Риск
Шрифт:
— Это Марш с супругой, — ответил мистер Стэнхоуп. Его зеленые глаза смотрели холодно, на лице застыла легкая гримаса. — Мой вам совет, мисс Ньюбери, держитесь от него подальше, — предостерег он меня. — Он неприятный человек.
Похоже, дурная слава Марша стала всеобщим достоянием, подумала я, а вслух возразила:
— Но он выглядит вполне безобидно.
И это была правда. Я ожидала, что у графа Марша отталкивающая внешность — к примеру, потасканное лицо кутилы или смуглое лицо пирата. Но у этого человека были светлые волосы
Мистер Стэнхоуп пробормотал, что внешность бывает обманчива, и я согласилась с ним.
Маршу потребовалось всего четверть часа, чтобы отыскать меня в толпе. Хозяйка бала леди Рентам представила мне его как старого друга моего отца, и когда он пригласил меня потанцевать, я уже не могла отказаться.
Это был вальс.
Мы вышли на середину залы, и он обнял меня за талию, взял мою руку в свою и заглянул мне в лицо. Он был одного роста с лордом Уинтердейлом, но вблизи я заметила проседь в его золотистых волосах. Его блеклые серо-зеленые глаза казались почти бесцветными, и взгляд их меня пугал.
Я беспомощно оглянулась вокруг в поисках лорда Уинтердейла, но он как сквозь землю провалился.
«Черт возьми, — подумала я, — вечно он исчезает, когда мне нужна его помощь».
— Вам нравится сезон, мисс Ньюбери? — спросил меня лорд Марш.
— Да, милорд, очень, — коротко ответила я и снова поискала глазами лорда Уинтердейла.
— Я слышал, леди Уинтердейл была так добра, что согласилась вывозить вас в свет, это так? — промолвил он. — Как странно. На нее это не похоже.
При этих словах он едва заметно улыбнулся. Сейчас он напоминал мне кошку, играющую с пойманной мышью.
— Лорд Уинтердейл — мой опекун, лорд Марш, — сказала я, — и леди Уинтердейл согласилась покровительствовать мне по его просьбе.
Он беззвучно рассмеялся.
Но глаза его не смеялись. Внутри у меня все сжалось от страха. Граф Марш и в самом деле оказался очень неприятным господином.
До окончания танца он хранил молчание, чему я была несказанно рада. Как только музыка умолкла, я повернулась, чтобы броситься к леди Уинтердейл — ее общество сейчас было бы для меня единственным спасением. Но лорд Марш схватил меня за руку повыше локтя, и его пальцы впились мне в кожу ниже короткого рукава бледно-розового бального платья.
— Я желаю побеседовать с вами, мисс Ньюбери, — сказал он. — Идемте со мной — нам надо переговорить с глазу на глаз, без свидетелей.
— Нет! — в ужасе воскликнула я, тщетно пытаясь вырваться. В отчаянии я обежала глазами залу в поисках лорда Уинтердейла.
Лорд Марш сдавил мне руку.
— Не устраивай сцену, глупая сучка, — зловеще прошипел он. Самое жуткое, что при этом улыбка не сходила с его лица.
Он подтолкнул меня вперед, и я пошла с ним, успев подумать мимоходом, что он прав и я действительно не хочу устраивать сцену и что в другой гостиной на этом же этаже сервировали ужин, так что я
Но мы не пошли в гостиную. Лорд Марш пересек холл, распахнул какую-то дверь и втолкнул меня в маленькую прихожую. Он затворил за нами дверь и промолвил голосом, от которого у меня по спине поползли мурашки:
— А теперь поговорим о тех бумагах.
Я вспомнила о неизвестном злоумышленнике, столкнувшем меня в яму ко льву, и сердце мое часто-часто заколотилось от ужаса.
Но тут из дальнего угла комнаты раздался спокойный голос лорда Уинтердейла:
— Что ж, давай поговорим, Марш. И убери руки от моей подопечной.
Лорд Марш немедленно разжал пальцы, отпуская меня, резко обернулся и, увидев лорда Уинтердейла, злобно выругался.
Я тут же воспользовалась своей свободой и кинулась к лорду Уинтердейлу.
В наступившей тишине мужчины сверлили друг друга взглядами.
— Уэлдон и тебя шантажировал, Филип? — спросил наконец лорд Марш.
Должна признаться, имя лорда Уинтердейла в устах лорда Марша меня несколько ошарашило.
— Не меня — моего дядю, — коротко ответил лорд Уинтердейл.
— Непогрешимого Уинтердейла? — недоверчиво переспросил лорд Марш.
— Да. А ни в чем не повинная мисс Ньюбери нашла свидетельства шантажа в отцовских бумагах. Но вместо того чтобы разослать досье жертвам своего покойного батюшки, она по глупости их сожгла, свято веря, что совершает благородный поступок.
— Она только так говорит, что сожгла, — хрипло возразил лорд Марш.
— Она их сожгла, Ричард, в этом не может быть никаких сомнений, — дружелюбно промолвил лорд Уинтердейл. — Она бы не разослала эти письма, если бы это было не так. Вместо этого она наверняка стала бы вымогать у тебя деньги, как это делал ее отец.
Ричард! Я снова испытала потрясение, когда поняла, что эти двое, как видно, прекрасно знают друг друга.
— Тебя-то она точно шантажировала, — отпарировал лорд Марш. — Иначе я просто не понимаю, зачем ты возишься с этой бесцветной девчонкой. Признайся, она не в твоем вкусе.
Перья в моей прическе чуть не встали дыбом. «Бесцветная девчонка» — нет, это уж слишком!
— Я делаю это, чтобы позлить мою тетушку, — спокойно отозвался лорд Уинтердейл. — Ты и представить себе не можешь, какое наслаждение я испытываю, когда вижу ее ярость: моя мнимая подопечная затмила ее ненаглядную Кэтрин.
Лорд Марш недоверчиво покачал головой.
— Если она тебя не шантажировала, то как же мисс Ньюбери очутилась в твоем доме? — спросил он.
— Это я первым навестил ее, — небрежно ответил лорд Уинтердейл. — В расходных книгах моего дяди имелись записи о выплатах некоему лорду Уэлдону, и мне стало интересно узнать, в чем тут дело. Поэтому я разыскал мисс Ньюбери, и она рассказала мне о бумагах, которые обнаружила после смерти своего отца.
«Как ловко он все придумал!» — с невольным восхищением подумала я.