Ритуал

Ри Тайга

Я выдохнула с облегчением.

Геб косился с любопытством — он видел кого-то из молодых Хэсау первый раз, и никто так не переживал, когда мистер Лидс шел в школу.

— Жаль, что отменили дуэль, — тоскливо выдохнул Гебион.

— Перенесли, — прошелестел Каро. — До выяснения обстоятельств.

— Перенесли, — поправился Геб. — Все равно жаль. Ты бы знала, Вайю, какие были ставки, — он прицокнул языком и закатил глаза.

— Так решили господа дознаватели, — протянула я насмешливо, откинувшись на сидение. — Когда… обстоятельства

наконец прояснятся, ничего не мешает возобновить ставки, Геб.

Лидс шмыгнул носом, а Каро… Каро начал краснеть. Заливался краской от самой шеи, выше и выше, до самых ушей, пока не запунцовели щеки. Поговорить утром нам не удалось, сейчас — Геб и Данд не в курсе, но если Каро будет так напряжен целый день, я тоже скоро начну дергаться.

— Господа дознаватели вчера… были совершенно правы, — я обращалась к Гебу, но говорила только для Каро. — Сделали всё возможное, предотвратили ошибки… и я очень благодарна, за помощь…

Геб хотел спросить что-то ещё, и даже открыл рот, но я покачала головой: «Не сейчас. Молчи».

— Сир Хэсау, — Данд посмотрел на меня. — Если вы не хотите отвечать — это ваше право, но я прошу, если вы будете представлены, поприветствовать молча. Для этого достаточно просто склонить голову, — я продемонстрировала выверенный поклон — именно такой наклон, который положен Наследникам Кланов. А Данд — он будет Наследником, третьим в очереди, но Наследником Блау, как только его примет алтарь, и дядя введет в родовой круг. Нужно сразу дать всем это понять.

— Гебион, я прошу тебя сегодня постоянно сопровождать сира Хэсау, — Лидс послушно кивнул вихрастой головой. — Меньше говорить, больше слушать, в прения не вступать, на провокации не отвечать, если меня не будет рядом…

— Вайю…, — Лидс смешно надул губы.

— Геб, — артефакт под потолком зазвенел — слишком много силы всколыхнулось внутри. Каро внимательно посмотрел в мою сторону.

— Слушаюсь, — вихрастая голова склонилась, но глаза сверкали лукаво — мальчишка так ничего и не понял.

Копыта бодро зацокали по мостовым — мы въехали на кольцевую. Карета бодро покачивалась, пока мы не замедлили ход, и не остановились совсем.

— Что там?

Геб высунулся в окно — с его стороны было видно дорогу и поворот.

— Горцы, сейчас пройдут.

Я пересела ближе. Вереница усталых людей, с детьми, с тряпичными и холщовыми мешками за спинами, пересекала улицу.

— Брат сказал, после …, — Геб мучительно подбирал приличное слово, — … после зачисток у Хейли, горцы решили тронуться с насиженных мест…

— Так считает Гектор, или так говорят в Легионе? — уточнила я, одернув обратно занавеску с окна.

Геб мучительно хмурил лоб, соображая.

— Гектор, — наконец выдал он.

Данда происходящее за окном не интересовало. Он изучал нас — меня, Каро, отслеживал реакции, немного прикрыв веки. Смотрел на мой меховой воротник, укрывающий шею, перчатки, он не знал ничего

про вчерашнее, но слуги всегда болтают между собой много лишнего.

После внезапного прибытия брата я отправила Весники всем — дяде, Беру и Хоку, мне не ответил ни один. В свитке с печатью Хэсау было просто указано — двое слуг, переданны роду Блау в качестве виры, а юный сир Хэсау прибыл для обучения к Наставнику Блау. И ни слова больше.

— Трогай!

Я тщательно расправила юбки формы, и откинулась назад, пытаясь устроиться удобнее. Сегодня на дуэлях нужно будет поберечь правый бок, а в идеале, закончить поединок раньше, чем кто-то из троих сможет вообще приблизиться ко мне ближе, чем на пять шагов.

***

В левом конце нашего ряда, укрытые куполом тишины сидели Дандалион и Геб. Лидс тараторил безостановочно, я видела, как шевелятся его губы, он улыбался, жестикулировал, но держал дистанцию. Учитель объяснят теорию чар внизу с философским терпением воспринимая то, что почти половина класса занята своими делами — сферы сверкающих куполов сияли на каждом ярусе.

Данд — молчал. Не морщился, сидел с совершенно каменным лицом, но я знала, настолько он терпеть не может бессмысленные разговоры. Надеюсь, он потом не убьет Геба.

— Он немой? — Марша проследила за моим взглядом.

— Просто не любит говорить.

— Родич? Ему уже есть шестнадцать? Хэсау не выпускают своих раньше. Если есть, почему он в нашем классе.

— Так получилось, — я пожала плечами. — Дядя будет Наставником.

— Большой… мальчик, — Марша облизнула губы. И тут же получила по руке.

— Квинт, Фейу, Квинт! Помни о своей истинной любви и не лезь к моему… — я осеклась.

— Твоему? — голос Кантора звучал равнодушно, но взгляд. — Ты полна сюрпризов, Блау. Как давно вы с этим… родичем … знакомы лично?

— Познакомились утром, — я нежно улыбнулась в ответ. — И никто не будет трогать Данда. Он — Хэсау. Родич. У меня и так хватает проблем. Я прошу, чтобы мои слова были услышаны — он неприкосновенен.

Марша рассмеялась тихо и мелодично, стрельнув глазами в сторону Геба.

— Как скажешь, Блау. Это даже интересно, как сильно меняются вкусы со временем…

— Оставь свои идеи, Фейу!

— Как скажешь, Блау, как скажешь, — Марша рассмеялась ещё раз. — Медвежонок твой, никто не претендует. Я предупрежу девочек, чтобы не попали… под горячую руку.

Тир молчал, смотрел задумчиво, и после первого облегчения, которое он не смог скрыть — Блау явилась в класс, больше никак не напомнил о вчерашнем.

— Поговорим? — щелкнули кольца, купол тишины раскрылся над нами серебристой сферой, Учитель внимательно посмотрел снизу в нашу сторону, но не сказал ничего, продолжая объяснять новый материал, а Марша демонстративно отвернулась — её это не касается.

— У Блау хорошие целители.

Я фыркнула — хороший способ спросить про самочувствие.