Роковые таблички
Шрифт:
Звеньевой Игорь подтолкнул Максима к костру.
– А мы с собой новенького привели. Чуть в трясине не сгинул – пациенты наши в болото загнали.
Мужчина, колдовавший над котелками, выпрямился, и, секунду спустя, изумлённо выдохнул:
– Макс! Это что, и, в самом деле, ты? Макс?
Максим присмотрелся к лицу кашевара, которое освещалось текучими отсветами костра.
– Быть этого не может – Ярослав?
– да, это без сомнения был он, бывший бригадир поисковой команды, с которым они расстались после того, как Максим убил Топора.
Звеньевой жестом прервал наметившийся вечер воспоминаний.
– Понимаю, приятно встретить знакомого, но все разговоры потом, а сейчас давайте есть будем. А потом, Яр, нагрей воды для своего приятеля – ему надо с себя болотную жижу счистить.
Все разместились на поваленном стволе дерева, и приступили к трапезе. Ярослав сбегал за водой к ручью, повесил ведро над костром, и присоединился к товарищам. Утолив голод, мужчины помогли Максу надрать тонкой коры с веток, которую потом запарили в кипятке, чтоб её можно было использовать в качестве мочалки. Прихватив рукавом ведро с горячей водой, Максим пошёл к ручью, смывать многодневную грязь с измученного тела.
Переодевшись в чистую, и, почти по размеру, одежду, Максим, как священную реликвию переложил в карман пакетик с фотографией любимой Ольги. Потом, по совету Игоря, бросил старые вещи, ставшие для него второй кожей, в пламя костра. Понаблюдав с некоторой долей жалости, как весёлые искры пляшут на отворотах его куртки, Максим пошёл искать старого знакомого - не терпелось узнать, как он то здесь оказался.
Ярослав, как раз заканчивал споласкивать кружки.
– О, Макс, с лёгким паром.
– Спасибо. Так, как ты здесь оказался? Да ещё раньше меня.
– Раньше?! Да, я здесь уж месяц, даже немного больше. Не знаю, где ты так долго шарился – ты же, ведь, первый нам эти таблички показал. И, когда мы расстались, ты в «Новый мир» собирался.
– Так ведь, зима была. Боялся, вдруг ночью замёрзну в поле один. Да, и далеко ли по сугробам уйдёшь?
– Это точно, - согласился Ярослав, усаживаясь на свёрнутый спальный мешок. Сел, помолчал немного, моргая осоловевшими глазами, потом зевнул, и продолжил молчать. Максим не вытерпел, и толкнул старого знакомого в плечо.
– Ты чего, Ярослав, поиздеваться решил? Я жду твоего рассказа, а ты зеваешь и глазами хлопаешь.
Ярослав помотал головой.
– Да, подустал немного. А что рассказывать? Сам помнишь, как у Ведущего с головой всё хуже делалось. Не мне тебе рассказывать, что они с Топором творили в храме Леших. Вернулись мы тогда, после того, как ты Топора уделал, Ведущий сразу на нас напустился. Орал, слюной брызгал, чуть ли не волосы на голове рвал. Мы ему, так и так, несчастный случай – двое погибли, мы ничего не смогли сделать. Но, видать, кто-то из бригады не смог язык придержать, и Ведущий всё узнал. Ну, не всё, но то, что ты Топора убил, а сам остался там, в городке с висельниками, он точно проведал.
Я, хоть и не последний человек был в
В общем, путь был долгим и опасным, - на этих словах, Ярослав с многозначительным видом почесал шрам на щеке.
– Вот я и говорю, месяц с небольшим тому назад набрели мы на дозор «Нового мира». С ними и вошли в базовый лагерь. К тому времени, нас осталось всего тринадцать человек вместе со мной. Вот такая арифметика.
Максим кивнул, давая понять, что знаком с опасностями, поджидающими на пути в мир будущего. Он снова потряс за плечо, засыпающего Ярослава.
– Ну, а как там, в «Новом мире» этом?
Ярослав открыл, было, рот, но тут же захлопнул его, и принялся играть желваками, будто усиленно размышляя над ответом. Потом положил ладонь на плечо Максима.
– Знаешь, Макс, ко всему можно привыкнуть. Ты ведь жил в нашей общине тогда. А впрочем, здесь всё по-другому. Поначалу тебе всё будет казаться…несколько необычным, странным, но на то, наверное, этот мир и назван новым, что к нему притерпеться надо. В любом случае, теперь для нас лучшего мира не отыскать – сам знаешь, что творится кругом.
Максим открыл рот, чтобы спросить ещё что-то, но Ярослав сделал руки крестом перед собой, будто отгораживаясь от назойливого призрака.
– Всё, Макс, завтра сам всё увидишь. А мне через два часа на посту Ивана менять. Дай поспать, в самом деле. Иди, пока, у него спальный мешок возьми, - и мужчина, застегнув клапан спальника, сомкнул тяжёлые веки. Не прошло и десяти секунд, как, судя по ровному сопению, Ярослав крепко уснул. Максим вспомнил, что так и не узнал у собеседника, видел ли он в лагере Ольгу, но не решился будить усталого человека. Размяв затёкшую спину, Максим отправился к Ивану за спальным мешком.
С восходом солнца, перекусив древними, но вполне, как оказалось, пригодными для еды консервами «завтрак туриста», группа двинулась дальше. Вскоре, сырая низина сменилась сосняком, в котором под ногами пересыпался песок вперемешку со старой хвоей. Максим с радостью отметил, что вонь от разлагавшихся звериных трупов пропала. Он поспешил поделиться этим наблюдением с Ярославом, на что тот, со знанием дела, ответил:
– А ты как думал? Для того и санитарные отряды, вроде нашего, окрестности прочёсывают. Баграми в кучи трупаки сгребаем, и жгём. Оттого и эпидемия на спад пошла. А то, знаешь, сколько тут «чумных» деревень было, вроде той, где тебя нашли? Страшное дело!