Рита
Шрифт:
— А вы ранняя пташка, мистер Хьюго, — Рита села на соседний с начальником стул, единственный, отодвинутый от стола. Хотя она бы предпочла противоположный конец длинного стола, и ничего, что пришлось бы перекрикиваться или использовать Сонорус.
— Дела, знаете ли. Все-таки руководство подобным департаментом – очень ответственное дело.
«Когда же Боунс займет твое место? – с тоской подумала Рита, разглядывая пухлого извращенца. – Может, посодействовать смене руководства?»
Пока начальник плотоядно оглядывал ее, она разглядывала помещение. Стандартный
— Мистер Хьюго, я бы хотела с вами поговорить о контроле, осуществляемом за несовершеннолетними магами, — начальник заметно расслабился и откинулся в кресле. – Почему-то мне кажется, что ваш отдел допускает некоторые попустительства, — она погрозила пальцем, не переставая улыбаться и думая, что скоро заработает паралич лицевых мышц.
— Ой, Рита, вы же понимаете, что уследить за несовершеннолетними магами нереально, — начальник наклонился к ней и поймал пухлой потной ладошкой руку журналистки. Он принялся поглаживать пальцами тонкое запястье, а Рита думала только о том, как бы выдернуть руку и быстро найти туалет, чтобы там ее вымыть.
— Но тем не менее, контроль осуществляется, даже мне приходило гневное письмо, — Рита попыталась освободить руку, но ей это сделать не удалось.
— Почти каждый молодой маг получает подобное письмо, — Хьюго с поглаживаний запястья переместился немного выше. – Это делается для того, чтобы немного припугнуть молодежь, чтобы сильно не наглела.
— Однако я точно знаю, что в трех случаях контроль был снят официально. Вы не могли бы мне рассказать, с чем это было связано? – Рита попыталась отодвинуться, но кресло у Хьюго оказалось на колесиках, поэтому он последовал за ней.
— Да, я помню эти случаи, — кивнул начальник, придвигаясь ближе к Рите.
«Он что, думает, что я пригласила его сюда пошалить с утреца?» – мелькнула паническая мысль у журналистки. Нет, она вполне способна была справиться с озабоченным начальником, но не могла уйти, не получив интересующие ее сведения. Это было бы слишком непрофессионально. – «Нужно думать о ком-то другом», — в голове всплыл образ Долохова, такой, каким он ей приснился. Стало немного легче переносить потные прикосновения Хьюго.
— Насколько я поняла, это был один случай для всех троих, — от улыбки уже сводило скулы.
— О, как я вижу, вы пришли ко мне подготовленной, — Хьюго поднес ее руку к губам, а Риту передернуло от отвращения.
«Конечно, у меня полная сумка плеток, латекса, вибраторов и зажимов для сосков», — образ Долохова уже не помогал, и она подумывала о том, что нужно заканчивать это «интервью».
— Так как же это произошло? Я так поняла, что подобные меры были связаны с неким пророчеством… кстати, а почему оно оказалось записано на пергамент?
— Рита, дорогая, пророчество было произнесено во время заседания Визенгамота. Судили какую-то мошенницу, я уже не помню ее имени, и во время допроса
— Но почему вы решили, что пророчество связано именно с этими подростками, и почему решили ему подыграть?
— Видите ли, в теории пророчеств есть пункт о том, что устами пророка говорят высшие сущности. И когда пророчество произносится перед большой аудиторией, становится ясно, что к нему нужно как минимум прислушаться и создать некоторые условия для его осуществления, ведь сама суть пророчеств и заключается в том, чтобы быть услышанными и передать волю богов.
— Да?
— Ну конечно, — Хьюго снова поднес руку Риты к губам, но на этот раз поцелуем не ограничился, а лизнул нежную кожу. Рита почувствовала, что ее сейчас вырвет.
— И вы решили этому пророчеству подыграть? А ничего, что оно может трактоваться как угодно?
— Решение принималось коллегиально. Мы выбрали из множеств толкований самое разумное и немного помогли ему исполниться, вот и все.
— А вам вообще пришло в голову, что «рожденный в союзе» вовсе не обязательно означает ребенка? Это могут быть и действия, рожденные в сотрудничестве…
— Ах, Рита, дорогая, ну зачем нам лезть в такие дебри? Я же уже сказал, мы выбрали наиболее рациональное толкование, — начальник попытался придвинуться еще ближе, но тут женщина не выдержала и вскочила со стула, выдернув руку.
— Ой, я только что сообразила, что мне назначена встреча, прошу меня простить, мистер Хьюго.
— Но мы же встретимся еще как-нибудь? Поговорим не о делах?
— Непременно, — Рита уже неслась к дверям. – Обязательно встретимся и поговорим.
Она вылетела в коридор, ничего не видя перед собой, и с размаху врезалась в какую-то твердую преграду.
«Закон подлости никогда не подводит», — думала Рита, глядя в светло-карие глаза возвышающегося над ней Долохова.
— Почему вы одна? Где ваши стажеры? – мужчина нахмурился, перехватив журналистку за локти.
«Интересно, а почему мне не хочется вырваться и убежать отстирывать мантию? И ведь в его хватке нет ни грамма сексуальной подоплеки», — она продолжала молча разглядывать одного из самых отмороженных Пожирателей и пыталась понять, почему ее к нему тянет.
— Долго вы будете молчать? – Рита ясно увидела, что мужчине не по себе от ее изучающего взгляда.
— Во-первых, доброе утро, — она улыбнулась, на этот раз искренне. – Во-вторых, а что вы тут делаете?
— У меня здесь дела, отвечайте на вопрос, — прорычал Долохов.
— А у меня было эксклюзивное интервью тет-а-тет с начальником этого департамента, — она указала рукой на вход в кабинет, из которого только что выскочила.
— Тет-а-тет, значит, — что разозлило Долохова еще больше, Рита так и не поняла. – Не знал, что вы предпочитаете подобные развлечения.
«Он что, думает, что я с этим… с этим…» — Рита даже не знала, как на это реагировать. Совершенно не думая, что несет, она выпалила: