Родитель номер два

Апраксин Иван

Но хозяином положения здесь был Захария, который сразу все понял. Стоило ему увидеть Марка, заметить его вспыхнувший взгляд, как старейшине сразу все стало ясно.

– А-а, полицейский, – сказал он вальяжным тоном человека, только что испытавшего наслаждение. – Вижу, ты пришел за женщинами. Это хорошо. Значит, ты стал уже совсем своим у нас. Выбирай любую. Файзулла, помоги нашему новому брату, ты же лучше всех знаешь, что кому нужно.

Наступила пауза. Марк не мог оторвать взгляда от Алисии, хотя и понимал, что таким образом полностью

раскрывает свои намерения. Однако в эту минуту он был не властен над своими чувствами: радость видеть Алисию вновь переполняла его.

Захария понимал это и тоже молчал. Видно, ему было любопытно, как поведет себя горожанин.

– Я выбираю Алисию, – сказал Марк дрогнувшим голосом.

– Она не для тебя, – раздраженно вмешался Файзулла. – Ведь я тебе уже объяснил. К тому же девушка устала, сам видишь.

– Ничего, – внезапно сказал Захария. – Ладно, Файзулла, не будем слишком строгими. Надо быть поласковее с братьями, тебе бы все строжиться.

Он перевел заинтересованный взгляд на Марка. В узком коридоре землянки, в тесных стенах, под низким нависающим потолком сгустилась наэлектризованная атмосфера.

– Ты все время хочешь для себя каких-то поблажек, полицейский, – произнес старейшина, впиваясь цепкими темными глазами в лицо Марка. – Ты все время уверен в том, что к тебе у меня должно быть особое отношение. Ведь так? А почему ты в этом уверен, а?

Марк промолчал. А что он мог ответить? В общем-то, он уже задавал себе этот вопрос. Действительно, он ведь находится как бы на особом положении, как среди жителей поселка, так и среди недавно прибывших горожан. Например, Захария взял его жить к себе в землянку. Отпустил в гости к Аяксу. Все время беседует с Марком, несмотря на занятость. Почему?

Не дождавшись ответа, старейшина усмехнулся. Затем крякнул и насупился.

– Я держу тебя рядом с собой, – сказал он Марку. – И потакаю твоим желаниям, потому что очень рассчитываю на тебя. Очень на тебя надеюсь. Ты меня понимаешь, полицейский? – Он сделал паузу и со значением добавил: – Что-то подсказывает мне, что именно ты придешь мне на помощь. Еще с первой встречи я это понял, едва посмотрел на тебя. А когда ты прибежал обратно из своего города, я окончательно убедился в том, что чутье меня не подвело. Забирай себе Алисию на сегодняшний вечер, она твоя!

С этими словами Захария схватил девушку за локоть и толкнул ее прямо в сторону Марка. Потом надвинул на глаза меховую шапку и двинулся к выходу.

– Не слышал, что ли? – тотчас набросился на оцепеневшего Марка услужливый к начальству Файзулла. – Старейшина подарил ее тебе на весь сегодняшний вечер! Бери и пользуйся! И благодари брата Захарию за его любовь к тебе.

По всему видно было, что здешний служитель поражен щедростью старейшины. Видимо, Захария с его властным характером и жестким нравом не бывает столь любезным.

Интересно, что он хотел сказать Марку? А ведь он явно хотел что-то сказать…

Но сейчас думать об этом было некогда,

да и не хотелось.

– Пойдем, – сказал Марк, и Алисия двинулась вперед по коридору.

Комнатка ее была совсем крошечной. В ней помещалась только широкая лежанка и сундучок, в котором девушка, видимо, хранила одежду и украшения. Сейчас на ней было только длинное платье из простой материи, явно надетое на голое тело, а на шее блестели бусы белого цвета.

Она села на кровать и снизу вверх посмотрела на застывшего у двери Марка.

– Я вспоминала тебя, – произнесла девушка. – Ты – гость из города. Тебя зовут Марк.

– А тебя – Ирма, а вовсе не Алисия, – негромко ответил он. – Здравствуй, Ирма Селин.

История семьи Ирмы Селин была короткой и трагической. Родители ее были фундаменталистами, и они, подобно другим своим единомышленникам, мечтали о том, чтобы жить не так, как принято в городе.

Естественно, со временем в их группе появился человек, взявшийся устроить побег. Он передал приглашение от лесных свободных людей и расписал яркими красками, какая прекрасная и правильная жизнь ждет вновь прибывших из города.

Собственно, методика убеждения была проста. Человек тот говорил то, чего от него ждали. Тому, кто мечтал о чистой экологии, рассказывал о простой и здоровой пище в лесу и о чистейшем воздухе. Тому, кто мечтал о прочных семейных связях, рассказывал о святости традиционных ценностей.

А люди всегда слышат то, что они хотят услышать. Мечтающий о чистом воздухе не хочет думать об угарной духоте лесных землянок, а любящий традиционные ценности не желает задумываться о том, что простота человеческих отношении имеет свои крайне неприятные стороны…

Одним словом, побег удался на славу. Но родители Ирмы даже не успели как следует вкусить все прелести жизни в открытом пространстве. Оказалось, что им обоим уже больше сорока лет и пора отправляться к богам на небеса.

Узнав эту новость, которая была преподнесена в качестве радостной и обнадеживающей, родители Ирмы решили бежать обратно в город. Понимали, что в городе их, скорее всего, примут неласково, как заядлых фундаменталистов, но все же это было бы куда лучше, чем навсегда расставаться с дочерью и отправляться неведомо куда.

Ирма помнила, как родители взяли ее и они все вместе бежали ночью через глухой темный лес в сторону города.

Конечно же, их поймали и возвратили в лесной поселок. После этого отношение к беженцам изменилось.

– Мы признали вас братьями, – сказали им лесные люди. – Мы даже готовы отправить вас к богам, хотя вы еще совсем не заслужили этого, а вы не оценили такой милости. Значит, вы закоренелые горожане-извращенцы. Но ничего – боги исправят вас.

С того дня Ирма больше не видела своих несчастных родителей. Знала только, что их держали взаперти в одной из землянок под охраной, а в назначенный для очередного Контакта день втолкнули в толпу сорокалетних и отправили через портал…