Ребекка
Шрифт:
Да. Я видела на Хильде серебряный пояс с ключами. И прекрасно понимала, что старая перечница побежит жаловаться моему супругу, но если сейчас я спущу ей такое пренебрежение, то после мне не стоит и пытаться добиться от слуг уважения и послушания.
– Я решил вас не утруждать, – взяв себя в руки и даже наградив меня улыбкой, пояснил мне супруг. – Мне рассказывали, как много обязанностей легло на ваши плечи в родном доме. Здесь есть кому заниматься делами.
Какая забота…
– Поверьте, мне совершенно не в тягость домашние дела, – ответив точно такой же улыбкой, заверила я
– Займитесь вышивкой, – предложил он, скрестив руки на груди и наградив меня тяжелым взглядом.
– Увы, не люблю это занятие с детства.
– Мы можем придумать вам занятие по душе.
– Не стоит придумывать, когда оно само требует моего вмешательства! – прикладывая немалые усилия, чтобы оставаться учтивой, заметила я.
– Не понимаю, когда это вы успели понять, чего оно там требует, – снова теряя терпение, процедил лорд.
– Не понимаю, чем вас так выводит из себя такое простое желание! Вы не доверяете мне?
– А должен?
– Я не давала повода…
– Правда? – лорд Амора подался вперед, сокращая расстояние между нами, и я невольно сильнее сжала злосчастный клочок бумаги. – Может, вы тогда объясните, какого демона бродили по замку этой ночью? Что за тайны у вас от супруга, миледи?
От его вкрадчивого тона у меня похолодели пальцы. Видел? Или рассказали? Если сам здесь был, то почему не окликнул?
– Это спрашивает человек, который и сам обвешан тайнами, как невеста бусами? Зачем вы приняли условия короля и согласились на брак? Я вам противна, и вы даже не пытаетесь это скрыть! Что вы там храните в крайней комнате? Так тщательно, что даже слуги прячут взгляд, если их спросить. М? – голос не дрожал, не предал меня, я даже выдержала его тяжелый взгляд. Потому и заметила, как резко он изменился.
– Вас интересуют мои тайны, миледи? – со свистом поинтересовался он. А после стиснул мое запястье и буквально потащил меня прочь из комнаты.
Я быстро перебирала ногами, боясь одновременно и своего супруга, и запутаться в длинном подоле. В голове настойчиво стучало: «Не стоило выводить его из себя!» Может, и не стала бы, но вылетевших слов уже не поймать. Как и прошлого не вернуть.
Мы остановились у той самой двери. Лорд Амора одной рукой вытащил из кармана ключ, резкими нервными движениями повернул его в замочной скважине и толкнул злосчастную дверь, буквально затащив меня в комнату.
– Это объяснит вам не все, но многое, миледи! – бросил лорд.
Отнюдь, я совершенно ничего не понимала.
– Это же…
– Это же… детская, – проговорила я одними губами.
И это совершенно ничего не объясняло. Скорее добавило столько
Комната казалась не обжитой, но опустевшей. Маленький сарафан, оставленный на кровати, припудрило пылью, как и игрушки, разбросанные по полу хаотично, словно собирались в спешке. По всему, здесь давно никто не обитал, а сама комната была подернута какой-то мрачностью… склепа.
– А где ребенок? – спросила я, обернувшись к мужу и посмотрев ему в глаза.
Я опасалась, что услышу самое ужасное. Что Черный волк вместе с супругой потерял и дочь.
– Это и есть причина, по которой я согласился на этот брак, – ответил Амора. И я впервые увидела в нем слабинку и проступившие через холодную маску боль, усталость, тоску. – Линди у его величества. На воспитании. И не в моих интересах отказываться от милости короля, как вы понимаете.
У меня словно весь воздух забрали в одно мгновение. С одной стороны, хорошо, что девочка жива. С другой… Его величество, оказывается, весьма мерзкий тип. Шантажировать лорда Амору жизнью ребенка! Но тогда это не объясняет желания короля выдать меня замуж и держать здесь в роли шпионки. У него был и без того довольно весомый рычаг давления на Амору. Лорд не из тех людей, что рискнут жизнью и здоровьем своего ребенка. Что за игру затеял его величество?
– О вашей дочери нет записей… Она… – отведя взгляд, начала я.
– Незаконнорожденная? – закончил фразу лорд, и я кивнула. Это бы объяснило сомнения короля. – Нет, миледи. Она рождена в браке, любима и дорога мне.
– Тогда я совершенно ничего не понимаю, – растерянно пробормотала я.
– Сомневаюсь, что вам это нужно, – улыбнулся Черный волк, полным грусти взглядом окинув комнату. – Думаю, я удовлетворил ваше любопытство?
Ни капли. Скорее у меня добавилось вопросов, на которые ответы искать и искать.
– Отчасти, – все же кивнула я.
Не хотелось бы перегнуть и снова выстроить стену между нами.
– Тогда, может, и вы раскроете свои секреты и объясните, зачем слонялись по замку и посещали комнату Альберта среди ночи?
В его глазах полыхнул огонь, челюсти сжались так, что заскрипели зубы и заходили желваки на щеках. А у меня воздух застрял в горле. Знает все же!
И на правду мне придется отвечать правдой.
– Конечно, я все объясню, – собравшись и натянувшись струной, кивнула я. – Если вы не против, мы могли бы обсудить это в другом месте. В мой комнате, к примеру.
Мне нужно было время собраться с мыслями и выстроить правдоподобную историю, где правды сказанной было бы не меньше, чем той, которую умолчали. К тому же злосчастный клочок бумаги я все так же сжимала в руке, а это немало нервировало и мешало думать.
Мои губы дрогнули в намеке на улыбку, и я попыталась выскользнуть из комнаты, но лорд молниеносным движением уперся рукой в дверной косяк, преградив мне путь.
– Зачем ходить кругами? Если вам нечего скрывать от мужа, то ваш рассказ выдержат любые стены в этом замке! – проговорил он, чуть склонившись, и от его хриплого, вибрирующего от сдерживаемого гнева голоса по телу прокатилась дрожь.