Ресурс-9
Шрифт:
— О! Досточтимый Олег! Гостеприимство твоё такой высокий, как гнездо горных птиц. Я у себя дома не попадал бы такое. Ещё величественно я подвидал только во дворце великого Зелимзан Махди.
— Ох-ох, — усмехнулся Бурый. — Ну уж конечно! Куда уж нам? Где Султан — с Богом стоящий, а где мы — люди под Богом живущие?
— Зелимзан не наречён Султаном, уважаемый Олег, — всем видом покорно винясь уточнил Талиб.
— Он великий правитель, — с позволения Талиба включился его напарник. — Но, чтобы Султана ему, ещё три сложные тяжёлые шаги. У Всевышнего к нему ещё три вопроса. Время много пройдёт, Зелимзан ещё не ответит. Дела делает. Махди ему
— Посмотри на то, как живёт обычный человек и поймёшь, как живёт его правитель, — вновь вернул себе слово Талиб. — Твой народ счастлив, он свободностью своей счастлив. Он защиту знает себе и детям. Крыша у каждого. Еда у них. На твоём столе еда. Сильный правитель сильного народа! Сильный наследник, — тот даже повёл плечом, вспоминая объятья Дениса. — Я много уверенный, что торговать с таким правителем, с таким народом не боятся надо. Уверенно для меня вот эта всё.
— Мы может быть всё так и к делам перейдём? — Денис явно заскучал. — То, что мы все тут такие хорошие, это понятно, а так вот если по делу? — парень тут же ощутил тяжёлый взгляд отца и поспешил оправится. — Нет, ну вы кушайте, пейте, на здоровье. Просто уже очень хочется понять, как вы там, что вы там, горючка есть, нет?
— Сын, молодой и горячий воин! — поправил ситуацию Талиб. — Это во много раз величит достоинства Отца! Милостью Всевышнего, придёт время, и мудрость Отца приумножится в этом человеке.
— Как говорят у нас: «Твои слова да Богу в уши».
— О, Олег, уши Всевышнего всегда и всех слышат, — поклонился Талиб.
— Тогда не будем его гневить, — таким образом решил сменить тему Бурый. — И поговорим о мирском. С чем приехал к нам человек торговый? Смотрю скотину привёл.
— Ой, мне стыдно такое! Да тут товар — не товар, такое тут. Маленько так, маленько так. Пока и нет такой товар в общем. Твой поручик — мудрый Академик, да хранит его разум Аллах, что попросил, и то малую часть собрали. Мы же на Столицу везли, до вас и мысли не был ехать. Но твой Академик уговорил нас лично посетить твои земли и напрямую наладить торг, — Талиб как будто бы вспомнил что-то и пояснил. — Великий Зелимзан Махди не разрешал вести торг с северянами мимо Столица. Я привёл свой караван к тебе подперёк его воля, на свой риск.
— Надо отметить твою отвагу, мой дорогой гость Талиб, сын Мансура, — Бурый, подняв свою кружку, намекнул ему поднять такую же возле него. — Выпьем же этот медовый отвар, за то, чтобы этот твой поход в семь раз оправдал тебя в глазах Зелимзана, и в десять раз приумножил твой доход!
— Прости моё нудный очень, дорогой Олег, но я надо тебе напомню, что мусульманин не положен алкоголинг.
— Я это прекрасно помню, гость мой дорогой. Но здесь северная сторона владений Всевышнего, а так как Бог един, то мы говорим об одном и том же ВЕЛИКОМ! — Олег, поставив кружку, обеими ладонями воззвал к небесам. — Нам же он велел, дабы сохранить род свой в морозах здешних, как эликсир жизни принимать легкоусвояемый алкогольный напиток в определённых дозах. Другими словами, говорит, надо понемногу, но периодически. Климат, знаешь ли. Заболеть так сильно можно, что и….
