Ребекка

Гуйда Елена Владимировна

По щекам покатились слезы бессилия. Хотелось выть, разнести все в прах. Но чем это поможет.

– Миледи, вы Амора, хозяйка замка, леди Северного предела и окрестных земель, вам вверили замок и его обитателей в отсутствие лорда. Никто не приносил дурных вестей, и вы обязаны держать себя в руках, – холодно и жестко напомнил мне Кристофер. – Неужели милорд ошибся в вас?

Последние слова были хлесткой пощечиной, от которой напряглось все тело, выровнялась спина и даже сам собой вздернулся подбородок. Ветер грохнул тяжелой веткой о внешнюю стену за моей спиной – и утих, словно и не бушевал

все это время.

– Вы правы, сир Кристофер, – холодно кивнула я. – Мы будем ждать возвращения лорда. И никак иначе.

– Я знал, что вы благоразумны, миледи.

Глава 36

Время застыло в этом моменте, словно затаилось в ожидании новостей. Теперь я, а не Хильда стала статуей, высматривая мужа на стенах замка.

Обитатели Северного предела тоже чувствовали неладное. Черной тучей нависло над замком ожидание беды.

И часть вины за эту общую тревожность лежала на мне. Поутру на меня из зеркала смотрела измученная и совершенно потерянная женщина, которую даже я сама не узнавала. И никакие белила и краски не могли этого исправить. К тревоге и недосыпанию добавились усталость, тошнота и головокружение. Потому спуститься в общий зал я так и не смогла себя заставить.

Сир Кристофер сторожил мою дверь неустанно и неусыпно. Это была вторая причина, по которой мне не хотелось выходить из покоев. Его преданность и забота совершенно не вязались с его длинным несдержанным языком и невоспитанностью.

И только ближе к обеду я все же вышла, но не в обеденный зал, а, как и накануне, на внешнюю стену.

Дул северный ветер, колыхал, словно море, травы широкого луга, на котором белыми точками рассыпались овцы. Беззаботные пастухи жгли костры, греясь и готовя ужин. Можно было даже попытаться различить деревенских, занятых своей работой.

– Миледи, вы доведете себя до изнеможения, – причитала Рози, кутаясь в пуховую шаль и пытаясь достучаться до моего разума. – Там уже завершили ремонт мыловарни. Вы не желаете посмотреть, что вышло? Думаю, можно бы попробовать первую партию мыла сделать.

– Спасибо, Рози, немного позже обязательно загляну в мыловарню, – кивнула я, даже не обернувшись к своей горнчной.

Я понимала причину ее разговорчивости. Рози пыталась отвлечь меня, занять хоть чем-то, но мои мысли рыскали по лесу, перевалу, вдоль быстрой Истенки, а не в стенах замка.

Ночь в пустой постели была невыносимой. Сон не шел совершенно. А страхи и без магии терзали меня, как волчья стая загнанную лань.

И когда на горизонте показался всадник, я уже не взялась бы сказать наверняка, сколько прошло времени с того момента, когда лорд Амора покинул замок.

– Это Берт! – выкрикнул кто-то на стене.

На негнущихся ногах я спустилась на

крыльцо, не сводя взгляда с приближающегося от ворот всадника.

Сердце остановилось. Дыхание застряло в горле. Мир завертелся.

– Миледи, я принес дурные вести, – проговорил бледный обессиленный Альберт.

И голова пошла кругом. Нет, никто не увидит моей слабости. Не сейчас.

– Пойдем, не стоит топтаться на пороге, – кивнула я, развернувшись на месте, и, едва переставляя ноги, направилась в кабинет Нейта. Чем меньше знают слуги, тем меньше паники. – Тира, принеси в кабинет лорда еду и эль, – приказала я попавшей на глаза служанке. – И вы, сир Кристофер, можете не ходить за мной по пятам. Я не собираюсь прыгать в окно и нестись непонятно куда.

– Увы, миледи, приказ лорда вы отменить не в силах. Потому буду ходить по пятам, пока он не вернется. Исключительно для вашего благополучия.

Почему-то мне хотелось в этот момент огреть его чем-нибудь, но уже не было сил на препирательства. Может, и к лучшему. Если я сорвусь, он сможет погасить бесконтрольный всплеск.

Кабинет еще хранил аромат бумаги, чернил, мороза и хвои. Я даже невольно бросила взгляд на кресло Аморы, словно ожидала встретить его насмешливый взгляд. Кресло лорда тоже было по праву моим сейчас, но я так и не решилась его занять, застыла у окна, дождавшись, когда дверь за мужчинами закроется.

– Присаживайся, Берт. И… Говори!

– Миледи, мы попали в ловушку. Кречеты приняли нас, как дорогих гостей, но уже планировали предательство, – горячо зачастил Альберт, упав на диван. – Нас окружили прямо во время ужина. Некоторых воинов убили, остальные в плену, как и лорд Амора, – и я невольно перевела дыхание. Жив все же.

– Чего они хотят?

– Встречи с вами и Северный предел, миледи, – проговорил Берт. – Обещают, что вам ничего не будет угрожать…

– Как милорду Аморе? – хмыкнул сир Кристофер, озвучив мои мысли. – Слова предателей – звон в пустом горшке: не стоят того, чтобы их и слушать. Как-то у меня нет доверия людям, напавших на своего лорда за столом.

Я была полностью согласна с Кристофером. Возможно, впервые за все мое пребывание в этом замке. Но озвучивать этого не стала.

– Милорд здоров? – не акцентируя внимания на едких замечаниях моего стража, спросила я.

– Когда я покидал Гнездо, был в полном порядке. Но… кто знает, что с ним случилось за время моего отсутствия.

Я посмотрела на Берта прямо, внимательно. Неужто он подводил меня к нужному ему решению, давя на больное, на мой страх, боль, на мою… любовь? Мог ли он быть предателем, учитывая, что обязан мне жизнью? Мог! Как я успела выяснить, предателем может быть любой.

– Да уж, странно как, что доверенное лицо лорда отправили на переговоры одного. Не простого вояку из воинов Кречета, как принято. А вас, лир Альберт. За такого ценного заложника можно было бы тоже получить немалый выкуп, – рассуждал вслух сир Кристофер. – Что вы пообещали им за свою свободу, Берт? Каким будет трофей победителя?

Лицо Альберта побагровело, дрогнуло в непередаваемой гримасе.

– Ты пытаешься обвинить меня в измене, Крис?! – вскочил он на ноги, словно желая сцепиться с обидчиком.