Революционер
Шрифт:
Теперь я хотя бы не пешком. В открывающийся из кузова вид, я вскоре разглядел разрушенный Владивосток, а рядом с ним и Алмазный Пик. Мы то отдалялись от них, то разворачивались и ехали к ним.
– Что, кого-то ищете? – догадался я и спросил это у командира. Волк и ухом не повёл – сидел и не слышал меня в упор. Подождав пару минут, я задал ещё один вопрос, – Что, даже не поговорим?
– Нет, – буркнул сержант.
– Зря, – сказал я, – Мог бы узнать много нового. Провести допрос даже.
– Да что ты говоришь? – волк повернулся ко мне, – И что ты
– Ты недавно в армии, так? – улыбнувшись, спросил я.
– Да, – коротко ответил волк, – А что?
– Служи ты хотя бы года два, ты бы знал, что тебе я наверняка расскажу больше, чем тем, кому ты меня везёшь. Ты мне нравишься больше, чем они.
– Откуда ты знаешь, что я тебе нравлюсь больше?
– Я с ними хорошо знаком. С тобой – не очень. Откуда ты? – решил спросить я, заговаривая волку зубы.
– Из Уфы! – как-то горделиво ответил он.
– Хороший город, – кивнул я, – У меня оттуда один очень верный друг есть. Сейчас правда трудно сказать – есть он или нет.
– Да ну?
– Ну да. Понимаешь ли, твой ненаглядный президент послал нас в такую задницу, что выбрались мы оттуда с большими потерями. Я бы даже сказал – недопустимыми потерями. Но этот мой друг из Уфы всех нас спас, устроив нашим врагам, из которых, кстати говоря, наш президент и вышел, настоящий ад. Если не ошибаюсь, то он унёс больше, чем две сотни жизней.
– Как это он умудрился? – удивлённо спросил волк. Его неопытность сыграла мне на руку: передо мной сидел уже не строгий командир, а удивлённый щенок. Я улыбнулся.
– У него тоже были хорошие друзья. Но разговор не об этом сейчас, знаешь ли.
– А о чём? – спросил сержант. Да мне его уже не хотелось считать сержантом – вчерашний гражданский, вот кто он. Я ещё удивлялся, что тот не по фене со мной разговаривает.
– О том, друг мой военный, что вы тут делаете и кого ищете посреди пустыни?
– Вас и ищем, – последовал довольно логичный ответ.
– И всё?
– Да нет. Кого найдём, того и ищем. И нам, кстати, повезло.
– Я бы не был так уверен, в самом деле.
Машина подпрыгнула на какой-то особенно ухабистой дороге и чуть не перевернулась. Все в её кузове, кроме меня, запаниковали.
– Кронос устроил шум на всю округу… Шум, выстрелы, сирена – вы всё это слашали?
– Весь Владивосток слышал!
– Неудивительно…
Я решил действовать иначе. Чем помогать этим новобранцам кого-то искать, я должен был предотвратить ситуацию, когда новый президент захочет заполучить богатства базы М-900, которая сейчас стояла наверняка распахнутая настежь, ждавшая толпу мародёров и бандитов. И это было меньшее из зол, если её просто разграбят. Если наши не добили всех зиров, то рано или поздно один из них, а может и больше, выберется наружу, и увидит для себя огромное поле для действий. Окажись он во Владивостоке президенту не останется ничего, кроме как спалить город дотла.
– Можете сворачивать на базу, – сказал я, – Я был тут один.
– А по кому тогда стреляли из пушек, – задал вопрос волк, надеясь этим подловить
– Ты думаешь от них что-то осталось?
Довод сыграл свою роль на все сто процентов. Командир высунулся из кузова и парой жестов приказал водителю править домой. Я вздохнул с небольшим облегчением – так они хотя бы не найдут Добба, и он мне поможет. Интересно, что будет происходить дальше со стороны наших бойцов. Лишившись связи, я больше не мог им приказывать или узнавать об их планах. Самым лучшим вариантом мне казался тот, где они всей толпой пойдут искать меня и Добба, а заодно и выполнять план Кроноса. Даже весь наш состав, увидев сотню тяжело вооружённых, облачённых по последнему слову техники солдат и отлично обученных бойцов, сдастся без долгих убеждений. Если наш президент всё ещё во Владивостоке, то с ним будет покончено сразу же.
Я отвлёкся от своих невесёлых мыслей и уставился в просвет кузова, но тут же отвёл взгляд от него, уставившись в пол. Волк это заметил и тоже посмотрел туда, сразу же постучав по кабине водителя.
Грузовик остановился, а командир куда-то выбежал – очевидно к водителю. Я проклял себя за то что так глупо спалил Добба.
Киборг уверенно шёл по песчаному дну высохшего моря в сторону города, и идущий от него грузовик не видел, однако мы смогли увидеть его. Сержант запрыгнул обратно в кузов, замахнувшись на меня прикладом.
– Ещё раз повесишь мне лапшу на уши – я тебе эти уши и оторву!
– Потише, сержант, – попытался успокоить я его, – Я же на его вас и вывел по своей же тупости.
Такое признание действительно подействовало. Грузовик стал разворачиваться в сторону моего друга.
– Кто это такой? – спросил меня командир.
Я решил отвечать совершенно честно.
– Хороший друг, который разорвёт вас на тряпки, если будете тыкать в него автоматами.
– Из Уфы что ли!?
– Нет, нет, другой. Он помогал.
Волк решил больше ничего у меня не спрашивать, лишь высунулся за борт кузова и следил за приближающимся бойцом. Вскоре мы встали и он выпрыгнул на землю, взяв с собой двоих солдат.
– По приказу президента Российской Федерации, вы арестованы! – начал он.
Добб ответил неразборчиво, но я расслышал что-то про звания и устав. Видимо он тоже не забыл о том, что он намного старше по званию.
– Не имеет значения! Проследуйте с нами.
То что ответил Добб я не могу пересказать, потому что культурный и матерюсь редко.
– Если так, то мы вынуждены применить си…
Раздался хруст и грузовик покачнулся, от того что в него кинули чьим-то телом. За этим раздалось несколько одиночных выстрелов из автоматов, но потом они стихли. Бойцы, сидевшие со мной, насторожились и подняли оружие.
– Не хотите кончить как они? – спросил я, кивая в сторону звуков.
Солдаты молча закрутили головами, показывая что не хотят.
– Тогда я отойду, – спокойно сказал я, вставая со своего место и направляясь к выходу. Один их них поднял автомат, но я лишь укоризненно погрозил ему пальчиком.