Ренегат
Шрифт:
Заорав в голос, сумасшедший вскочил и метнулся к окну. Мускулистый шагнул ему наперерез, сноровисто подсёк ноги и повалил на пол.
– Не надо! – резко сказала Элана. – Отпустите его.
Орсен согласно кивнул. Отпущенный сумасшедший не попытался подняться, он так и скорчился на полу, жалко всхлипывая. Агрессивности в нём не было совершенно, и Элана, продолжила, попутно стараясь его успокоить. Она не сразу поняла, почему это удаётся с таким трудом. Вокруг неё калейдоскопом кружились какие-то образы, которые никак не желали складываться во сколько-нибудь связные мысли или воспоминания,
Кто бы не был поработавший с ним телепат, ни сострадания, ни порядочности в нём не было и в помине. Элана погружалась в чужое сознание как в тёплую воду с тающими кусками льда, и ей никак не удавалось ухватить хоть что-то, стоящее внимания. Но ведь какое-то ядро в нём должно быть. Что-то же заставило его начать пророчествовать в Кабремаре.
Человек внезапно поднял голову. Его глаза уставились прямо на Элану, и в них вспыхнул огонь. Чужой огонь, поняла она, и слова, которые минутой позже он начал произносить, тоже были вложены в него кем-то другим.
– Они здесь, – металлическим голосом сказал сумасшедший. – Вы думаете о хлебе насущном, о суетных ваших желаниях, а они здесь! Тьма и скверна пали на нашу землю. Будь проклят тот, кто предаёт свой народ и отдаёт свою страну во власть Безликого и слуг его! Голод и мор на дом его! Горе тебе, Мейорси!
Слушать дальше не имело смысла, и Элана разорвала контакт. Глаза проповедника тут же погасли, голова упала. Воцарилось молчание.
– Ну, что? – нарушил его Орсен.
– Он ничего не знает, – устало отозвалась Элана. – Кто-то неплохо поработал, вложив в его голову слова, которые он должен был произносить перед любым достаточно большим скоплением народа. Но сам он теперь – не более чем оболочка. Можно спокойно отправить его в приют, от него не будет ни вреда, ни пользы.
– Значит, телепат, – повторил Лейсон.
Они сидели в комнате Эланы в "Короне". Уже давно стемнело, пламя камина и мягкий свет трёх свеч в высоком шандале делали очередное временное обиталище довольно уютным. Будет ли у неё когда-нибудь собственный дом?
– Да, – сказала Элана. – Ваш знакомец весьма активен. Не думала, что мы так быстро наткнёмся на следы его деятельности, но это и к лучшему. Я всё ломала голову, как бы довести ваши сведения до властей, а теперь всё решилось само собой. Я сказала, что видела этот замок в его воспоминаниях, и телепата тоже описала.
– А они там были?
– Нет. В его памяти вообще непросто разобраться, и к тому же, я уверена, её изрядно почистили. У него почти нет представления о времени, но ясно, что воспоминания последних месяцев практически полностью отсутствуют. Разве что…
– Что? – переспросил Лейсон.
– Да странное что-то. Какой-то морской берег, дюны, сосны, холодный ветер… В Кабремаре моря нет. Где он мог это увидеть – непонятно.
– Берег в дюнах и сосны? Это похоже на северное побережье Ралины или Карперы.
– Да знаю я. Я сама родом из Карперы.
– Похоже, что замок на
– Но тогда выходит, что эта зараза распространилась куда шире, чем мы думали.
– В этом нет ничего удивительного, за пределами Мейорси живут отнюдь не святые. Ближайшая их цель, я уверен, именно Мейорси, а как далеко они намерены зайти впоследствии – одним им да Богам известно, – Лейсон внимательно разглядывал носки своих сапог. – Кстати, госпожа Элана… Как вы справедливо заметили, телепатов очень мало. Вы сами-то под подозрение не попали?
– Под подозрение?
– Ну да. Ведь вы всё это время находились либо в самой Мейорси, либо неподалёку от неё.
Элана удивлённо взглянула на него. Ей такая мысль в голову не приходила.
– Вы думаете, что Орсен считает меня способной на такое? А зачем мне тогда понадобилось помогать следствию?
– Скажем, чтобы отвести подозрения от себя. Нет, я не утверждаю, что господин Орсен вас в чём-то заподозрил, но я бы на его месте такую вероятность учёл. Работа у него такая – всех подозревать.
– Можно подумать, что вы были не маршалом, а руководителем тайной службы, – сказала Элана чуть резче, чем следовало.
– В какой-то мере мне приходилось совмещать эти должности, – мягко ответил Лейсон. – Хотя не скажу, что у меня это хорошо получалось. Измену под самым носом я просмотрел.
– Что значит – в какой-то мере?
– У Мейорси, вернее, у Рисарна, была своя тайная служба – та же, что и сейчас. Во главе её стоял мой протеже, но создал её король. А я руководил всеми службами "Марханова братства", в том числе и агентурной.
Элана посмотрела на него с пробудившимся любопытством. Ей захотелось расспросить Лей– сона о "Братстве" поподробнее, пока он настроен говорить на эту тему, ведь она слышала о "ястребах" много, но при этом ничего конкретного. Однако тут раздался стук в дверь. За дверью обнаружился мальчишка-посыльный, принёсший записку на её имя.
– От Джернеса, – ответила Элана на невысказанный вопрос Лейсона. – Он приехал и хочет со мной встретиться.
– Быстро же он.
– Он собирался выехать через несколько дней после моего отъезда, а обоз двигался довольно медленно. Завтра я схожу к нему, сегодня уже поздно.
– Да, уже поздно, – Лейсон поднялся. – Спокойной ночи, госпожа Элана.
– Ну, как вы нашли Палину? – спросил Джернес.
– Очень красивый город.
– Да, – Джернес подошёл к окну. Гостиница "Полная луна", где он остановился, считалась лучшей в городе, и из окна была видна площадь Ратуши. – Великая Богиня, неужели я снова здесь? Даже не верится.
Элана промолчала. Джернес ей нравился, и она даже думала, что, имей они возможность видеться почаще, она вполне могла бы в него влюбиться. Седина в волосах и усталый взгляд делали его старше, но отнюдь не портили, наоборот, вызывали глубокое сочувствие. Он много пережил… по милости человека, который теперь ждёт Элану в "Короне и мече". Ну вот, опять Лейсон лезет на ум, в последнее время она вообще только о нём и думает.