Рейдер
Шрифт:
Благодаря стараниям Анны, нанявшей трудолюбивого офис-менеджера, провокационную сцену с поливанием, рыхлением и прочей свистопляской Берг вынужден был наблюдать почти каждый день.
Конечно, можно было приказать перенести «час цветовода» на время до или после его приезда. Хотя бы ради растений! Но каждый раз в Аароне просыпался исследователь, которому было интересно, когда же обладательница «мишени» поймет, что его «метательный снаряд» не заинтересован в цели, и он останавливал себя. С тяжелым вздохом позволял войти. Как пресытившийся
Слишком проста была для него арифметика этого флирта. Одна улыбка. Десять минут разговоров ни о чем. Несколько якобы случайных касаний. Потом молчаливая пауза на многозначительные взгляды. В паузе решалось все: от согласия до поз. Прямой взгляд – можно расстегивать ширинку и не дурить друг другу голову. Скользящий, смущенный – пустить в ход комплименты, чтобы дама в глазах общественности, что обитала исключительно в ее голове, не казалась легкой добычей. Финал тот же.
Просто, крючки на женском белье – и те сложнее. Неотвратимо, как желание помыться после. И скучно…
Закон всемирного тяготения – каждое тело порождает притяжение, важны лишь масса (статус) и расстояние (на что оба готовы пойти). Грязные игры в потребителя и невинную жертву начнутся позже.
– Аарон, ты что ее поощряешь? – стоило девушке выйти за дверь, как главный хранитель нравственности в фирме – Анна оказалась в кабинете. – Девчонка скоро вообще без юбки по офису шастать начнет.
Берг приподнял левую бровь, изображая недоумение.
– Я эту девочку у банка отбила! – вспыхнула Анна. – Три иностранных языка. Знание делопроизводства в совершенстве… Да у нее такие рекомендации, каких даже ты мне не дашь.
– Конечно, хорошо, что ты трезво осознаешь свои перспективы… – Аарон коварно ухмыльнулся. – Жаль, наша юная «цветочница» не такой спец в оценке своих шансов.
Анна бросила на босса испепеляющий взгляд, а потом, махнув рукой как на неисправимого, пошла к телевизору.
– Кажется, у твоего бывшего партнера кру-у-упные неприятности, – она взяла в руку пульт, и уже через несколько мгновений на экране появилась Марина Рогозина.
Резкая смена фактуры произвела на Берга отрезвляющее действие. После зада в красном мини застегнутая на все пуговицы главная леди «Альфа-Телекома» казалась непорочной девой. Глаза Аарона загорелись интересом, что не осталось незамеченным для его секретаря.
– Скажите, перенос времени проведения тендера как-то связан с недавней утечкой личной информации? – молодой бойкий журналист сунул микрофон под нос выходящей из здания Рогозиной.
Судя по растерянному взгляду, Марина к такому штурму не была готова. Любуясь ее удивленным выражением лица, Берг даже откинулся на спинку кресла. Без налета самоуверенности она выглядела иначе. Ничего общего с той расчетливой и ироничной дамочкой, с которой он познакомился на пристани. Не «цветочница», но
Как оказалось, долго наслаждаться своей промашкой Рогозина не позволила. Сузив глаза, она осмотрелась по сторонам. Нашла камеру и, как по мановению волшебной палочки, преобразилась.
– Перенос тендера связан исключительно с необходимостью пересчета некоторых технических условий, – было произнесено таким ровным тоном, что наверняка даже детектор лжи подтвердил бы, что сказанное правда.
– Но ваш конкурент настаивает на добавлении позиции «уровень защиты личных данных» в критерии оценки победителя.
– У вас неверные данные, – Марина снисходительно улыбнулась. – Это мы настаиваем на таком критерии. История с СМС многому нас научила.
– То есть, Вы хотите сказать, что «Альфа» больше не допустит такой серьезной утечки?
Берг весь превратился вслух. Журналист оказался ушлым. Вопрос был сформулирован так, что любой ответ звучал бы, как признание вины.
– Я не провидец, – вместо того, чтобы стушеваться, Рогозина равнодушно пожала плечами. – Кто даст гарантию, что это мое интервью СМИ не раздуют до масштабов разглашения коммерческой тайны? Та же утечка.
Не ожидавший такого поворота журналист даже рот открыл от удивления. Рогозина виртуозно повернуло его орудие против него, и, судя по молчанию, следующий вопрос застрял в горле.
– Черт. – Анна сложила руки на груди. – А она хороша!
– Не то слово, – Берг не скрывал своего восторга, но взгляд оставался напряженным.
– С такой дочерью твоему партнеру море по колено, – заметив, что интервью закончилось, Анна выключила телевизор.
– С морем у него и так все хорошо. – Берг задумался. – А вот дочь… Анна, недавно я просил тебя глянуть резюме одной… соискательницы. Рекомендации, надеюсь, уже передали?
Переход с обсуждения Рогозиной на другую тему не стал для собеседницы неожиданностью. Анна сразу поняла, о какой такой «соискательнице» идет речь, лишь время и место казались не самыми удобными.
– Ты прямо сейчас хочешь услышать мое мнение? – она исподлобья взглянула на босса.
– Да. Вдруг я соблазнюсь прелестями нашей «цветочницы». Все же три иностранных языка…
Многозначительная ухмылка вместо слов пояснила, что он имел ввиду, но хорошо знавшая босса Анна даже не стала делать вид, будто купилась.
Создать психологический портрет Марины Рогозиной было делом непростым. И хоть Анна не то что собаку – целую упряжку съела в этом вопросе, старшая дочь Рогозина мало чем походила на женщин своего круга. Умная, красивая и вечно занятая. У нее даже подруг не было. Ни котиков, ни лошадок, ни мужчин… Настоящий племенной жеребец Тищенко, и тот не смог охомутать наследницу. Меняй красавица мужчин как перчатки, это вполне можно было бы оправдать строптивым нравом, но и здесь оказалось мимо.