Ректор поневоле
Шрифт:
Решив, что выяснять, как здесь оказалась глуповатая невеста дядюшки, рано, я приказала ей идти след в след за Оли и ни при каких условиях не выпускать ее руки. Судя по тому, как сморщилась моя ученица, Лайана приняла приказ к сведенью и вцепилась в ее в ладонь мертвой хваткой. Жаль только, что молчать я зареванной узнице не приказала.
— Сенюшка! Его словно подменили! Он сказал, чтобы я приезжала в столицу, прислал сопровождающих! Сказал, что Правитель согласился на наш брак! А когда я приехала, схватил меня и бросил сюда! Он был такой
Заливаясь слезами и соплями, девица вываливала на мою больную голову подробности своего заточения с таким энтузиазмом, будто оправдывалась в суде. А я, скрипя зубами, мечтала только о том, чтобы, наконец, заткнуть этот фонтан. Но на призывы заткнуться истеричка не реагировала, а просто треснуть ее по голове мешали тесные переходы и присутствие Оли.
Наконец, преодолев последнюю туманную лестницу, мы повалились на пол в круглом подвальном зале под основанием башни.
— Отправляйся, — приказала я Оли, слегка отдышавшись.
— А Вы?
— Я разберусь, — отмахнулось мое ошалевшее высочество.
— Так, может, нам подождать?..
— Я тебе подожду! Быстро наверх! И имей в виду, твоего дорого дядю Никса я освобожу только, когда почувствую откат вашего ухода!
— А Вы и так можете? — округлила глаза Оли.
— Могу! — кивнула я, скрестив за спиной пальцы. Пусть лучше мелочь поверит в мое всемогущество и побыстрее окажется в безопасности, чем придумает какую-нибудь причину задержаться и убедиться, что со мной все в порядке. Жаль, что порт-ключ после их ухода будет перезаряжаться минимум несколько часов. От парочки боевых магиков из королевского легиона мое на самом деле едва стоявшее на ногах высочество бы не отказалось.
Оли быстро закивала и полезла обратно наверх. Как только люк за ней захлопнулся, я таки не отказала себе в удовольствии отвесить бывшей невесте дядюшки подзатыльник и, наконец, смогла насладиться божественно прекрасной тишиной.
Выждав для верности еще минут десять, я с сомнением покосилась на лохматую девицу. От того апломба, с каким она некогда рассказывала мне о своей будущей головокружительной карьере, не осталось и следа. Сейчас передо мной, подтянув колени к груди, сидела худенькая, до предела перепуганная девчонка и мелко-мелко дрожала то ли от холода, то ли от ужаса, то ли от всего вместе.
Вздохнув, ведь пожалею же о собственном великодушии минут через пять, я протянула ей порт-ключ в ректорский кабинет.
— Как пользоваться, знаешь.
Студиоза схватила артефакт сразу обеими руками и прижала к груди.
— В кабинете сиди тише воды ниже травы, пока не придет профессор Карна. Впрочем, ужин у духов-охранителей можешь попросить. Расскажешь своему куратору, что здесь произошло, и предупредишь, что я немного задерживаюсь. Поняла?
Все так же молча девчонка закивала.
— Иди.
Через мгновенье ее в подземном зале уже не было. С минуту я посидела, пытаясь заставить себя подняться, потом, кое-как опираясь о стену, утвердилась на подрагивающих от слабости
— План выполнен по максимуму: всех, кого можно, спасли, — пробормотала я. Собственный голос звучал как-то неестественно. — Теперь бы еще спастись самой. Или, хотя бы, постараться не сдохнуть, пока здесь появится Королевская стража… Ах, да. Еще Никса отпустить…
Подумав о чернаке, который, если его не нашли, так и висит прибитый моим плетением к стене, я поковыляла в темный коридор.
Никс никуда не делся. Что, впрочем, и ожидалось. Похоже, с перепугу я вложила в плетение слишком много силы, и достать чернака из подвала можно было только вместе с основательным куском кладки. Увидев меня на пороге, он яростно задергался, бешено вращая глазами.
— Я пообещала тебя отпустить, и я это сделаю, — с деланным спокойствием сказало мое кое-как распрямившее спину высочество. — Можешь убираться на все четыре стороны.
Вместо благодарности Никс скосил глаза в сторону и что-то с ненавистью промычал. Поблагодарив Создателей, что использованное мной плетение отнимает не только возможность двигаться, но и орать, я повела рукой, развеивая магические путы.
Чернак шлепнулся на пол, как большая жаба. «Правильно, руки-ноги затекли, — проворчала я себе под нос. — Ничего. Сейчас отойдут…»
— Ну, хоть раз в жизни от тебя есть польза, — прозвучало из темного угла, и воздушная волна врезалась в бок, моментально вышибив воздух из легких.
Меня протащило по полу и впечатало в противоположную стену. С трудом поднявшись на четвереньки, мое так некстати забывшее о бдительности высочество замотало головой, пытаясь разогнать кровавые круги, мельтешащие перед глазами.
Дядюшка, откинув на плечи черный капюшон, вышел на свет. В руках он держал короткий, грубой работы жезл. Я попыталась подняться, но голубой луч, вырвавшийся из навершия ифитовой палки, снова прижал меня к полу.
— Не дергайся… — с заметным удовольствием проговорил проклятый родственничек. — Не поможет. На этот раз тебе не удастся мне все испортить.
— Урод, — выплюнула я, обнаружив, что способность разговаривать осталась при мне.
Он пожал плечами и, подойдя, со знанием дела ткнул носком сапога мне под ребра. Я зашипела сквозь стиснутые зубы: ифит тебе в печенку, а не мои крики.
— Упрямая, — с непонятным удовлетворением кивнул Симеон и ласково провел пальцами по артефакту. — Хорошая игрушка. Напрочь отнимает возможность двигаться у чересчур ретивых магиков. Даже плетения становятся неподвластны. Впрочем, от тебя их и так не дождаться. И чему тебя только учили в моей Академии? Разве можно с пустым резервом бродить по замку заговорщиков?
Он противно захихикал.
— Псих! — не удержалась я и тут же за это поплатилась: тяжелый сапог врезался в живот.
— Я не псих! — побагровел дядюшка, разом растеряв показное благодушие. — Я — гений! Только такие самовлюбленные глупцы, как ты и твой тупой папаша, могли это не замечать!