Ритм жизни

Росоховатский Игорь Маркович

– Ему немного лучше, - сказала женщина.

И она заметила? Случайное улучшение? На несколько минут? Совпадение по времени с песней?

Я снова посмотрел на Андрея, скользнул взглядом от его губ к руке, к белым пальцам с синими ногтями. Пальцы уже не были такими белыми, а ногти такими синими. Опять совпадение? А не слишком ли много их?

Но в таком случае... В таком случае выходит, что... Но ведь каждый здравомыслящий человек знает, что этого не может быть. Значит, я не здравомыслящий. Я

такой же, как он, как эта женщина, его мать.

"Постой, постой, старик, - сказал бы Андрей, командир, - а кого мы называем здравомыслящим? Да, да, ты правильно понял меня, старик. Возможно, по этой самой причине именно безумные идеи оказываются верными. Ну, что ты на это скажешь?"

"Чепуха!
– говорю я себе.
– Так в самом деле недолго свихнуться. Мы бесповоротно заблудились бы в лабиринте идей, потонули бы в них, если бы не... Не что? Не факты. Это они являются проверкой любых идей - здравых и безумных, они все решают и выносят приговор. Факты..."

Факты тоже безумны, или у меня что-то неладно с глазами. Андрею явно становится все лучше и лучше, он дышит все ровнее.

Пусть глаза врут. А приборы?

Я прилип, прикипел взглядом к контрольной доске и опять не поверил своим глазам. Показатели пульса, наполнения, насыщения кислородом, азотом, иннервации отдельных участков менялись. Менялись - и все тут.

Песня?

Чепуха! Да и песня смолкла, а показатели меняются. Пора делать выводы, необходимые для дальнейших шагов.

Но прежде всего надо успокоиться.

Я закрыл глаза, несколько раз напряг все мышцы и медленно расслабил их. Немного помогло...

Я вспомнил еще об одном, безмолвном участнике происходящего, на объективность которого можно полностью положиться. Компьютер - мозг модулятора. Я сказал в микрофон:

– Нуждаюсь в совете. Оцени состояние больного и действенность программы. Какая программа предпочтительней сейчас?

Индикатор на выходе загорелся голубоватым огоньком. Засветился экран, на нем появились слова и цифры: "Состояние больного по шкале Войтовского 11x9x4. Искомая модуляция найдена".

Меня била нервная лихорадка. Что же это такое? Что спасло его? Песня? Голос матери? Ее присутствие? Конечно, это было бы красиво. Каждому приятно верить, что его могут спасти ласка матери, песня детства, руки любимой, бинтующие рану. Приятно верить в сказку. И вера тоже иногда помогает исцелению. Но не в этом случае и не в такой мере.

И я не сказочник, а ученый. Я не имею права верить. Чем приятнее сказка, тем больше должен я ее опасаться. Опасаться самого присутствия веры. Я должен ЗНАТЬ, что происходит.

Но ведь здесь произошли весьма определенные явления. Они кажутся мне сверхъестественными, загадочными. Кажутся. Мне. Однако они подтверждаются

объективно: показаниями датчиков и компьютера, режимом работы модулятора. Значит, явления происходят на самом деле. Просто их надо объяснить. Найти причину того, что кажется сказкой. И эта причина должна быть совсем не сказочной, а реальной, поддающейся математическому описанию.

Итак, была просьба. Была песня. Песня: музыка и слова. Звуковые волны. В определенном ритме. В определенном ритме. В определенном ритме...

А что же ты искал, болван? Чего тебе не хватало для определения модуляции? Данных мощности поля? Частоты импульсов? Да нет же! Расположения их между паузами! Ритма! Тебе не хватало ритма - и ты его получил. Может быть, ты забыл тривиальную истину? Ритм - основа всех процессов организованной системы. Основа жизни в любом ее проявлении. Любая болезнь нарушение ритма. Восстановление его - выздоровление.

Перейдем к человеку, к миру, который он сам создал для себя. В этом мире наивысшее средоточие ритмов, их отчеканенная устойчивость, их плавные переходы - музыка. Даже животные не безразличны к музыке. Музыка стимулирует рост растений.

А человека музыка сопровождает с детства. Есть любимая музыка. Что это такое? В определенном смысле - ритмы, наиболее соотносящиеся с ритмами организма. Нервная настройка усиливает или ослабляет их...

Стоп! Я делаю непростительную ошибку. Музыка сама по себе не оказала бы ТАКОГО влияния на больного. Я искал ритмы для задания модулятору. Они могли ТАК воздействовать на больного только через команду компьютеру, управляющему модулятором... Но команды исходили от меня...

Что же произошло?

Я постарался с мельчайшими подробностями вспомнить все, что происходило здесь в течение последнего часа. Песня... Я отдаю команду о смене программы с четвертой на... На какую? Я сказал "меняю программу", затем... Затем я стал размышлять, вычислять... А песня звучала. И аппарат, ищущий модуляции компьютер, подчинился моим словам о смене программы. Он, возможно, начал анализировать ритмы песни, восприняв ее как программу. И если он ввел какой-то из них в модулятор... Но зачем мучиться? Я ведь могу довольно просто проверить это предположение.

Я спросил в микрофон, стараясь говорить разборчивее:

– Недостающий компонент искомой модуляции был в песне?

"Да, - загорелось на экране.
– Вот его формула".

Я тяжело встал со стула, пошатнулся...

Чьи-то руки поддержали меня.

– Вам нехорошо, доктор?

Опять я забыл об этой женщине, о матери командира.

– Вам необходимо отдохнуть, доктор...

А мне послышалось насмешливое: "Что, старик, замучился ты с этими больными?"