Ричи
Шрифт:
– Приветствую, джентльмены.
Ричард вежливо поклонился близнецам.
– Фред, где же наши манеры, – произнёс Джордж. – Добрый день, великий и несравненный Граф.
– Ох, действительно, – всплеснул руками Фред. – Рады приветствовать вас в нашей лаборатории.
– Джентльмены, – взгляд Ричарда пробежался по комнате и ненадолго замер на котле, который стоял на огне. В нём булькала синеватая жидкость. – Прошу простить меня за внезапный визит. У меня появилось к вам конфиденциальное дело чрезвычайной важности.
– Да-да, – Фред с любопытством уставился на
– Джентльмены, это очень опасное дело. Вы готовы рисковать?
– Ричард, говори уже, – произнёс Джордж, сгорая от любопытства.
– Господа, пятого июня после обеда нужно будет устранить на несколько часов двух человек: профессора Квиррелла и профессора Снейпа.
– Устранить?! – с ужасом вопросил Джордж.
– Устранить профессоров?! – с восторгом спросил Фред.
– Временно, джентльмены. Временно! Они должны быть не в состоянии патрулировать на протяжении трех-пяти часов, можно дольше. Сможете справиться?
– Ну-у-у… – с сильно задумчивым видом протянул Джордж. – Это сложно и на самом деле очень масштабно и опасно.
– Цена вопроса… – сказал Фред.
– Хороший вопрос, джентльмены, – Ричард улыбнулся, поняв, что раз речь зашла о деньгах, значит, парни согласятся. – Тысяча галлеонов. И если вдруг случится такое, что вас поймают и серьёзно накажут, то я компенсирую ваши неудобства. Но очень желательно, чтобы вас не поймали.
Близнецы переглянулись, некоторое время смотрели друг на друга. Их лица украсили широкие улыбки. Парни повернулись к Ричарду и одновременно произнесли:
– Мы согласны!
– Это будет шутка столетия, – добавил Фред.
– О да, братец, – согласился с ним Джордж.
– Вот и славно, джентльмены. Это предоплата, – мешочек с тремя сотнями золотых монет перекочевал из рук в руки, после чего Ричи отвесил очередной поклон. – Не смею отнимать ваше драгоценное время, джентльмены. Всего доброго. Я очень надеюсь, что у вас всё получится. Остальная сумма после завершения "шутки".
Время стремительно набирало бег. Ричард с головой погрузился в изучение волшебства. Основное внимание он вновь уделял отработке заклинаний трансфигурации, доводил их до идеала. Ну и немного времени, как и прежде, он продолжал уделять копированию ценных металлов, поскольку, находясь в Хогвартсе, иначе заработать денег ему было проблематично. Конечно, его активы постепенно росли, но иногда преподносили сюрпризы. Так, например, осенью акции Нокиа упали в цене почти в два раза, но уже к концу декабря почти вернулись к прежнему уровню. Естественно, подобное расстраивало Ричарда. Если бы он знал, что в октябре акции Нокиа настолько подешевеют, то не стал бы покупать их в сентябре. Вроде он ничего и не потерял, а ведь мог заработать что-то около десяти миллионов долларов.
Наступила весна, но снег продолжал лежать на улице. Лишь к апрелю он начал сходить и природа стала оживать. Из окон замка открывался вид на распускающиеся почки деревьев и на траву, которая пробивала себе путь к солнцу.
Третьего апреля Ричи возвращался с ужина из Большого зала в общежитие Пуффендуя в компании Джастина.
– Гермиона, привет, – приветственно махнул рукой Джастин.
– Добрый вечер, Гермиона, – произнёс Ричард. – Ты меня ждешь?
– Привет, Джастин, Ричи, – произнесла Грейнджер. – Ричи, я нашла то, о чём ты спрашивал.
– Волшебно, – губы Гросвенора-младшего изогнулись в счастливой улыбке.
– Что нашла? – с любопытством поинтересовался Финч-Флетчли.
– Джастин, Гермиона занималась историческими хрониками, – ответил Ричард. – Если тебе интересна история магии, ты можешь с нами сходить и послушать, что нового по этой теме нашла моя хорошая подруга.
– История магии? – Джастин произнёс это так, словно говорил о чём-то ужасном. Он передернул плечами и сказал: – Нет уж, давайте без меня. Мне одного Бинса хватает за глаза.
– Профессора Бинса! – поправила Грейнджер.
– Вот-вот, – ответил Джастин, – нудного профессора-призрака. Я лучше с парнями поиграю во взрывного дурака.
– Удачной партии, – напутствовал товарища Ричард. – Гермиона, сегодня чудесная погода. Как ты смотришь на прогулку на свежем воздухе? Говорят, озеро в это время года обладает невероятным шармом.
– С удовольствием, – совсем по-взрослому улыбнулась Грейнджер.
По пути на улицу Гермиону разрывало от желания высказаться. Она поддерживала разговор об учебе, но как-то без огонька, хотя обычно она о занятиях может говорить бесконечно.
Стоило парочке первокурсников выйти на свежий воздух и оказаться на открытом пространстве, где близко никого нет, как Грейнджер выпалила:
– Ричи, я всё нашла!
– Всё?
– Да, всё! И изображение философского камня, и рецепт его создания.
Ричард застыл как вкопанный. Он медленно повернул голову в сторону Гермионы, в этот момент казалось, будто шея мальчика выточена из дерева и издает скрип несмазанного колеса телеги. На лице Ричарда застыла маска непомерного изумления: глаза навыкате, рот приоткрыт, брови приподняты.
– Рецепт создания философского камня?! – хриплым голосом переспросил он.
– Да-да, – энергично закивала Гермиона. – Книга написана самим Николасом Фламелем в семнадцатом веке. Она называется "Мутус Либер".
– РЕЦЕПТ СОЗДАНИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ?!!! – громче повторил ошеломлённый Ричард, выпучив глаза сильнее, хотя казалось – куда больше? – В ШКОЛЬНОЙ БИБЛИОТЕКЕ?!
– Но это же школа магии, – ответила Гермиона. – И-и-и…
– И?
– Там есть одна небольшая проблема…
– Какая же? – спросил Ричард.
– Книга Фламеля зашифрована в виде гравюр, а в исследованиях других волшебников по этой книге сказано, что пока ещё ни один из магов за триста лет так и не сумел расшифровать "Мутус Либер".
– Другое дело! – Ричард испытал облегчение и постепенно придал своему лицу прежнее выражение силикатного кирпича. – Я уж было подумал, что любой любопытный школьник может сделать себе философский камень. А тут выходит, что книга зашифрована так, что на хромой кобыле с целым штатом волшебников не подъедешь.