РИтори
Шрифт:
Свет в коридоре неприятно мерцал. Тёмная дверь медленно, с каким-то жутким скрипом, стала открываться, и через несколько секунд на пороге появился врач-патологоанатом:
– Девочка умерла не от черепно-мозговой травмы, а от разрыва сердца, – тихо произнёс он. – Врачи пытались её спасти, но сердечко остановилось, не выдержав очередной нагрузки, и запустить его уже не смогли.
Михаил кивнул, повернулся и, так и не взглянув ни на кого, вышел. Никогда в жизни он потом не встречался ни с одним из бывших друзей.
– Как всё это могло случиться? – простонал Иосиф, постаревший, казалось, лет на двадцать.
– Как, как… Да очень просто! – громко
33
Два года спустя после описанных событий Михаил с сыном приехали к заброшенному зданию и положили цветы на тот камень, под окном. Время совершенно стерло с него следы крови.
Михаил, поседевший и постаревший, со вздохом дотронулся рукой до стены здания. Она уже не была такой горячей, какой он её помнил. Обычная дряхлая стена…
– Этот дом предупреждал меня о том, что надвигается беда, но я его не понял, – произнёс он.
А потом повернул голову и кинул взгляд на другую уже давно пустующую базу отдыха. Ту самую, где они с друзьями когда-то так весело проводили время раз в три года…
Рассказы
Мне никто не поверил
1
Мне никто не поверил, что у нас в квартире появилось привидение: ни жена, ни сын, ни дочь. Ни тесть, которому я позвонил. Ни тёща, которую я встретил на рынке. Вообще, никто!
Так бывает. Когда ты придумываешь много разных историй, люди перестают серьёзно относиться к тебе и твоим рассказам, считают чудаком, живущим вне реальности.
Свои нереальные истории я придумывал на кухне, потому что специальной рабочей комнаты, у меня не было. Сочинял я с удовольствием. Только вот редко кто интересовался, о чём я пишу, не веря в мои писательские способности. Но я не отчаивался и творил, мечтая стать признанным писателем.
Представьте ночь: небо полное звезд и растущую луну. В двухкомнатной квартире на десятом этаже все спят, кроме отца семейства. Он тихо, никому не мешая, строчит свои непризнанные мемуары.
Строчка за строчкой рождается на белом листе бумаги. Я пишу долго и увлечённо, но вдруг чувствую, что кто-то на меня смотрит. Жена – кто же ещё? Пришла сказать, что я засиделся, а завтра мне на работу, и я буду опять жаловаться
Я повернулся, что бы сказать ей: «Всё, я иду спать. Не волнуйся». Но осёкся на полуслове. В маленьком коридорчике за кухонной дверью кто-то или что-то дёрнулось в сторону и исчезло в районе кладовки, словно я это нечто напугал, и оно спряталось. Мне стало жутко холодно и чуточку даже затрясло.
Померещилось, решил я. Выключил свет на кухне, залез под одеяло (так, на всякий случай; с детства помню: ужастики под одеяло не залезают) и, обняв жену, захрапел, как ни в чём не бывало.
2
В следующую ночь всё повторилось. Опять я почувствовал взгляд и медленно начал поворачиваться. В доли секунды я различил за дверью ярко – мерцающий силуэт женщины: худенькой, красивой, с длинными волосами и глазами, полными отчаяния. За очень короткое (можно сказать ничтожно малое время) я запечатлел в мозгу её образ. А она, достигнув того, чего хотела, исчезла в том же направлении, что и в предыдущую ночь.
3
Сначала я рассказал обо всём жене. Она посмеялась и сказала мне, что придуманные мною страхи скоро меня доконают, и я попутаю в голове своей, где реальность, а где вымысел. Примерно то же самое сказал сын. Дочь – самая младшая в нашей семье и самая мудрая – заявила, что я сам как приведение. Не сплю и другим не даю. Хожу, брожу из угла в угол, когда все нормальные люди спят.
С логикой не поспоришь.
Тестю я позвонил на работу. Он меня выслушал и посоветовал попить валерьянки. Тёща заявила, что у неё и без моих странностей забот хватает.
4
Собрал нас вместе очень хороший праздник – день рождения сына. Засиделись мы допоздна и поняли, что пришло время для торта с ярко горящими свечами. Потушили свет и стали ждать, когда моя супруга принесёт своё чудесное творение. Она завозилась на кухне. А мы, расслабившись, продолжили о чём-то спорить. И тут мы услышали шаги: кто-то шёл в направлении стола. Туп, туп-туп, туп-туп-туп. Такое ощущение, что этот кто-то взял громадный разбег. Туп-туп закончилось тем, что с диким грохотом налетело на стену, и оттуда повалилась картина, создав этим дополнительный шум.
Все замерли. Я включил свет – никого, кто бы мог бежать и удариться так сильно об стену. Челюсть не отвисла только у меня и у моей жены, которая с тортом вышла из кухни.
– А почему до сих пор свет не выключен?– спросила она.
– А нам и со светом не плохо, – ответила тёща.
5
Когда в очередной раз я почувствовал, что она на меня смотрит, я набрался смелости и решил пойти с ней на контакт. Я спокойным голосом произнёс:
– Не уходи. Давай поговорим.
По мере того как двери на кухню начали медленно открываться, волосы на моей голове так же медленно начали подниматься. Двери открылись полностью. Я провёл рукой по черепушке, а ёжик из волос как стоял, так и продолжил стоять (плевать этому ёжику было на мою руку, когда здесь такое творится).
Туп – туп… Бац!
Стакан с водой, стоящий на столе, вдруг захотел полетать. Такое ощущение, что по нему ударили. Он слетел со стола и, набрав скорость, врезался в стенку.
Тогда это происшествие я никак не связал с поломанным и уже третий месяц не функционирующим смесителем на кухне. У меня не было денег купить новый – моя скромная зарплата инженера не предусматривала такой роскоши.