Ролевик: Кицурэ. Сталкер
Шрифт:
Я покосился на сидящую рядом кицунэ. Расслабленно прислонившись к пористой стене, Кейт с довольным видом изучала редкие капельки пота, выступившие на тыльной стороне ладони, и признаков дискомфорта не проявляла.
Чудные дела творятся, однако.
В Эри-Тау в саунах температура была чуть выше сотни, и это не мешало ни получать удовольствие от процесса прогрева тела, ни обильно потеть. Сейчас же - то же самое, хотя температура явно раза в два выше.
Я, конечно, догадывался, что моё нынешнее тело угнеупорно - один только факт квазидуша в костре чего стоит, не говоря уж об углях на незащищённой коже,
Супруга тоже, как понимаю, имеет резистивность к высоким температурам - закипевшая вода, заготовленная в огромной кружке, лениво булькает уже у самого дна, а ей хоть бы хны. Щурится сквозь густые ресницы на раскалённый бок нагревателя, играющего роль каменки, да расслабленно улыбается.
Всё-таки отходчивая она у меня. Может, связано с юным возрастом и соответствующей ему пластичностью психики, а может, просто характер такой. В любом случае - за душевное состояние можно особо не беспокоиться, раз уж взяла уверенный курс на борьбу со страхом, с него не свернёт по своей воле. Упорная желтоглазка, что не может не нравиться.
Доверившись Аллане, позволили поднять температуру в сауне до десяти йэнхо - ассоциативные цепочки ещё не простроились, но если судить по ощущениям и мгновенно выкипевшей воде во вновь наполненной таре - что-то в районе полутысячи по Цельсию, если не выше.
Прикольно. Тело жар не воспринимает, буквально купается в расслабляющей неге, волнами прокатывающейся по всему организму, а вслед за негой идут волны бодрости, вновь сменяемые чудесным блаженством.
Лепота!
Впрочем, долго прожариваться не отважились, и вскоре покинули гостеприимную сауну, с ходу нырнув в небольшой, но очень глубокий бассейн.
Ясен пень, после таких контрастов усталости как не бывало, и даже сытный ужин, скомбинированный из наших запасов и синтезированных пищевым комбайном, в состояние осоловелости загнать нас не смог.
А чуть позже, стоило только умыться перед сном и забраться на широченную мягкую кровать, в Кейт словно вселилась суккуба - столь яростной и страстной, с полнейшей самоотдачей любовной игры ранее ни у неё, ни у меня никогда не было.
Сколько мы наслаждались друг другом, не знаю - да и время потеряло какую-либо важность - оно всегда уходит на дальний план в моменты, когда не только тела, но и ауры переплетаются, совмещаются, растворяются одна в другой, и нет мыслей, нет мира и действий за пределами небольшого пятачка, очерченного жарким сбивающимся дыханием, стонами и ярчайшими, исключительно чистыми эмоциями. В такие моменты просто не видишь разницы между телами, они воспринимаются как единое целое, и желания, помыслы, чувства - одни на двоих, как и аура, и душа...
Слушая наше дыхание, я чувствую наше дыхание,
Я раньше и не думал, что у нас
На двоих с тобой одно лишь дыхание...
Из расслабленного состояния выходить совсем не хотелось, приятная
Даже Зов звучал совсем приглушённо, на самой грани чувствительности.
Вздохнув, потрепал Кейт по оранжево-красной шевелюре:
– Мой работодатель зовёт на встречу, и отказать я не могу, как бы того ни хотелось. Скорее всего, я просто очень крепко усну, настолько крепко, что разбудить меня не сможешь. Не знаю, как моё путешествие отражается на физическом теле, но прошу - не надо беспокоиться. Хорошо?
Судя по расфокусированному взгляду и расслабленной полуулыбке, кицунэ пребывала отнюдь не в этой реальности. Впрочем, меня она услышала.
– Хорошо, Саша. Только возвращайся скорее, ладно?
– Вернусь, конечно же, куда я с подводной лодки денусь?
– Вот и хорошо, - выдохнула она слабеющим голосом и тут же уснула.
Поправив на ней простынь, я, на всякий пожарный скрепив ремешком рюкзак и одежду с кистью, раскрыл сознание навстречу Зову.
Тишина, спокойствие, и - ничего. Как отрезало.
Я моргнул и мгновенно ощутил, что уже крепко стою на своих двоих.
Плечи оттягивала приятная тяжесть рюкзака, одежда, свёрнутая там, в Эрдигайле, в аккуратный рулон, сейчас плотно облегала тело, и тяжёлые ботинки уверенно вминали в почву мелкие камешки. Скол обманчиво медленно покинул мой пояс и по старой привычке обвился вокруг торса.
– И снова здравствуй, Туман, - поприветствовал я Ось миров и сделал первый шаг в густую белую мглу.
Собственно, как вошёл, так и вышел. Один шаг, и под ногами скрипит песочек, а прямо по курсу куда-то в небеса стремится от поверхности озерца знакомый водопад. Или водовзлёт? М-да, не филолог, но полноценный логофил.
Чуть в стороне от кромки многогранной жидкой тьмы парит натуральный ковёр-самолёт с Артасом на борту. Хаосит с невозмутимой физиономией сидит по-турецки и непрерывно дымит кальяном.
– Здравия желаю, товарищ бог, - вяло обозначив взятие под козырёк, я уселся на берегу.
– Новая диспозиция аномалий уже на подходе, или иные цели способствовали моему сюда путешествию?
Артас покосился на меня и выдохнул аномально огромное облако дыма:
– Новобранца в курс дело посвятить не хочешь?
Я пошкрябал в затылке.
– Да не против, но и сам как-то плаваю в фактах и информации. Что я ему скажу-то? Привет, меня зовут Саня, ты в мире Тумана, и отныне ты принадлежишь к фракции Хаоса - чёрный ситхский плащ, светошашку кошерного красного цвета и печеньки заберёшь потом?
– Да просто познакомишься. Расскажешь, что считаешь нужным, может, на экскурсию сводишь. Тут очень живописные окрестности, - издевается, морда хаоситская. Ну и фиг с ним.
– Ладно, понял. А насчёт аномалий что?
– Два самых опасных объекта отключены, месторасположение остальных нам неизвестно, но сведения о них должны иметься у духов-хранителей баз.
– Духов?
Арти отмахнулся:
– Дух-хранитель, искусственный интеллект - какая разница, если суть одна?
– Ладно, понял. А новичок-то скоро подойдёт?