Романтика. Вампиры
Шрифт:
— Зачем тебе убивать старого хозяина? — парировала Сара. — Я вообще не думала, что такое возможно.
Они выехали на главную дорогу, которая пересекала деревню, освещенную лишь тоненьким серпом месяца.
— Это возможно, потому что Алехандро — мой бывший хозяин, а не нынешний. Лет сто назад я вызвал его на дуэль, только Алехандро драться не пожелал и вместо себя прислал известного чемпиона-дуэлянта из Франции. Луи-Сесар одолел меня, но не убил, как хотелось Алехандро, а сделал своим рабом. Я сбежал сравнительно недавно.
— И сразу вернулся сюда.
— Ага.
— Очень…
Томас не считал героем того, кому нечего терять, но вслух об этом не сказал. Судя по тону, Сара лишь произнесла «герой», а в уме держала «глупец» или «идиот».
— Алехандро перебил жителей моей деревни. Никого в живых не оставил, — проговорил Томас.
Отомстить за мертвых мог только он. Четыреста лет прошло, сколько можно откладывать?
— Поэтому ты вернулся, — покачала головой Сара. — Такие, как ты, мешают бизнесу.
— Значит, ты наемница! — воскликнул Томас и подумал, что мог бы догадаться и раньше.
— Мне больше нравится думать, что я служу по контракту.
— Боюсь, мне отряд контрактников не по карману. — Томас свернул на изрытую дорогу, ведущую в горы. — К тому же ты здесь одна.
Неожиданно на дороге выросла темная фигура. Томас нажал на тормоза так резко, что они завизжали. Вблизи фигура оказалась верзилой с грубым морщинистым лицом и блестящими глазами фанатика.
— Ну, не совсем одна! — хмыкнула Сара, вылезая из машины. — Парни, я рада, что вы сюда добрались.
— Кажется, главное веселье мы уже пропустили, — проговорил еще один мужчина, выбравшись из зарослей, вплотную подступавших к дороге.
Томас пристально посмотрел на типа номер два. Очень плохо, что Сариному приятелю удалось подобраться незамеченным! Вероятнее всего, он использовал магию, чтобы сделать неслышимыми свои дыхание, биение сердца и шорох шагов — то, что могло известить Томаса о его приближении. Впрочем, на мага Сарин приятель не тянул: его правая щека была обезображена глубоким неровным шрамом, словно кто-то провел вилкой с острыми зубцами. Целители-маги запросто от такого избавляют, хотя вдруг обладателю шрама хочется походить на статиста из фильма ужасов?
— Познакомься с моей ударной командой! — Сара хлопнула мужчину со шрамом по спине. — По крайней мере, с теми, кто успел добраться сюда к празднику.
Члены «команды» не поздоровались с Томасом, не назвали свои имена, но и не поинтересовались, что Сара делает в компании вампира. Впрочем, девушка не дала им такой возможности, сразу объяснив суть дела. Если бы Томас сомневался в их профессионализме, то наверняка успокоился бы, увидев их реакцию на новость о намечающемся штурме вампирского бастиона. Мысленно он окрестил их Фанатиком и Шрамом.
— Можно будет кости забрать? — прошипел Фанатик, впервые подавший голос. — Они для некоторых заклинаний нужны.
— Вперед с песней, — равнодушно пожала плечами Сара. — Но сперва Джейсон, потом кости, договорились?
Фанатик коротко кивнул, напомнив Томасу змею или ящерицу, — движение выглядело совершенно не человеческим. Мужчина со шрамом молча достал из рюкзака несколько ножей и повесил их на пояс. Все четверо сели
Проехав несколько миль на север, Томас свернул к ручью, который, журча, змеился сквозь джунгли.
— Дальше пешком, — объявил Томас, оставив машину у дороги на случай, если Алехандро выпустит своих прихвостней чуть раньше.
— Д'oма не вижу, — объявила Сара, достав из рюкзака приятеля очки ночного видения.
— Его и нет: Алехандро живет под землей.
— Что-что?
— Здесь неподалеку руины майя с подземным лабиринтом. Он живет здесь уже несколько веков.
— Чудесно! — сухо проговорила Сара.
— Что такое?
— Ничего. А с охраной как?
— Обычно все входы бдительно охраняют. Эту ночь я выбрал потому, что сегодня они будут свободны, якобы в помощь похищенным. Давайте, мол, выбирайтесь из лабиринта, но почти ни у кого это не получается.
— Тогда нужно добраться до места прежде, чем выпустят пленных. Иначе они разбредутся по туннелям, потом по джунглям и мы никогда их не найдем.
— Я думал, ты хочешь брата спасти.
— Ага, а тебя и остальных брошу на растерзание этому монстру!
Томас пристально взглянул на Сару, но за дурацкими очками глаз не увидишь. Нет, нужно все сразу расставить по своим местам!
— Я помню, где раньше держали похищенных. Туда мы первым делом и отправимся. Если повезет и мы застанем твоего брата в живых, ты быстро с ним сбежишь.
— Коллег и партнеров посреди операции я не бросаю. Вместе придем — вместе уйдем, иначе я не умею.
— Захочешь жить — сумеешь! — Томас схватил Сару за руку. — Добраться до Алехандро мне проще всего в одиночку. Если решишь остаться и помочь мне, погубишь и себя, и брата, не говоря уже о том, что сорвешь мне операцию.
Сара остановилась, глядя то на ладонь Томаса, сжимающую ее руку, то на его лицо. Томас отпустил ее, но глаз девушка не отвела.
— Зачем ты взял меня с собой, раз не нуждаешься в моей помощи? — спросила она.
— Затем что в одиночку ты брата не разыщешь, уж вовремя-то точно не успеешь.
— А тебе какая разница?! Ты его даже не знаешь.
— Твоего брата, конечно, не знаю, зато знал многих других.
Сколько их было? Тысячи, десятки тысяч? Бледные лица, а в глазах мольба: «спаси нас, спаси!» Убегающие люди искренне считали Томаса спасителем — Алехандро даже прозвал его ангелом, — а потом с ужасом осознавали, что он охотник.
— Что?
— Алехандро заставлял меня участвовать в охоте, — без обиняков сказал Томас. — Он знал, что я ее ненавижу. — Почему он изливал ей душу? Вероятно, потому, что чувствовал: это последний шанс исповедаться. Томас давно не разговаривал со священником и уже забыл, когда такое желание возникало в последний раз, да и грехи ему Сара не отпустит. Хотя, пожалуй, их не отпустит никто, особенно если вспомнить некоторые его поступки. — Я убил тысячи таких, как Джейсон, — добавил он, стараясь говорить сухо и бесстрастно. — Проявить милосердие мог, лишь убивая быстро, чтобы люди не страдали и не мучились. Сейчас же мне хочется кого-нибудь спасти и искупать Алехандро в его собственной крови.