Регина. 2 часть

Ансарская Людмила Евгеньевна

– Ты Луганского своего проверяй, - ответила я ей, наливая себе супчика, - а в сторону моего Астаха даже не думай. Не посмотрю, что ты его сестра, - я налила себе чаю из термопота, - и снова обсыплю перцем, - я, наконец, села за стол.

– Тётя, я же говорила, она опасная женщина, - доверительным шёпотом начала жаловаться Эмма.
– А вы все приглядывай за ней, приглядывай, а она сама кого, хочешь со свету сживёт.

– Правильно, малышка, так и надо этих соперниц!- и Матильда заговорщицки мне подмигнула.

– О, - разочарованно протянула Эмма.
–

Я думала, ты на моей стороне.

– Конечно, я на стороне своей невестки, - заявила Матильда, вроде сказала, шутя, но мне всё равно стало приятно и уютно.
– Кушай, солнышко, - и прекрасная волчица, моя свекровь, послала мне воздушный поцелуй.

– И я тебя люблю, Матильда, - ответила я, посылая ответные поцелуйчики.

Эмма демонстративно закатила глаза, возмущённая нашим сюсюканьем. А может, просто завидует. Мама Пашки ещё та мадам, помешана на этикете и светском лоске.

– Давай возьмём с собой Эльвиру, - предложила я.

– Какую?
– удивилась моя спутница.

Мы шли пешком до автобусной остановки. Да. В квартале оборотней стал ходить общественный транспорт. В автобусы часто набивались любители пощекотать нервы. В данном случае, посмотреть на оборотней и место их обитания вживую.

– Девушку Глеба, естественно. То есть уже жену, - исправилась я.

– Нафига она тебе?
– пренебрежительно спросила длинноволосая волчица.

– Ну, Глеб как бы друг семьи, а она его жена. К тому же, Элька показалась мне милой.

– Пфе, - фыркнула волчица.
– Слабачка, ни на что не годная, - припечатала она.

– Вообще-то, я тоже человек, - напомнила я, обидевшись за подругу.

– Ты - другое дело. Даже когда ты понятия не имела о своих способностях, у тебя был стержень и уверенность в себе, - сказала, как отрезала волчица.

Этим утверждением, что у меня есть стержень, она меня удивила.

– Всё равно, - упёрлась я.
– Мы должны помочь Глебу в этот нелёгкий для него период.

Волчица остановилась и внимательно на меня посмотрела. Не знаю, что она хотела во мне увидеть, но сказала:

– Смотри, Регина, если стравишь двух сильных волков, они же будут драться на смерть, и тебе никто не простит смерть хотя бы одного из них, не посмотрят, что ты одарённая и типо нужна стае.

– О чём ты?
– испугалась я.

– О Глебе и Астахе, естественно. Глеб, чтоб ты знала, ненамного уступает в силе твоему волку. Ты понимаешь, что это значит? Что ты будешь делать, если они оба погибнут из-за тебя?

Она что думает, что я неровно дышу к Глебу? Да, Глеб мне нравится. Но эту симпатию глупо сравнивать с теми чувствами, которые я испытываю к моему Астаху. Это несоизмеримые величины. Это как ручеёк и полноводная река. Чувства к моему мужу наполняют меня подобно океану. В них тоже бывают и штормы, и штили, и лёгкий игривый бриз. Но они эти чувства преимущественно во мне всегда, проходят через мои мысли, поступки и действия. Иногда меня пугает эта привязанность, но я стараюсь гнать подобные мысли. Всё равно в наших отношениях положительных и приятых моментов больше. Приятнее любить, чем не любить, я это поняла

очень ясно. С появлением Астаха в моей жизни, она наполнилась новыми красками и смыслами, как будто до этого я просто спала, а сейчас проснулась. Никогда в жизни я не ощущала реальность так чётко, каждое мгновение дня, течение минуты...

Я взглянула на волчицу. Она больше не смотрела на меня. Обижается за всех волчиц, что такие сильные волки, как Астах и Глеб, выбрали человеческих девушек? Или она думает, что я недостаточно люблю своего мужа? И тут меня осенило: да она сама влюблена в кого-то из них! Как я сразу не догадалась. Только в кого именно? Я с подозрением уставилась на волчицу, но решила не акцентировать на этом внимания. Примем за рабочую версию, что она переживает за брата.

– Не беспокойся, я позабочусь о нём и не допущу, чтобы ему было плохо, - я взяла подругу за руку, привлекая внимание.

Она ничего не ответила, но руку тоже не стала вырывать.

Я позвонила Эльвире, предложив сразу подходить к остановке. Когда мы подошли, они уже были там. Они - это Глеб и Элька. А Астах со мной не пошел. Вот....! Не буду его ругать даже мысленно.

– Привет!- радостно крикнула нам Элька и бросилась обниматься с такой детской непосредственностью, что даже Эмма сдержала свои комментарии, с кривой улыбкой выдержав столь бурное проявление чувств. Или просто не хотела связываться с Глебом. Он хмурым взглядом наблюдал за нами, оценивая наши реакции. Мне показалось, что обидь мы сейчас Эльку, он бы накостылял нам обеим, невзирая на лица.

– Привет, - я хлопнула всегда хмурого и сосредоточенного друга по предплечью.

– Игристая, ты уже столько живёшь среди оборотней, а до сих пор не научилась правилам поведения, - прошипел он, отодвигаясь на безопасное расстояние.

Эмма хмыкнула, Элька удивлённо посмотрела на нас с Глебом. Я улыбнулась ей.

– Не обращай внимания, - беспечно сказала.
– Он превращается в зануду, когда видит меня. О, наш автобус!
– я бодро нырнула в открывшуюся дверь подъехавшего транспорта.

Он был битком набит любопытствующим народом. Может, платные экскурсии проводить по волчьему кварталу? Надо предложить эту идею Астаху. Пополним семейный бюджет.

Когда вошли Эмма и Глеб, кто-то ахнул, я не поняла, восторженно или испуганно. Свободных сидячих мест, естественно, не было. Эмма, не обращая ни на кого внимания, прошла в конец автобуса и взялась за поручень. Глеб сделал то же самое, только одной рукой бережно обнял, вставшую перед ним, Эльку. Мне стало завидно, жаль, что Астах со мной не поехал.

Я тяжело вздохнула и отвернулась от сладкой парочки, мельком отметив, что на пальцах у обоих были обручальные кольца. Астах обещал подарить во время свадебной церемонии. Тут я довольно улыбнулась: он заказал их у знаменитого ювелирного дома. Хорошо. Будет, чем похвастаться перед подругами.

Одна женщина дет сорока пяти, расхрабрившись, подёргала меня за рукав курточки.

– А вы, правда, оборотница?

Я удивлённо на неё посмотрела.

– Нет, с утра не была, - ответила я.