Роковое наследство
Шрифт:
Навязчивая идея заставила окончательно замолчать совесть Карпантье.
По меньшей мере полмесяца сидел архитектор ночами своего окошка. Днем Карпантье спал, и сны его были тревожны.
Винсента сводила с ума жажда золота.
Он ни разу не признался себе, что мечтает завладеть сокровищами. Карпантье уже давно боялся заглянуть себе в душу.
Ему снились неслыханные богатства, горы драгоценных камней и море золота...
Все это не прошло бесследно для здоровья Винсента архитектор сильно похудел. Его лицо приобрело
Однажды ночью у Винсента вдруг перехватило дыхание. На несколько секунд сердце замерло у Карпантье в груди.
Впервые за долгие бессонные часы Винсенту удалось увидеть на первом этаже особняка Боццо слабый огонек – кто-то двигался по дому мимо окон.
Огонек проплыл вдоль всего фасада здания и остановился в предпоследней комнате. Наверное, Карпантье следил за этой искрой света с большим благоговением, чем волхвы – за Вифлеемской звездой.
Затаив дыхание, Винсент прильнул к окну. Теперь сердце архитектора колотилось так, что едва не выскакивало из груди.
Он прекрасно представлял себе внутреннюю планировку особняка, но этого было недостаточно. До дома было слишком далеко, чтобы можно было разглядеть того, кто держал в руках лампу или свечу.
Скорее всего, это был сам полковник. Однако этим человеком мог оказаться слуга – или вор.
Как только Винсент подумал, что сокровища могут украсть, ему стало плохо. В душе он уже считал содержимое тайника своей собственностью.
Огонек исчез, и Винсент сказал себе:
– Этот человек вошел в потайную комнатку.
Архитектор вздрогнул. Он чувствовал себя, словно любовник, увидевший, как в спальню обожаемой женщины входит ее муж.
Однако в этой драме помимо мужа может участвовать еще один персонаж, которого придумал Гарвани и о котором любовник говорит: «Он обманывает нас обоих».
XXI
ТОТ, КТО ОБМАНЫВАЕТ ОБОИХ
Итак, Винсент томился на своем посту, пытаясь разглядеть, что происходит в соседнем доме. Вдруг архитектор заметил, что кто-то идет по стене, отделяющей сад от улицы Муано. Через несколько секунд этот человек бесшумно спустился на тротуар.
Если бы незнакомец спрыгнул в сад, Карпантье не выдержал бы и завопил: «Караул!»
Кто это был? Простой бродяга? Какой-нибудь воришка? Или – соперник, который идет по тому же следу, что и Винсент, однако опережает архитектора?
Оказавшись на улице, незнакомец крадучись двинулся, вдоль стены. Когда он проходил под фонарем, архитектор понял, что наблюдает за молодым человеком. Вскоре незнакомец исчез.
Карпантье был потрясен куда больше, чем Робинзон Крузо, увидевший на песчаном берегу необитаемого острова отпечаток человеческой ступни.
Кем бы ни был этот неизвестный, он стал для Винсента заклятым врагом.
Только около пяти часов утра в северной части особняка снова появился огонек.
Он во второй раз двинулся по дому; разумеется,
В тот день архитектор так и не смог уснуть. Почти все утро Винсент просидел над своим планом, размышляя над маршрутом таинственного огонька.
– Тот человек стоял на гребне стены, поэтому видел гораздо больше, чем я, – пробормотал Карпантье.
В тот момент он испытывал жгучую ревность...
Винсент напряженно пытался вспомнить все подробности ночных путешествий, совершенных им шесть лет назад в обществе полковника.
– Мы входили со стороны улицы, это очевидно, – шептал архитектор. – Потом мы пересекали небольшой сад и оказывались возле двери...
Палец, которым Карпантье задумчиво водил по бумаге, остановился у единственной двери, обозначенной на плане. Она находилась со стороны улицы Муано, в нескольких шагах от ограды.
– Нет, это не та дверь, – произнес Винсент, поколебавшись. – Сегодня ночью этот огонек пересек весь дом, который насчитывает в ширину более сорока шагов. А мы с полковником, поднявшись тогда по лестнице, почти сразу попадали в комнату с тайником. Однако из двух: или где-то есть еще одна дверь, или все мои расчеты неверны! Карпантье стукнул кулаком по столу.
– Вторая дверь есть! – решительно воскликнул архитектор. – Тот человек не зря забрался на стену. Я буду искать, и я найду этот вход!
Помолчав немного, Винсент тихо произнес:
– Но этот человек вернется... Что ж, тем хуже для него! В тот день архитектор никуда не выходил и не велел никого принимать.
Когда наступила ночь, он, как обычно, переоделся, а чтобы до поры до времени скрыть свой маскарад, накинул на плечи длинное пальто.
Как правило, такими вещами занимаются только очень наивные люди, искренне верящие, что, сменив костюм, они станут неузнаваемыми.
Почти всегда эти люди заблуждаются.
Винсенту Карпантье нужно было попасть на улицу Сен-Рош. Разумеется, он не пошел прямо туда, а долго петлял по городу. По дороге архитектор постоянно оборачивался, чтобы убедиться, что за ним никто не следит.
На одном из пустырей в районе Гаврского железнодорожного вокзала – а пустырей там тогда было предостаточно – Винсент снял пальто и аккуратно сложил его. Потом архитектор нахлобучил на голову свою фуражку с зеленым козырьком и сразу приобрел разительное сходство со старым евреем.
На углу улиц Сен-Рош и Муано Карпантье чуть не столкнулся с молодым человеком, разглядывавшим витрину маленького магазина.
Винсенту показалось, что этот юноша попытался разглядеть его лицо.
Архитектор, несмотря на свою осторожность, был решительным человеком. Незнакомец сразу повернулся к нему спиной, но Карпантье сделал несколько шагов и резко оглянулся.
Их глаза встретились. Молодой человек тут же отвел взгляд и быстро удалился.
Однако архитектор успел его рассмотреть.