Роковой мужчина

Торнтон Элизабет

— И правильно сделали, — довольно засмеялась Кэлли. — Прими мои поздравления! Позволь представить тебе моих гостей. Ты, кажется, не знакома с мистером Джорджем Уиверсом?

— Леди Розамунда, — галантно поклонился ей один из джентльменов. — Позвольте и мне поздравить вас.

Розамунда почувствовала, как ее сердце забилось сильнее от взгляда, каким окинул ее мистер Уиверс. Интуиция подсказала ей, что подобным образом он действует на многих женщин. На ее взгляд, ему было чуть за сорок, однако он излучал энергию молодости.

Розамунда нашла его улыбку обаятельной.

— Спасибо. А это моя компаньонка, мисс Драй-ден, — представила она Пруденс.

— Рад встрече, — его тон и улыбка были искренними. Пруденс, судя по виду, была очарована им. Она даже забыла сделать реверанс, чего требовал этикет.

— А это, — продолжала Кэлли, — майор Дигби. Полагаю, с ним ты уже встречалась.

Сердце Розамунды опять подскочило, хотя на этот раз по другой причине. Майор Дигби долго и пристрастно допрашивал ее в связи с ее похищением, пытаясь выведать, что она успела узнать о Ричарде Мэйтленде за неделю, которую провела его пленницей. Розамунда считала этого Дигби очень опасным человеком.

После знакомства потекла светская беседа, причем в основном говорил мистер Уиверс. Он рассказал, что, хотя родился в Англии, большую часть жизни провел в Чарльстоне, в Южной Каролине, куда и собирался вернуться, закончив свои дела в Англии. Он приехал сюда купить несколько жеребцов для своих конюшен и повидать старых друзей.

— Мне будет тяжело уезжать. Я забыл, как прекрасна Англия и как очаровательны англичанки.

«Он слишком часто улыбается», — отметила про себя Розамунда, и перед глазами тотчас возникло лицо Ричарда, озаренное мимолетной и оттого особенно драгоценной улыбкой.

Розамунда отругала себя за то, что позволила мыслям о Ричарде опять завладеть ею.

Тут в разговор вступил майор Дигби.

— Как вы поступите со своим «тигром», когда соберетесь уезжать? Я знаю с десяток джентльменов, готовых пожертвовать зубом, чтобы заполучить его к себе.

— О нет, Ролана я возьму с собой. Я привязался к нему.

И как только Розамунда решила, что беседа течет вполне гладко и безобидно, Кэлли тут же все испортила, выпалив по обыкновению:

— Мы как раз говорили о тебе, Розамунда. Майор сказал, что ты убеждена в невиновности Мэйтленда, но я не поверила ему.

Отец предупреждал, чтобы она проявляла крайнюю осторожность при любом упоминании имени Ричарда. Герцог благоразумно не желал, чтобы у общественности сложилось мнение, будто Девэры симпатизируют бежавшему преступнику. Незачем, сказал он, возбуждать лишние подозрения и давать пищу для слухов. Поэтому Розамунда ответила, тщательно подбирая слова:

— Что-то не припомню, чтобы я так говорила.

На губах Дигби мелькнула усмешка.

— Ну, не в таких выражениях. Однако мне показалось очевидным, что вы… э-э… на его стороне.

Уиверс кашлянул.

— Он умеет понравиться, не так ли? Я знавал таких

людей. Вы считаете их лучшими друзьями, а они в это время бессовестно вас надувают.

Розамунда почувствовала себя оскорбленной. Она с вызовом произнесла:

— Я бы не назвала мистера Мэйтленда очаровательным. Скорее я бы сказала, что власти поспешили объявить его виновным, не потрудившись вникнуть в суть дела.

Майор Дигби недоверчиво присвистнул.

— А почему вы так решили, леди Розамунда?

— Я считаю, что у мистера Мэйтленда могущественные враги, жаждущие его гибели.

— Чепуха, — резко возразил Дигби, едва сдерживая гнев. — Улики против него были неопровержимы. Кроме того, на тот момент военное ведомство не вмешивалось в ход следствия. Если у вас есть претензии, предъявляйте их гражданскому правосудию. Мои люди подключились к делу только после его побега из Ньюгейта.

Его презрительная ухмылка и надменность, сквозившая в каждом жесте, вывели Розамунду из себя, и она позабыла об осторожности.

— Настаивая на его виновности, вы ничего не добьетесь. Расследование нужно начинать заново. Если исходить из того, что полковник Мэйтленд невиновен, то перед любым мало-мальски разумным следователем сразу возникло бы множество вопросов.

— Например?

— Например, кто ненавидел его так сильно, что подстроил убийство с целью свалить на него вину? Кто были друзья Аюси Райдер, кроме тех, с кем она работала? Как удалось мужчине и мальчишке бесследно исчезнуть с места преступления, когда вокруг было полно народу?

Физиономия Дигби перекосилась от ярости.

— А у меня возникает вопрос, как вы оказались в Ньюгейте, леди Розамунда? Было ли случайным совпадением ваше появление там, или, быть может, все было спланировано заранее, а?

Кэлли порывисто вскочила.

— Майор Дигби, вы забываетесь! Леди Розамунда поехала в Ньюгейт по моей просьбе. Мой деверь Чарльз вам это подтвердит, как и тетушка Фрэн. Идея поехать принадлежала мне. Откуда нам было знать, что Мэйтленд задумал побег?

И тут Пруденс, обычно тихая и болезненно-застенчивая, намеренно вызвала огонь на себя.

— Мой брат тоже считает, что мистер Мэйтленд невиновен, — сказала она.

Дигби медленно повернулся и уставился на мисс Драйден так, словно только что заметил ее присутствие в комнате.

— А кто, осмелюсь спросить, ваш брат? — ядовито поинтересовался он, не пытаясь скрыть своего презрения.

— Питер Драйден, — любезно ответила Пруденс.

— Он банкир? — в свою очередь спросил мистер Уиверс.

— Нет, викарий.

— А… Тогда я его не знаю.

Это маленькое отступление от темы немного разрядило напряженную атмосферу, и Розамунда с благодарностью посмотрела на свою компаньонку. Она и так боялась, что сказала слишком много. Еще не хватало, чтобы этот Дигби решил, будто она сообщница Ричарда.