Римский сад
Шрифт:
9
Что теперь делать?
Ехать назад, рискуя, что чудовище убьет ее дочерей, потому что они маленькие девочки — и в том их единственная вина, — и ее, женщину, которая знает, что оно существует? Наверное, оно следило за ними. Может, таится неподалеку даже сейчас.
И гнев чудовища будет невообразимым.
Позвонить Массимо, все объяснить, попросить помощи? А если Массимо, как и старший сержант Борги, каки все остальные, посчитает ее просто придурковатой сказочницей?
Обратиться за помощью к соседям? Но они подкупили Массимо и заставили полицию арестовать Фабрицио. Жильцы кондоминиума
Фабрицио, единственный человек, который всегда ей верил, всегда спасал ее, — и тот, кого она предала, — сидел в тюрьме тоже из-за нее.
Единственный шанс — добраться до дома и запереться. Попросить Массимо немедленно приехать. Объясниться лицом к липу. Сказать, что дело не в тебе и не в нем, а в них, в наших дочерях. Массимо тоже мог дать слабину. Стать членом Большой семьи. Но речь шла о девочках, об их девочках! Франческа не могла позволить себе ни малейшего сомнения, как и тогда, в номере отеля, когда она допустила ошибку, самую большую ошибку в своей жизни Только тогда Массимо ей поверит. (Поверит ли? А какие еще у нее варианты?)
Такси остановилось перед красными воротами. Франческа заметила, что во дворе собралась целая толпа. Жильцы.
Они собираются убить ее и ее дочерей?
Сохраняя ясность мысли, она попросила таксиста подождать — это ее спасительная соломинка. Обитатели кондоминиума не смогут расправиться с ними на глазах свидетеля.
Франческа вышла и взяла девочек с собой — она не доверяла и таксисту, не верила, что тот не похитит их, не изнасилует, не убьет.
Некуда бежать.
Она вытащила из сумочки телефон. Набрала номер Массимо.
Во дворе заметили остановившуюся машину, и вся толпа разом уставилась на вышедших из нее пассажиров.
Они тут из-за меня. Они готовы. Они собираются напасть. — Беги, Франческа!
Наперерез ей двинулась Колетт.
10
Свидетель, у тебя есть свидетель, здесь они не могут вас убить. Франческа крепко обняла дочерей.
— Карло мертв, — рыдая, произнесла Колетт и обняла ее.
Его сбила машина сразу за границей «Римского сада». Потрясенный водитель сообщил, что подросток появился из ниоткуда на виа Остиенсе. «Он переходил дорогу и не смотрел по сторонам, — повторял мужчина, — шел быстрым шагом». Сразу за границей «Римского сада». Как будто это проклятое место мешало ему уйти. Хоть раз ты на моей стороне, «Римский сад». Чудовище уничтожено.
Впервые в жизни Франческа поняла, что значит радоваться чьей-то смерти. И не нашла в этом ничего ужасного. Закон оказался не на ее стороне, но Карло сам отыскал единственно правильный выход. Умер, расплачивясь за то, что сделал с маленькой Терезой. Умер, спасая от себя ее дочерей. Во что превратил меня этот квартал?
Соседи, до сих пор считающие ее одной из них, рассказывали ей новости — общий огород, кофе у меня и у тебя, собрания, — и Франческа жадно впитывала все это, надеясь уловить что-то иное. Но нет, будто ничего не произошло. Она для вида погоревала об общей потере. И повела девочек домой. Их ждут покой, свобода.
Да, но в тюрьме сидит невиновный человек. И Франческа не защитила его — она действительно стала одной из них, одной из жильцов кондоминиума. И тем вечером она слово в слово задавала злобные
Но, оказалось, она как все. Даже хуже.
Франческа открыла дверь, с горечью думая о маленькой Терезе, которая умерла в руках Карло. Казалось, она поворачивала ключ в замке целую жизнь назад. И дом, с тех пор как она предала Фабрицио, больше не разговаривал с ней. Она огляделась. Что мне теперь делать?
«Франческа», — ее имя эхом заметалось между белыми стенами, отскочило от книжного шкафа, от телевизора, растаяло на полу, оставив после себя влажное пятно.
«Дом, — сказала Франческа, чувствуя, как сердце колотится в горле. — Ох, дом. Ты вернулся. Фабрицио невиновен, понимаешь? Он невиновен, и он в тюрьме! Я ему не поверила».
«Франческа, успокойся», — сказал дом.
Франческа послушалась. Кого еще ей слушать?
«Сядь на диван, включи телевизор, дыши».
Франческа села на диван, включила телевизор.
«Попробуй расслабиться на минутку».
«Расслабиться?» — из телевизора донеслись голоса, появилось изображение, и туман в ее голове медленно рассеялся. Младший сержант в полицейском участке… что он ей сказал?
«Синьора, когда вернетесь домой, посмотрите новости».
В прямом эфире прошла пресс-конференция представителей полиции. Все обвинения с Фабрицио сняты.
Свидетельские показания детей были подвергнуты серьезной проверке. Которую не прошли. СМИ широко комментировали новость. Например, вполне обоснованно утверждали, что жители «Римского сада» промыли мозги своим детям: они были настолько убеждены, что в преступлении виноват Фабрицио Манчини, что настроили против него своих собственных детей. В пример приводили тысячи подобных случаев. «Кто-то из родителей неправильно понимает слова своего ребенка. И начинает нервничать понапрасну. Убеждает себя, что за словами сына или дочери скрывается нечто большее. Ребенок, ощущая тревогу родителя, тоже начинает волноваться. И, в свою очередь, убеждает себя, что то, о чем говорит родитель, действительно произошло. Он не выдумывает, а принимает на веру слова взрослого. И как только это случится с одним ребенком, убедить других не составит труда. Так рождается чудовище».
Да. Таких случаев известно много. Но немало и других случаев, когда дети говорили правду. А их не услышали. И не помогли им. «МЫ ТОЧНО УВЕРЕНЫ, ЧТО ВСЕ ИМЕННО ТАК И ПРОИЗОШЛО?????» — написал один пользователь в «Твиттере», крича о заговоре. Что бы Франческа ни думала, сеть уже наполнили оскорбительные высказывания в адрес карабинеров и обвинения их в некомпетентности.
Так вот что имела в виду старший сержант Борги, когда сказала, что преступник определенно на свободе! Возможно, поэтому она так жестко разговаривала с Франческой. Наверное, старший сержант по телефону получила подтверждение, что Фабрицио невиновен, и приняла Франческу за одну из экзальтированных психопаток, которые отправили своих детей на передовую и использовали их как оружие в своей войне.