме, вспоминала нашу встречу. Тогда я попросила забыть меня и начать новую жизнь. Он ничего не ответил. Не остановил. И теперь я не знала, как
При воспоминании о нем, сердце переполнялось печалью, а тело покрывалось мурашками. Хотелось увидеть его, прижаться к груди, вдохнуть аромат его тела. Я соскучилась. Безумно соскучилась по его глазам, губам, рукам, которых мне так не хватало. Я не готова была сейчас разбираться в своих чувствах, но знала одно: то, что творилось в душе — не было похоже на прежнее дружеское чувство тепла.
На протяжении последней недели мне снился один и тот же сон. Я видела, как белые ромашки полыхают в огне. А когда просыпалась, продолжала чувствовать пожар внутри. В такие моменты я перечитывала письма друга и, пока никто не видит, тихонько плакала в ночи, мысленно обещая, что обязательно схожу на ромашковое поле.
И вот сегодня этот день настал. Срывая белые цветы, я чувствовала Ромино присутствие, его близость и готова была вывернуть душу наизнанку, чтобы показать всему миру, сколько нерастраченной любви в ней хранилось. Она требовала свободы, но я продолжала прятать её даже от самой себя, боясь признаться в том, что… чувствовала.
Прижав ромашки к груди, я заплакала в голос, прося друга меня простить:
— Прости меня, родной, прости за неотправленные письма, за слова, брошенные сгоряча, за предательство. Я так сожалею обо всем. Ты был и остаешься единственным мужчиной, который всегда понимал меня, знал лучше остальных. Единственным, для кого открыто моё сердце и о ком плачет душа.
Сказав это, я упала на колени, задыхаясь в рыданиях. В одно мгновение стало холодно настолько, что задрожало тело. Хотела обхватить себя руками, но не успела. Чьи-то горячие ладони опередили меня. Овившись вокруг плеч, они прижали меня спиной к горячей груди своего владельца, а потом я почувствовала
— Ромашка, любимая, я так долго ждал этих слов.
Рома зарылся носом в мои волосы, а я, схватившись за его руки, продолжила тихо плакать. Он не мешал. Он просто был рядом, как в старые добрые времена, когда все проблемы отходили на второй план и в мире оставались только мы одни.
***
Нам было настолько хорошо вдвоём, что даже слово "брак" не подходило под наши отношения. Нет, не подумайте. Со временем мы, конечно же, расписались, но никогда вслух не произносили этого слова, заменяя его на "нам хорошо вдвоём".
Хорошо просто быть рядом, видеть и чувствовать друг друга. И пусть это не первые отношения в моей жизни, и нам давно не по девятнадцать лет, но сегодняшние отношения — это нечто новое для меня и непривычное.
Я раньше и представить не могла, что может быть так хорошо вдвоём. Хорошо и днём, и ночью.
Если мы заняты ремонтом, то это совместная и слаженная работа. Если у одного что-либо не получается, то рука помощи всегда оказывается рядом. И при этом в глазах нет ни упрека, ни даже намёка на него или осуждения в беспомощности.
Нам хорошо вдвоём, когда мы идём по парку, взявшись за руки, слушаем пение птиц, молча, наслаждаемся красотой окружающего мира, яркими красками цветов, солнечными бликами на речной глади или туманной дымкой за деревьями.
Нам хорошо вдвоём, когда мы просто находимся в одной комнате. И возможно это покажется слишком откровенным, но при всём таком душевном согласии, нам хорошо вдвоём и под покровом ночи.
Наши отношения — это подарок Вселенной. Счастье. Пройдя через столько испытания, я поняла одну простую вещь: у роз есть шипы. Любите ромашки. И доверяйте им. Они всегда подтвердят, что "любит"…
Конец