Ролевик: Рыцарь
Шрифт:
Где он, этот мой мир? Уже почти и не верится в его реальность… Помниться, слышал где-то похожую философскую подначку. Кто более реален: мудрец, видящий во сне бабочку, или бабочка, снящаяся мудрецу? В общем, как-то так. Но даже если реален только мудрец, я искренне благодарен ему за столь интересный сон. Скучать не приходится… А главное – в сравнении с темпами третьего тысячелетия, все события происходят с такой плавной неспешностью, что успеваешь и мечом помахать и на окружающие красоты полюбоваться. Именно та фишка, которая всегда привлекала меня в 'рубалках', в отличие от сумасшедшего драйва 'стрелялок'. А, собственно, чему удивляться: темп жизни задается скоростью передвижения и мобильностью средств
Ну, спешить, не спешить, а догнать виконтессу стоило. Это ж все-таки я состою на службе у Вепрей, а не они у меня. Как там еще сложиться с героическим спасением мира, пока не ясно, зато нынешний кусок хлеба с маслом мне за звание сотника полагается, а не за грядущие заслуги. А мы, как не крути, все ж не в семейной библиотеке.
В общем, то ли почувствовал что-то, или подсознательно заметил какую-то несуразность в общем пейзаже, но привычка доверять инстинкту, пару неприятных случаев меня сильно выручала. Не стал я пренебрегать ею и в этот раз, а послал коня легкой рысью вдогонку. И почти не удивился, когда услышал громкий разбойничий свист, а вслед за ним – леденящий душу волчий вой.
Вот и накаркал! Вряд ли люди научились охотиться вместе с волками, или волки свистеть, но использовать вой зверя, чтоб испугать лошадей и внести замешательство в ряды кавалерии, уловка древняя, как мир. Как все миры…
* * *
Кони хрипели, поднимались на дыбы, пытались броситься наутек, не в силах противостоять ужасу, перед своим исконным смертельным врагом. И, занятые усмирением животных, всадники оказались практически беззащитными, перед посыпавшимися на них стрелами. Раненых среди воинов, одетых в добротные тегиляи, оказалось не так уж и много, как можно было ждать от внезапного нападения. Зато острые наконечники причиняли боль и без того взбелененным коням, внося дополнительную суматоху.
– Целиться точнее! Стражу уничтожить! Девку схватить! И чтоб целехонька была!
Громкая команда, прозвучавшая в лесной чащобе, все объяснила предельно ясно. Неизвестные охотились за виконтессой: то есть, за вверенным моему попечению объектом. И тот, кто организовывал засаду, знал примерное время нашего возвращения. Но, если с этим вопросом еще только предстояло разбираться, то исходящую от разбойников угрозу надо было ликвидировать немедленно. Кстати, очень хорошо, просто замечательно, что Весняна нужна им живая и невредимая: не придется отвлекаться на ее защиту. 'Ну-ка, кто еще хочет комиссарского тела?! Выходи строиться с табуретками на подоконнике!'
Вылетев на небольшую полянку, с которой начиналась (или заканчивалась) дорога в Оплот, я понял: что поспел почти вовремя. Из дружинников только Гладила и еще один воин, став спина к спине, отмахивались от десятка наседавших на них, как псы на затравленных медведей, разбойников. Еще трое, больше интересующихся вознаграждением, нежели ратными подвигами, споро вязали виконтессу, совершенно не куртуазно стащив ее с лошади. Не страшно, с этими разберемся чуть попозже, сначала подмогнем десятнику. Тем более, что напарник его уже ели держался… Я уже почти привычным движением нахлобучил шлем…
– Берегись! Рыцарь! – предупредил кто-то глазастый и опытный.
Поскольку кавалерийской рубке я не был обучен, пришлось спешится. От такого маневра даже разбойники опешили. Еще бы, по здешним понятиям, я походил на танкиста, снимающего с танка пулемет и становящегося в пехотный строй.
Поэтому, увидев мой самоубийственный маневр, начавшие уже было пятиться к лесу, разбойники заметно осмелели. Положили на землю луки и взялись за дубины. А парочка самых сметливых уже тащила из лесу, наскоро срубленную, длинную жердь. Но, они не знали, что имеют дело с новой моделью рыцаря. Так сказать: новейшим, улучшенным типом 'Человека железного, мечом машущего'.
Двух разбойников я срубил, как крапиву. Они даже оружия не подняли, до конца оставаясь уверенными, что разделяющие нас пять шагов, для меня непреодолимое расстояние. Поэтому умирали сильно удивленными.
Прыжок вправо, разворот и круговой взмах, с использованием инерции тела. Чуть-чуть не допрыгнул. Метил зацепить еще парочку ротозеев, но увы – достал только одного. Зато качественно. Переделывать не придется. Головы на плечах как и не было никогда. А туловище стоит, машет руками и фонтанирует кровью. Хорошо, я не впечатлительная натура, навидался всякого. А разбойнички, что-то не так привычны к виду крови. Наверное, от того что больше из засады орудовать привыкли, чистоплюи. Прям застыли, не сводя глаз с обезглавленного товарища. Вот и ладно, я не возражаю, только за представление платить надо. В данном случае: жизнью…
А мои-то парни покрепче оказались. Вернее, увы, только Гладила. С того момента как я вступил в бой, напарник десятника получил еще и присоединился к числу павших. Зато Гладила не растерялся и, воспользовавшись замешательством, быстро уменьшил количество нападающих еще на одну голову, а сам бросился на выручку виконтессе. Это он зря, никуда они не денутся, с подводной лодки… Э-э, а лапать-то не надо! Так не договаривались! Ух! И клювом щелкать тоже…
Задержав взгляд на Весняне чуть дольше чем ситуация того стоила, я едва не получил дубиной в голову. Еле-еле успел уклониться. Зато и разбойника, вложившего в удар всю мощь и не ожидавшего от меня такой прыти, буквально бросило вперед. Двуручник на такой короткой дистанции бесполезен, пришлось приложить его по затылку бронированным кулаком. Хоть и левым, зато со всей пролетарской ненавистью, аж хрястнуло…
К сожалению, на этом ротозеи закончились: шестеро уцелевших разбойников начали что-то соображать и не только не спешили лезть в драку, но и держались настороже, на безопасном расстоянии. Но все еще с неким сомнением. Не вписывался в их сознание пеший рыцарь с резвостью дикой кошки. А вообще я заметил, что здешний люд странно нетороплив. Словно все как один имеют финские корни. И если в обыденной жизни это нивелировалось, то в бою, в момент наивысшей концентрации, с моей точки зрения, они двигались так, словно воздух обрел плотность воды. Вот я делаю один скачок – разбойники шире распахивают глаза и начинают заваливать корпус, смещая центр тяжести и освобождая опорную ногу. Второй скачок – нога пошла назад, руки потащили оружие вверх. Третий прыжок и я всей массой сбиваю с ног почти всю шеренгу, потерявших равновесие людей, впечатываясь в поверженные тела острыми чашками бронированных налокотников и наколенников. Жуть… как минимум еще двум уже не подняться.