Риск
Шрифт:
— Эй, дружок, — позвала я его. — Как поживаешь?
Мне показалось, он ищет меня в толпе, и я подошла поближе.
— Какой красивый мальчик, — ласково промурлыкала я, хотя бедняга красотой отнюдь не отличался — похоже, у него была чесотка или что-то в этом роде.
Сзади напирала толпа. Я наклонилась над барьером, и вдруг кто-то изо всей силы пихнул меня в спину. Я потеряла равновесие, качнулась вперед и, ухватившись за барьер, попыталась выпрямиться. Мне бы это удалось, если бы чья-то рука не подтолкнула меня. Я покатилась
Тяжело дыша, я поднялась на ноги.
Сверху доносились крики, и я поняла, что это кричит Анна. Но мое внимание было приковано к хищнику, который теперь, когда его уединение было нарушено, кажется, пробудился от апатии.
У меня перехватило дыхание.
«Нельзя показывать ему, что я его боюсь, — пронеслось в голове — Если хищники чувствуют, что жертва их боится, они нападают. Боже, помоги мне. Спокойно, Джорджи, спокойно».
Анна кричала, не умолкая.
Лев раскрыл пасть и зарычал. На меня дохнуло смрадом из его глотки, и я чуть не потеряла сознание.
«Не будь трусихой», — приказала я себе, трясясь с головы до ног.
Лев сделал несколько шагов, приближаясь ко мне.
— Эй, мисс, — раздался голос сверху. — Я сейчас брошу ему кусок мяса, а потом мы спустим вам лестницу. Вы сами-то заберетесь?
Я кивнула. Я бы сейчас взобралась даже на Маттер-хорн.
Несколько секунд спустя в дальний угол ямы шлепнулся огромный кусок мяса. Лев немедленно развернулся и отправился туда вкушать свой обед.
Смотритель зверинца спустил в яму длинную лестницу, и прежде чем лев вонзил зубы в мясо, моя нога была на нижней ступеньке. Я подобрала юбки и стала взбираться по лестнице с такой скоростью, словно за мной черти гнались. Когда я очутилась наверху, ко мне кинулась рыдающая Анна.
Нэнни подоспела вслед за ней.
— Боже Всемогущий, мисс Джорджиана, — повторяла она снова и снова. — Боже Всемогущий!
Смотритель зверинца был сердит на меня за мою неловкость.
— И как вас угораздило туда свалиться? Он же мог вас загрызть! И что бы тогда со мной сделали? — ворчал он. — А с бедным Лео?
Я постаралась более-менее внятно произнести извинения и забралась в двуколку вместе с Нэнни и истерически рыдающей Анной. К счастью, коляска была открытая, а то от меня ужасно несло львиной ямой.
Двуколка остановилась у подъезда особняка на Гросвенор-сквер, и мы вошли в дом. Первый, кого я увидела, был лорд Уинтердейл, который, по-видимому, направлялся в библиотеку. Он заметил нас, остановился и вежливо осведомился:
— Ну, как прошла прогулка?
— О, лорд Уинтердейл! — воскликнула Анна — Джорджи свалилась ко льву, и он ее чуть не съел!
Такое заявление не могло не привлечь его внимания.
— Это правда, — призналась я. — К счастью, меня спас расторопный смотритель. Он бросил зверю кусок мяса, чтобы отвлечь его, а я тем временем взобралась
— Вам лучше пройти в библиотеку и рассказать мне все по порядку, — мрачно произнес он. Я улыбнулась ему дрожащей улыбкой.
— Может, мне сначала принять ванну и переменить платье?
Он окинул меня взглядом с головы до ног и заметил грязные пятна на моей новенькой зеленой накидке. Голубые глаза его потемнели.
— Хорошо, — коротко согласился он. — Приходите, когда будете готовы. Я вас жду.
Поднимаясь наверх вместе с Нэнни и Анной, я с некоторым облегчением подумала, что хотя бы одному человеку могу поведать правду о том, как оказалась в западне.
Глава 11
Бетти наполнила ванну теплой водой, и я принялась скрести себя, пока кожа не покраснела. Затем надела бледно-голубое дневное платье и спустилась в библиотеку, где меня ждал лорд Уинтердейл.
Он сидел за письменным столом и просматривал расходную книгу. Я и раньше замечала, что он много времени посвящает делам.
Он не потрудился встать, когда я вошла (уже ставшая для меня привычной неучтивость), но тем не менее отложил гроссбух в сторону и жестом предложил мне присесть.
— Итак, — промолвил он, — рассказывайте, как все произошло.
— Кто-то толкнул меня, — начала я. — Я стояла у края ямы, где находился лев. Возможно, я слишком низко наклонилась, но уверена, что кто-то нарочно подпихнул меня к самому краю. А потом еще толкнул в спину, и я, потеряв равновесие, скатилась в яму.
Я почувствовала, что вот-вот заплачу — первый раз после случившегося.
— У меня теперь все тело в синяках, — пожаловалась я дрожащим голосом. — А потом лев зарычал на меня. — В моем голосе все явственнее слышались всхлипы. — У него из пасти несло таким смрадом.
— Перестаньте плакать, — сердито отрезал лорд Уинтердейл. На щеке у него подергивался мускул. — Избавьте меня от ваших слез.
Я с трудом сдержала готовые вырваться рыдания, глубоко оскорбленная его холодностью. Мне же пришлось пережить такой ужас — я имею полное право немного поплакать. Ничего, от него не убудет, если он пожалеет меня, обнимет, успокоит.
Но лорд Уинтердейл ничего такого не сделал и не собирался делать. Он по-прежнему сидел в своем кресле, глядя на меня суровыми голубыми глазами, и терпеливо ждал, когда я справлюсь с собой.
Когда я успокоилась, он сказал:
— Насколько я понял, вам неизвестно, кто вас толкнул? Я покачала головой.
— Вокруг зверинца толпилось столько народу. Поначалу, когда меня пихнули в спину, я подумала, что это случайно. Я ухватилась за барьер и наверняка удержала бы равновесие, но чья-то рука с силой толкнула меня через ограду. Это сделано со злым умыслом, милорд. У меня нет никаких сомнений.
Он негромко выругался.
— Как вы думаете, — тихо спросила я, — это один из тех, кого шантажировал мой отец?