Риелтор от бога
Шрифт:
— Поэтому вас так редко видят? — спросил я.
— Поэтому мы редко хотим, чтобы нас видели, — поправила она. — Мой народ считает, что чем меньше мы взаимодействуем с людьми, тем лучше для всех.
— А ты? — задал я вопрос с подвохом.
— Я бы тоже не взаимодействовала, если бы могла, — сухо ответила она.
Но ты же идёшь с нами, — подумал я. Не одна, не в лесу, а с болтливым рыцарем и бывшим риелтором в чужом мире. И это не случайность — Ари скрывала куда больше, чем острые уши и магию воды. У неё была своя
— Почему ты пошла с нами? — спросил я напрямую. — И почему поехала в Тир?
Она не обернулась:
— Мне по пути.
— Просто по пути? — поднял я одну бровь.
— Хоть этот болтливый оболтус и достаёт меня, к нему можно привыкнуть, — добавила она и я заметил, что уголок её губ чуть дёрнулся.
Ответ, конечно, не был ответом. Я чувствовал, что эльфийка не горит желанием раскрываться и откровенничать.
Мы шли дальше. Лес становился гуще, темнее, а тропинка — всё менее различимой. Я старался не отставать от Ари, которая двигалась быстро и бесшумно.
— Вот, — сказал я, указывая на обломанные ветки справа от тропы. — Леон тут проходил. Ломает всё на своём пути, как обычно.
Ари нахмурилась и подошла ближе. Она наклонилась к сломанной ветке, осмотрела её, а потом выпрямилась. Выражение её лица изменилось.
— Это не Леон, — тихо сказала она, а затем подняла взгляд на небо.
— А кто? — удивился.
— Тот, с кем нам лучше не встречаться, — холодно сказала она и начала нервно озираться. — Нужно найти укрытие как можно скорее.
Я никогда раньше не видел её такой. Ари не паниковала — она была слишком собрана и сфокусирована, но в её движениях появилась та резкость, которая бывает у людей, которые испуганы и бегут от причины своего страха.
— А Леон? — спросил я.
— Если он не найдёт укрытие до наступления ночи, то его уже можно не искать, — ответила она, не сбавляя шага.
— Да что случилось-то? — я схватил её за плечо.
Но она крепко перехватила мою руку и потянула за собой. Мы шли быстро, почти бежали, петляя между деревьев. Ари двигалась так уверенно, будто знала маршрут.
— Куда мы бежим? Точнее — от кого? — с нажимом спросил я.
— От верной смерти, — сухо сказала она, не оборачиваясь.
— Смерти? — нахмурился, услышав это.
Она не ответила. Мы пробирались через густой кустарник, перепрыгивали через корни, уклонялись от низких веток. Ари тащила меня вперёд с такой силой, что я едва успевал переставлять ноги.
И тут лес резко расступился.
Я невольно остановился. Перед нами была небольшая опушка, залитая последними лучами заходящего солнца. Аккуратная поляна с ровной травой, парой плодовых деревьев и… домиком. Небольшим, уютным, с дымком из трубы и тёплым светом в окнах. Он выглядел так, будто сошёл с иллюстрации к детской сказке.
— Что за чертовщина? — я смотрел на эту картину и не мог понять,
— Ты знала про этот дом? — повернулся я к Ари.
— Ты дурак? Откуда? — огрызнулась она.
— Но ты так уверенно сюда шла… — возразил я.
— Я уверенно шла по следам нашего упитанного идиота, — кивнула она на едва заметные отпечатки сапог на мягкой земле.
— Он что, здесь? — расширились мои глаза и внутри появилась надежда найти Леона и прописать ему хорошего леща за то, что спрятал все подковы.
— Не знаю, но он точно был здесь, — буркнула Ари, таща меня к дому и оглядываясь назад.
Мы подошли к двери и я постучал. Не давая хозяину дома шанса подойти к двери, Ари постучала следом и сделала это куда громче меня. При этом она то и дело оборачивалась, всматриваясь в тьму леса за спиной.
Наконец дверь открылась. На пороге стояла девушка лет тридцати, может чуть моложе. И она была… я даже не знал как это описать… Красивая — это было слабое слово. Точёные черты лица, тёмные волосы до плеч, большие карие глаза. Она смотрела на нас с мягкой улыбкой, совершенно не удивлённая тем, что к ней на ночь глядя пришли двое незнакомцев.
— Добрый вечер, — сказал я. — Простите за поздний визит. Не проходил ли здесь молодой парень? Наивный такой, болтливый, в доспехах. Называет себя рыцарем.
Девушка очаровательно захлопала глазами и игриво хихикнула:
— Нет, рыцарей тут не было.
Я заметил, что Ари стоит чуть позади и очень внимательно смотрит на девушку. Не с враждебностью — скорее так, как опытный охотник смотрит на потенциальную добычу.
— Вы одна тут живёте? — спросил я. — Не страшно? Посреди леса, вдали от деревни?
— Я привыкла, — улыбнулась она. — Здесь тихо и спокойно. Мне нравится.
Странно. Всё это было трындец как странно. Одинокая красавица в уютном домике посреди леса, где по словам Ари бродит что-то смертельно опасное. Впрочем, за последние недели я видел божество в облике бомжа, бобров-бодибилдеров, деревню сектантов и проклятый дом с овощным складом в подвале. Так что одинокая лесная красавица — это даже не в первой тройке странностей.
И в этот момент из глубины дома раздалось приглушённое мычание и грохот падающих предметов.
Мы с Ари переглянулись. Не дожидаясь объяснений, мы ринулись внутрь, едва не сбив девушку с ног.
Глава 16
Мы ворвались внутрь, готовые к чему угодно. К овощным ворам, к призракам, к духам земли, да хоть к бобрам-бодибилдерам.
Но не к этому.
Леон стоял посреди кухни в фартуке с вышитыми цветочками и жевал свежеиспечённый хлеб. Жевал с таким блаженством, что аж мычал от удовольствия. Рядом на полу валялась чугунная дверца от печи, которую он, судя по всему, уронил.