Роковой выбор
Шрифт:
В этом его жесте столько интимности, что у меня невольно поджимаются пальчики на ногах. Внутри так и клокочет огромными волнами возбуждение вперемешку с трепетом и благодарностью. Взрывоопасный коктейль из чувств.
Зарываюсь пальцами в слегка волнистые волосы, провожу подушечками по линии роста волос, а затем наклоняюсь и шепчу на ухо:
– Мне хорошо с тобой, Мэт. Спасибо за сегодняшний вечер.
Мужчина осторожно сминает мою ладонь, оставляя на ней горячий поцелуй. Затем снимает свой пиджак, который официант аккуратно повесил на спинку кресла, и накидывает мне на плечи. На
– Тебе понравилось?
– Понравилось.
– Все?
– Все, – улыбаюсь, накалывая последний кусочек рыбы и отправляя его в рот Мэту. – Но больше всего мне нравишься ты.
– А мне ты, смелая Брук.
Чувствую, как алеют щеки, но, тем не менее, тянусь к лицу мужчины и оставляю на его скуле поцелуй.
– Спасибо, Мэтью, – горячо шепчу на ухо, замечая, как Харрингтона трясет от моих прикосновений. – Это было лучшее свидание в моей жизни.
И в этих словах нет ни капли лукавства. Это правда было превосходно.
Глава 12
Royalty – Egzod, Maestro Chives, Neoni
Брук
– Это ты?! – перед моими глазами приземляется свежий выпуск Daily News, заставляя вынырнуть из воспоминаний о прошедшем свидании и вытащить из уха наушник.
– Что это?
– Это ты мне скажи! – Джонатан буквально выпрыгивает из своих узких джинсов, переступая с ноги на ногу. Все в его лице выражает крайнюю степень возбуждения, перемешанного с нетерпением. – Брук, это ты на фото?
Аудитория медленно заполнялась студентами. Я пришла одной из первых, поэтому спокойно предавалась размышлениям о потрясающем вечере, пока друг силой не вытащил меня из собственных мыслей. Медленно оглядываюсь по сторонам, после чего опускаю взгляд и веду им в сторону мужского пальца, уткнувшегося в центр фотографии.
– Ну?!
Несколько раз моргаю, чтобы прогнать внезапно взявшееся из ниоткуда напряжение. Вглядываюсь в изображение, на котором Мэтью садит меня в такси возле ресторана, где проходил наш ужин. Качество снимка не четкое, но сведущему человеку не составит труда рассмотреть в этой девушке меня.
– Алло, ты уснула там? – Джонатан беспардонно садится на мой стол своей пятой точкой, свесив ноги рядом со мной.
– Ну-ка убрал свои лапы! Живо!
– Не уберу, пока не скажешь. Я на девяносто девять процентов уверен, что это твоя милая мордашка на этой фотке подверглась атакам губ одного из популярных холостяков города, но оставляю один процент на сомнительную погрешность, – на лице друга сейчас одна за одной эмоции сменяют друг друга с бешеной скоростью. – Ну же, Дэвидсон, не мучай меня.
– Да я это, я.
Демонстративно двигаю от себя его ноги, пока парень с широкой улыбкой не приземляется рядом со мной на соседний стул и не закидывает руку мне на плечо.
– Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной?
– Знаю, Джонни,
– Почему? – в его голосе звучит неподдельная обида.
– Потому что ещё нечего обсуждать, – поднимаю газету, зажимая в ладони, – сейчас меня больше волнует, что это фото просочилось в прессу. И меня не нем можно узнать.
– Перестань паниковать, Брук. На снимке все настолько размыто, что распознать тебя невозможно.
– Но ты же узнал.
– Да, – его пухлые губы растянулись в лукавой улыбке, – просто Зои вчера сказала мне, куда и с кем ты направилась, так что…
– Ах, ты говнюк! – размахиваюсь и луплю его газетой по темной макушке, вызывая в ответ только громкий смех. – Устроил тут представление… Эй!
Свежий экземпляр бульварной прессы вылетает из моих рук. Алиса Ортис выхватила газету и вальяжной походкой прошла к своему столу, где с самым вызывающим видом принялась достаточно громко зачитывать статью, к которой прикреплено наше общее с Мэтом фото, привлекая внимание окружающих ее одногруппников.
– "… один из влиятельных, молодых, популярных и богатых холостяков нашего штата, судя по всему, скоро расстанется со своим статусом одиночки. Буквально несколько дней назад Мэтью Харрингтона заметили выходящим из его любимого ресторана за руку с очаровательной незнакомкой. Парочка нежничала и постоянно целовалась, пока за дамой не приехало такси. Судя по тому, что нам удалось запечатлеть, молодые люди абсолютно счастливы. Возможно, это начало нового этапа жизни мистера Харрингтона. Впрочем, взгляните и сами во всем убедитесь… " – девушка демонстративно вздернула нос, поправив рассыпавшиеся по плечам волнистые волосы, а затем насмешливо перевела взгляд на нас с Джонатаном. – Нашей Дэвидсон как до луны шлёпать до такого мужика, как Харрингтон. Ты же не думаешь, Джонни, что твоя пресная подружка украшает первую полосу?
– Даже если и так, то завидуй молча, мегера, – друг лениво ухмыльнулся, притягивая меня ближе к своему боку, даря ощущение защищённости и поверхностного спокойствия. – Ты чего с утра такая дерганая? Хреновая ночка в одиночестве?
По аудитории пронесся смех. Алиса крепко сжала губы, после чего медленно подошла к нам, с громким шелестом кинув газету обратно передо мной.
– Ты выскочка, Дэвидсон. Хочешь быть значимой, хотя ничерта из себя не представляешь.
– Судя по всему, Ортис, ты сейчас характеризуешь себя, а не меня, – упираюсь руками в стол и приподнимаюсь, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Это не я сую свой длинный нос в чужие дела. Так что захлопни рот и шуруй обратно на свое место. Когда мне понадобится твое мнение, то я обязательно тебе сообщу.
– Только это случится… М-м-м… Дай-ка подумать… – Джонни демонстративно приложил палец к подбородку. – Эм… Никогда, пожалуй. Уйди, а.
В зелёных глазах девушки такой пожар ненависти разгорелся, что на мгновение показалось, будто Алиса меня ударит. Мы невзлюбили друг друга с самого первого дня, когда встретились на вводном занятии три года назад. Какая-то моментальная обоюдная непереносимость. А после добавилось соперничество на курсе.
– Так, разошлись быстро! Дэвидсон, Ортис! Брейк, я сказал!