— Я понял, — неожиданно для местных он вдруг согласился, и оба гостя подняли кружки. — Любое лекарство, если перестараться, убивает.
— Вот! — Олег обрадовался точным пониманием Талиба. — Давай! Мы сейчас к вам рядом лекаря приставим. Она глядеть за вами издалека будет, если перебор увидит, остановит тут же.
— Это женщина? —
— В этом вопросе лучше женщины нет никого в природе, — Бурый поспешил дополнить. — Ты не переживай. Она беспокоить тебя не будет. Просто в нужный момент в кружке окажется чай, а не мёд. Ты главное кушай, кушай.
— А вот этот мясо, это не барашка, — Баходор указал на тарелку вяленного мяса. — Корова вашего дома тоже нету.
— А, — понял Олег к чему клонит гость. — Свинины тут нет, клянусь всевышним. Так уж вышло, мы последнего кабана в наших лесах уже как год завалили. На людей кидались, мы всё приручить хотели, да вот не справились.
— Но мясо же это коровье! Академик говорит, тебе кАрова надо.
— Правильно он говорит. Надо корову мне. А мясо это из лесной коровы. Лось. Знаете зверя такого?
— Это дикий корова в лес побежал, который?
— Если ты про тех коров, что до войны у людей были, так те не выжили. Хищник как лёгкую добычу всю сразу сожрал. А вот лось у нас из покон веков сам по себе в лесу живёт. И до сих пор вот охотникам на добычу попадается. Вот кстати погляди, — он вдруг вспомнил яркое доказательство, что было в этой комнате как украшение. — Вот глянь, рога над дверью висят. Лосиные как раз. Прикинь тело какое? Корова, не меньше. Да что там? Больше, всяко больше.
На четвёртом часу разговора, ушёл Академик, а затем и Денис. Южане на удивление стойко держались в застольной беседе с Бурым. Это уже потом, на следующий день, выяснилось, что хозяйка гостям подавала лёгкий мёд, он и по вкусу был более приятным, чем тот самогон Академика. И потом, кто ж его мерил, самогон этот. Там тоже раз на раз не приходилось по крепости. В общем, караванщики два дня сверх запланированного прогостили в общине Бурого.
До западного кордона Олег решил проводить их лично с небольшим отрядом воинов. Для этого дела он специально разрядил немного бригады добытчиков девятки. Это было не столько нужным для караванщиков, а для выявления и ликвидации банды грабителей, которые организовали наглое нападение на землях общины Бурого, как раз между основным поселением и одним из западных кордонов.
— До места нападения осталось не более четверти часа, — прокомментировал Академик. — Дорога там делает два поворота, огибая речушку.
— Странно всё как-то, — задумался Олег. — Я понял, о каком месте ты говоришь, мне хорошо оно знакомо. Там однобокий и не крутой склон. Атаковать караван можно только с одной стороны, с верхней. Если ставить бойцов с нижней стороны, то очень велик риск убить своих. А ты говоришь, Талиб, огонь был перекрёстным, — он, почёсывая бороду, осматривал окружающую местность. — Я б вот лучше всего здесь атаковал. Вот прям тут бы, вот.
— А ведь и впрямь тут самое место, — согласился Академик и первый соскочил с повозки. — Вон ту берёзку подпилил бы заранее да бросил её на первый возок каравана, — он вдруг засмотрелся на ту самую берёзу, которую проехали только что. — Постойте, мужики! Так она ж подпилена уже! — он жестом скомандовал замыкающим каравана остановиться. Сам, скинув автомат, аккуратно направился к дереву. После такого весь караван встал, и люди, занимая круговую оборону, приготовились к бою.
— Академик, что там?! — выждав должное время, крикнул из своего укрытия Бурый. Двое мужиков, что вызвались в этот поход как тиуны своего правителя, встрепенулись, глядя на поднимающегося босса — Ты — за мной. Ты — вперёд, к Академику, я следом, — уже шёпотом распорядился он.