Рикошет

Лейк Кери

Внезапная тишина подняла волосы на затылке, и, прежде чем я успела повернуться к тому, от чего меня охватило это жуткое чувство, лезвие приподняло мой подбородок, в то же время мое тело обвили руками.

— Брось пистолет.

Голос, от которого стыли кости, который я слышала в кошмарах, прозвучал прямо над ухом.

— Пошел ты.

Пламя лизнуло тонкую кожу на моей шее, где он надрезал ее лезвием, и я вздрогнула.

— На случай, если до тебя не дошло, я очень даже способен закончить твою жизнь, — он прошелся языком по коже моего горла. — Почти так же легко, как я прикончил

твоего отца.

Гнев сотряс мои внутренности, и я сжала руку в кулак.

— Я знала, что ты убил его, психбольной кусок дерьма.

— До чего же… самая сладкая вещь, которую ты когда-либо говорила, дорогая. Шагай, — он вырвал пистолет из моей руки и держал его ровно, дернув им в сторону, чтобы я шла первая. — В туннель.

Передо мной открывался длинный темный туннель, освещенный только отверстием в конце примерно в двухстах метрах, который оказался выходом из здания. По обе стороны кирпичных стен отблескивали металлические трубы. Густая грязь чавкала под моими ботинками, и запах плесени и затхлого воздуха забил мой нос, пока я плелась впереди Майкла.

— Паровые туннели. По всему Детройту. Позор увидеть, что чьи-то блестящие идеи заплывают грязью, разрушением, граффити, — его слова звучали кислым тоном. — Кучка сраных тварей в зоопарке.

Что-то ударило меня по руке, и я споткнулась. Мою голову откинуло назад, когда Майкл дернул ее рукой, затаскивая меня на платформу.

В устье туннеля мы достигли небольшой лестницы, которая переходила в заваленный грязью пролет с аппаратурой на самом нижнем уровне, словно это была строительная площадка, отделенная высоким забором с колючей проволокой сверху. Знаки с требованием надеть твердую каску висели во всех уголках площадки месте с предупреждением «НЕ ВХОДИТЬ».

Единственный выход оказался обратно через здание, откуда мы только что пришли.

— Наверх по ступенькам, — Майкл подтолкнул меня вперед.

На небольшом расстоянии от нас, другая лестница находилась рядом с квадратной бетонной постройкой, всего на восемь или десять футов вверх — что-то вроде хранилища. Я неохотно ступала на каждую ступеньку, глядя на белый квадратный люк вверху, достаточно большой, чтобы пролезть в него человеку.

— Зачем? — спросила я, когда, дернув печами, резко повернулась к нему лицом. — Зачем ты убил его? — Рот сжался в жесткую линию, я стиснула челюсти, чтобы сдержать яростные слова, рвущиеся сбежать, и сделала два глубоких вздоха. — Ты поклялся, если я выйду за тебя замуж, он будет в безопасности. Ты оставишь его в покое до тех пор, пока я буду держаться от него подальше. И я это сделала, — заскрежетала зубами я.

Его щеки надулись, прежде чем Майкл выдохнул и потянулся к ручке на огромном люке.

— Около года назад твой отец пришел ко мне, умоляя о встрече с тобой. Он быд одиноким. На улицах. Алкоголиком. Сказал, что не мог жить без тебя в своей жизни, — улыбка скользнула по лицу Майкла, и от его слов мое сердце сжалось.

В последний раз, когда я разговаривала с отцом, мы встретились за кофе за неделю до того, как Майкл тайно и без разрешения меня увез. Он был здоровым, много работал, но здоровым. Я не имела понятия, что его затянет на такое дно.

— Он пригрозил... разоблачить мои деловые

интересы. Так что я устроил ему водяную могилу. Подумал, что ирония была уместной — он утопал в долгах.

Смешок Майкла сковал мой позвоночник. Я сжала зубы, когда гнев пронзил тело, побуждая меня двинуть ублюдку прямо в лицо.

— И, конечно же, учитывая твою мать... это было поэтично.

Я выбила пистолет и зарядила кулаком в его нос, затем ударила коленом, и удар пришелся по яйцам. Воздух застрял в горле, когда его пальцы впились мне в шею. Позвоночник врезался в твердый монолит позади меня, и воздух выбило из легких.

Сжав окровавленный нос, Майкл подтолкнул меня вверх, пока мое тело не закрыло отверстие большого люка вверху хранилища. Цепляться ногтями за края не принесло никакого результата, и я схватила его за руку одной рукой, и петлю его ремня второй, кончиками пальцев коснувшись рукоятки ножа в кобуре.

Сквозь стиснутые зубы он зарычал, когда хватка на моем горле осталась.

— Нужно было прикончить тебя пять лет назад, когда я тебя нашел. Я же собирался. Планировал. Если бы ты не раздвинула ноги, как гребаная шлюха той ночью, дразня меня своими жалкими извинениями, ты была бы мертва, и мы все были бы в лучшем месте.

Майкл записался в мой класс, удивив меня. Годами я думала, что он мертв, но вот он стоял передо мной, успешный адвокат, оплакивал смерть своего приемного отца. Сначала он был очарователен. А я была глупа.

— Я знала, что ты... вернулся... чтобы убить меня. Ты никогда... не простил меня.

Он наклонился, зрачки расширились и выглядели безумными, как у акулы перед атакой.

— Из-за тебя он привязал меня и пытал. Из-за тебя никто не приходил днями.

— Благодаря... моему отцу... к тебе… вообще… кто-то пришел! Я... рассказала ему о... монстрах снаружи! Он тебя нашел! А ты... убил его! Ублюдок!

В битве желаний наши тела дрожали, его врезалось в мое, и мое отталкивало его.

Он с усилием поморщил нос.

— Мне нет пользы от тебя после того, как чужой член был в твоей грязной пи*де. Ты всего лишь мусор. А я могу сделать лучше.

— Гори... в… аду! — Я вытащила нож из его кобуры, прошлась лезвием по его щеке, хотя и недостаточно глубоко, и почувствовала себя в невесомости, когда мое тело выскользнуло из его рук.

Холодный жесткий удар пришелся на мой позвоночник, я закричала, мой голос эхом раздался в темной комнате, куда меня бросили.

Ноги онемели.

Мышцы горели.

Длинный столб спускался вниз от люка, и визг срикошетил внутри закрытого пространства. Звук текущей воды захватил меня паникой, когда мою одежду промочил ледяной холод.

Майкл посмотрел на меня из люка вверху.

— Это вместилище для хранения переработанного масла. Твоя собственная водяная гробница.

Страх поднимался по позвоночнику с ледяной влажностью, пропитывающей мое пальто.

Противясь парализующей боли, колющей в спине, я перевернулась на живот и встала на колени. Вода быстро поступала из открытой трубы. Клапана не было. Сопла перекрытия подачи тоже, насколько мне удалось рассмотреть в тусклом свете. Для чего бы не был тот столб, спускавшийся в хранилище, он должен был быть ключом.