Реквием
Шрифт:
Не с первых минут знакомства зам сумел расположить к себе, освоиться, вписаться, багаж доверия постепенно накапливал. Учился. Тогда он должность занимал не самую престижную. Помнится, сразу проявил себя как полноценный деловой партнер. И я прониклась к нему доверием, помогать стала. Поразил меня тем, с каким истым упорством и систематичностью входил в мельчайшие детали изучаемого дела. Ну а потом… уже через год…
Он всё время играет какую-то роль и на всех будто в прицел смотрит. Но играет только по своим правилам и на своём поле. Может, так и надо при капитализме? Времена высоких материй ушли в прошлое. А нас уже не переделать.
Зам иногда
В любви и уважении сотрудников не нуждается. Сам себя любит и этого ему достаточно? Не думаю. Такие типчики многого хотят. Есть ли у него привычки, которым он предавался бы с наслаждением и которым имел бы обыкновение оказывать предпочтение? Не знаю. А при случае не прочь была бы выяснить. Как к женщинам относится? Не чужд их общества, снисходит до использования. Интересно, любовь к женщине может сделать его милосердным? Сомневаюсь. Наверное, способен только на сильную временную страсть. Думаю, и она тоже является порождением его рассудка; практическое соображение всегда перевесит. Захочет, сможет женщину поднять до уровня звезды, а может держать на задворках, в грязь втаптывать. И втаптывал. Инна до всего дозналась. К сожалению, подлость вопреки всему часто нагло торжествует. Воспитан соответствующим образом или натура такая? Это выше моего понимания. Пирамиды – символ тщеславия фараонов, количество любовниц – то же самое для современных «суперменов».
Он всегда такой уверенный и спокойный? Ничем его не прошибешь. На чём зиждется его сознание своей исключительности? Что делает его непотопляемым? Чем это объяснить – можно только гадать. Самое естественное предположение – за ним кто-то стоит, что прикрыт он бронированным щитом верхушки. Кто же его пасет? Кто оказывает покровительство?
А может, он блефует и сам поддерживает эти слухи? По теперешней жизни это часто случается. Какая реальная сила его поддерживает? А вдруг… Не исключено… До какой степени простирается его власть, сколько лишних тузов в его колоде? Как далеко он готов зайти в своих притязаниях?
Елена Георгиевна невольно сделала отстраняющий жест. «Не очарована длинным списком его высокопоставленных знакомств. Мне известна ненадёжность благоволения некоторых из них. Как там, в поэтических строках, звучит стремление быть подальше от сильных мира сего?.. Смущает ряд соображений, одно из которых то, что, не пройдя спецкурс и спецпрактикум комсомольской, партийной или административной школы, делать там, наверху, неподкованному нечего. Сразу сгоришь, закопавшись в ошибках. Да и субординация… Собственно, в любом деле надо быть на высоте знаний. Значит, засланный и прибыл набираться опыта? Но ведь не советские времена. Собственно, что изменилось? Какая разница? Верхи всегда верхи.
Есть связи, которые далеко не всегда очевидны. Что же касается меня, то я уверена в существовании скрытого порядка жизни, недоступных мне глубинных взаимоотношений разных уровней, тонких слоев бытия руководящей верхушки, находящейся вне прямой досягаемости. Там хитроумные переплетения доходят до того, что право лидерства приобретает в основном только сильнейший или богатейший. Нет, деньги – недостаточный фактор. Связи вкупе с ними. Надо много знать, чтобы отважиться, хотя бы слегка намекнуть на истинное понимание положения дел в этом слое.
Упросил как-то шеф по пути занести больному заму договоры на подпись. Как в девятнадцатый век попала. Квартира двухэтажная (ещё до перестройки полученная), вся пропитана духом элегантности. Изысканное сочетание старины и современного комфорта. Баснословно дорогая мебель. И картины, картины… Я тогда восхищенно, удивленно и испуганно молчала, захлебнувшись эмоциями. Откуда у него такое? Сразу вспомнились скромные, в основном двухкомнатные, до потолка заставленные книгами квартиры наших профессоров.
Белиберда в голову лезет. У меня своя жизнь, свой круг общения. Я пассивный, отстранённый наблюдатель гигантской, целостной системы, в которой всё взаимосвязано, взаимозависимо. Она спрятана от глаз большинства простых людей. Всё протекающее наверху для меня мнимо и условно. Там, как и во все века, идет мощная виртуозная игра. Мне трудно наглядно представить себе их круг общения с бесконечным числом неожиданных, изощренных хитросплетений. Они, заняв круговую оборону, не впускают в него никого из чужаков. Там не может быть случайных людей.
Нет, конечно, если быть до конца честной перед собой, разобраться во всех этих хитросплетениях я, конечно же, могла бы, только зачем мне это? Я же не собираюсь становиться одним из звеньев этой их жизненно важной цепи. Я не тщеславна и не стремлюсь стать публичным человеком. Меня устраивает моё место скромного, но далеко не последнего человека в нашем вузе и в НИИ. И незачем мне заморачиваться чужими проблемами. Хитрость и я – категории несовместимые, поэтому у меня свой потолок.
А для зама, видно, эта среда родная. Он умеет плести тончайшие кружева интриг. И хотя вопрос с его дальнейшей карьерой пока остается открытым, я думаю, он пройдет во власть. Чей он протеже, кому выгодно его продвижение, чем оно продиктовано – не мой вопрос.
А мой друг юности – очень толковый ведущий инженер из нашего НИИ – женился на москвичке, дочери генерала. Сейчас в министерстве. Вот тебе и потолок! Не обидно, когда талантливые люди занимают там достойные места. А как мой знакомый Василий стал директором предприятия? Говорят, прикрылся броней чинов и старых заслуг, заручился высоким покровительством, и, когда какому-то крупному чинуше приглянулась его прекрасная квартира, они столковались. Может, треп?.. И мой шеф тоже, наверное, теперь мелкая разменная монета в чьей-то игре? А вдруг заму когда-то выпал джокер и уж он-то его из рук не выпустил? Ох не верю я в эти сказки про случайное везение!
Что послужило мне поводом к подобным рассуждениям? Зачем мне знать этот виртуальный – для меня – мир? Непонятен он мне, омерзителен. Некоторые по пути в него столько раз в грязи изваляются, прежде чем достигнут желаемого. А я никому пятой точки не лизала, ни с кем в постели не кувыркалась.
Увлеклась я что-то. Чепуха, всякая чертовщина в голову лезет. Наслушалась сплетен. Недаром говорят, что не критикует руководство разве лишь ленивый да трусливый. Так и хороших людей можно изгваздать и затащить в общую помойную яму. Может, большинство из тех, что идут во власть, имеют целью достойно служить родине, а я их не по шефу, а по заму меряю, как старая маразматичка. Я в своей жизни уже много ошибок совершила, многому научилась, теперь могу и покритиковать, – усмехнулась, оправдывая себя, Елена Георгиевна. – Только ни к чему мне это».