Reet-K

Хх Миро

– Про него ничего не знаю.

– И что делать? – спросила я. – Он может нас найти, этот Торопов?

– Думаю, может, если засёк номер самурайки, – сказала Вера. – С номером легко. Если номер не засёк, тоже может, ведь теперь он знает, что мы почти наверняка обитаем где-то в этом районе. Если задаться целью и понаблюдать в окрестностях за объектами массового посещения, куда люди часто ходят – магазины, университет, поликлиника, – то можно и найти.

– Может, Дмитрию позвонить?

– А Дмитрий чем нам поможет? Мы лучше сделаем так. Ни по каким магазинам

и кафе ты больше пока не ходи, на учёбу и с учёбы я тебя буду отвозить и забирать, из универа носа не высовывай, от поездок к Вите воздержись и дай мне три-четыре дня, чтобы разобраться, угрожает нам что-то или нет. Как тебе мой план?

– План хороший, только я очень не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

– Со мной всё будет в порядке, ведь я тоже не хочу, чтобы с нами что-нибудь случилось. Я возьму твои паспорт и права, ладно? Мне нужна машина, и это должна быть не самурайка – она слишком приметная. Я не буду делать ничего противозаконного. Я просто хочу убедиться, что нам ничто не угрожает.

Следующим утром Вера отвезла меня к первой паре в университет.

– Таня, не озирайся ты так по сторонам. Бояться, скорее всего, нечего. Ты у нас трусиха, что ли? – спросила Вера, когда мы пришли на парковку.

Пока самурайка грелась, Вера очищала лопаткой и сметала щёткой намёрзшую за ночь наледь на лобовом стекле.

– Трусиха, не трусиха, а неприятно, – уныло пробурчала я. – Вдруг он задумал отомстить.

– Скорее всего, нет, – сказала Вера, сев за руль, сняв перчатки и сунув их в карман на двери. – Ты же юрист. – Она включила дворники и несколько раз обрызгала стекло из омывателя. – Это они совершили противоправные действия, а не мы, это раз. – Она взялась за руль, включила передачу, огляделась по сторонам и тронулась. – Они получили быстрый и неожиданный отпор, скажем так, несколько умаляющий мужское самолюбие, но не более, это два. – Мы выехали со двора и поехали в университет. – И было это давно и по пьяне, это три. Так что, не волнуйся. Даже если он переполнен чувством мести, в чём я совсем не уверенна, не станет же он прилюдно на тебя нападать и расстреливать из пулемёта. Максимум, обругает и пообещает страшные кары.

– Ага, или в морду даст. Что-то мне не хочется, чтобы он выбил мне глаз или зубы.

– Таня, в университете с тобой ничего не случится. Никуда оттуда не уходи и всё, ладно? До скольких у тебя сегодня занятия?

– К четырём за мной заезжай, хорошо? Если что сдвинется, я перезвоню.

Вера высадила меня у университета. Я видела, что включив аварийку, она не уезжала, дожидаясь, пока я не войду в здание.

Время от времени в течение дня от неё приходили краткие сообщения, получение которых я подтверждала смайликом – так у нас было заведено.

"Взяла машину на прокат"

"Приехала в Бердск"

"Спустило колесо"

"Сижу в шиномонтажке"

"Еду за тобой"

"Жду на парковке"

– Ну, что? – нетерпеливо спросила я, усаживаясь в самурайку и отряхивая обувь от налипшего снега.

– Нет, сначала в "Добрянку", купим утерянные вчера фрукты и прочие вкусности, а дома

я тебе всё расскажу.

Вера водила гораздо лучше меня, что и не удивительно – вождение всего, чего только можно, входит в её базовую специализацию. Соревноваться с ней я и не пыталась, но и сесть за руль меня упрашивать не надо, так что с "Добрянки" до дома за рулём была уже я.

Дома, когда мы на кухне готовили омлет и жареный кабачок, Вера рассказывала:

– Я взяла на прокат машину и поехала в Бердск по адресу, где у нашего мстителя своя автомойка и шиномонтаж. Нашла и проехалась мимо. Там увидела его припаркованный крузер, на котором они и были в январе. Это значило, что он в этот момент был на мойке, а не караулил тебя где-нибудь в Академгородке.

– Не смейся, пожалуйста, – попросила я, взбивая яйца с молоком. – Я весь день переживала.

Вера намазывала обжаренные дольки кабачка давленым чесноком, как я ей показала.

– Остановившись недалеко от мойки, я проколола у своей машины заднее колесо.

– Как проколола? Зачем?

– Отвёрткой проколола, найденной в багажнике. Нужна же была какая-то причина, чтобы заехать в этот шиномонтаж.

Она помыла руки и стала готовить свой обычный напиток – вода из кулера с добавлением сока лайма.

– На спущенной шине заехала на шиномонтажку и пошла внутрь.

– А если бы он тебя увидел?

– Мне и надо было, чтобы он меня увидел. Только так и можно было понять, узнал он тебя вчера или просто пялился на девчонку, пялившуюся на него.

– Опять смеёшься? – я поставила на плиту сковородку для омлета.

– Нисколечко не смеюсь. А перчить надо?

– Самую малость, только для запаха.

– Захожу, а он там. Тоже работает. Стенд они какой-то монтировали. Я смотрю на него, делаю круглые глаза, как ты показывала, и восклицаю: "Ой! Это же вас я вчера в магазине видела!?"

– А он?

– Он тоже удивлён и, даже, как-то смущён. "Меня!" – говорит. – Вы так на меня посмотрели!" И сразу стало понятно, что тебя вчера он видел первый раз и просто пялился, поди, на твою попу. У тебя сковородка перекалится.

Я убавила конфорку и сдвинула сковородку, чтобы чуточку остыла.

– Он работу сразу бросил, руки вытер, работягам своим кивнул, мол, без меня продолжайте, и ко мне: "Слушаю вас. Какие-то проблемы?" Колесо, говорю, спустило. Не поможете? Пошли за ворота, показала ему пальцем на колесо. Он сказал, что сейчас всё сам сделает, а меня пригласил пройти в офис и там за чашкой кофе подождать.

Я вылила взбитые с молоком и мукой яйца в сковороду и накрыла стеклянной крышкой.

– По-моему, мы ему сильно понравились, – сказала Вера, красиво выкладывая кабачки на тарелку и украшая их четвертинками помидоров черри, укропом и петрушкой.

– Почему ты так решила?

– А он с меня за ремонт колеса ничего не взял, хоть и видел, что машина арендованная – на ней логотип с обеих сторон на боках. Визитку вручил, спросил имя и попросил обязательно ему позвонить. Обязательно, обязательно – он будет очень ждать.