Реальность
Шрифт:
Тут рыжая замолчала, и внимательно взглянула на притихшего человека:
– Слушай, а тебе не скучно? А то я увлеклась, а тебе может, и не всё понятно. Тебе понятно, что говорю?
Человек пожал плечами:
– Знаешь, Рыжая, может и не всё, но я, когда тебя слушаю, то чувствую, что в уме вроде как что-то набирается. Ну, – тут он повёл взглядом по сторонам, – то есть, возникает такое ощущение, что мне о чём-то сказать нужно, только пока ещё не могу. И это вызывает беспокойство. Но, когда ты говоришь, мне становится лучше. Так что, говори дальше.
Собеседница, дослушав его до конца, опять взобралась на стул ногами, встала во весь рост, картинно отвела в сторону правую руку, и с нарочито серьёзным лицом объявила:
– А теперь послушай стих!
Я на кладбище играла,
В страшные игрушки,
Раскопала из земли
Кости-черепушки!
У-ух!
Усевшись обратно на стул, с задорной улыбкой уточнила:
– Ну как, понравился стишок? Это из жизни, потом расскажу. Ну что, про траву?
– Давай.
Утерев нос ладошкой, девочка кашлянула, и продолжила:
– Греналин – по-настоящему волшебная травка. Человеки, к слову, всю жизнь блуждают в поисках ответов на своё происхождение, на секреты пространства. Глупцы! Они даже не осознают, что все ответы уже есть в них самих! Но ответы эти касаются только их, а в Греналин есть ответы на все вопросы мироздания, и Клюв об этом знал как никто другой. Творец создал универсальную субстанцию, которая чудесным образом подчиняется воздействию разума. И создавал он её вместе со своим первым помощником – про это надо всегда помнить! Ну так вот – осознание представляет собой способность использовать эту субстанцию. Вне зависимости от того, проявлена она в видимой форме, или же внутренне присутствует в невидимых энергетических полях и линиях, она всегда вознаграждает того, кто ищет ответы, дозволяет ему самому принять участие в бесконечном акте творения. Знание этого позволяет понять все ментальные процессы, благодаря чему можно просто и эффективно использовать неисчерпаемые возможности, предоставленные Создателем. А если понимать, как овладеть энергиями, пронизывающими пространство, то можно преобразовать всё вокруг. И мерзкий Клюв прекрасно об этом знал! Ну, каково?
Человек покивал:
– Слушал внимательно, только знаешь, мало что понял. Но я всё запомнил. Ещё вот о чём подумал – а Василиск, как он оказывается в Ардевос?
Собеседница всплеснула руками:
– Ну ты невнимательный какой – на додумался ещё? Змей – это субстанция Клюва и есть! Он сидит в любой капле ардевоса. А как ты думаешь, этот червяк внутри тебя оказался? Во сне в рот заполз, или ещё куда? – сказав это, рыжая проказница захихикала, прикрывая рот ладошкой.
– Да ничего я не думал, потому и спросил.
Девочка махнула рукой:
– Спрашивай, конечно! Никто ведь не запрещает. Ещё разок спрошу у тебя – ты ещё не устал от моих разговоров? А то что-то я увлеклась. Ну так оно, и знаешь – насиделась в мёрзлой земле. Тут хоть с тобой поболтать немного можно.
Человек задумался, оглядывая комнату, где шла беседа. Вдруг, вспомнив что-то, встрепенулся:
– Понял я про траву. Послушай, это всё интересно, конечно, но ты обещала рассказать, как Клюв хотел рассорить Создателя с человеком. Помнишь?
– Помню, конечно. Только он не просто хотел, но и сделал это. Когда Создатель прогнал Клюва, тот смертельно обиделся, но далеко не уходил, всё время был рядом, правда, на глаза старался не попадаться. И как-то раз он услышал разговор Творца с человеком, который они вели неподалёку. А так как его им видно не было, он незаметно для собеседников эту беседу и подслушал. Создатель в тот момент как раз объяснял подопечному извечные постулаты для недорослей – вот это хорошо, а вон то – плохо, туда не ходи – там ямка, а сюда ходи – тут ровненько, и самое главное – тут недалеко полянка есть с синей травкой – ты не вздумай к ней приближаться, а уж трогать тем более не смей. Услышав предостережение насчёт Греналин, у Клюва в тот же миг созрел план – как насолить Отцу всего сущего. К его осуществлению он и приступил. Незамедлительно. Приняв облик змея Василиска, стал выслеживать пути-дорожки человека на местности, и однажды-таки застал его в одиночестве среди камней. Ну как в одиночестве –
Когда же один из них вспомнил, что совсем-совсем недавно, как раз на уроке по нравственности, им был услышан строжайший запрет на посещение именно этой поляны, змей тут же чутко отпарировал: «Так это специально было сказано, чтобы вы там и попробовали устроить свою встречу, это же и так должно быть понятно! Тому, кто приляжет на эту поляну, как раз и откроются все секреты мироздания, и будет получен самый главный урок – как стать подобным самому Творцу!» Недолго думая, сразу же восхитившись открывающимися перспективами, парочка тут же отправилась постигать тайны Создателя, а змей заструился за ними.
Тут рассказчица замолчала, и притихла. Потерев лоб рукой, взглянула на человека, и продолжила:
– Надо обязательно тебе объяснить – почему Вседержитель не хотел контакта человека с Греналин. Дело в том, что трава эта произросла на том самом месте, где творец отдыхал от трудов праведных после создания им мира насущного, был совершенно без сил, в поту и слезах. Пропитав, не желая того, своей сутью клочок пространства, он тем самым породил совершенно безгрешную субстанцию себя, которая знала только его, любила его, отвечала на любые вопросы, и хоть ответы он уже давно знал, всё равно время от времени приходил на эту полянку, и возлагал раскрытые ладони поверх синих побегов. Его существо в эти мгновения наслаждалось памятью о тех мгновениях, когда он ощущал полное удовлетворение от сделанного, и ещё не был в плену бесконечной ответственности за всё начавшееся после того. Это был только его уголок, где он мог спокойно предаваться раздумьям в великости одиночества, и вести неспешную беседу с самим собой.
Округлив свои синенькие глазки, девочка ударила себя по коленкам ладошками, и протянула их к человеку:
– И вот теперь представь себе таку картинку – парочка двух беспечных разгильдяев, сопровождаемая плоскомордым змеем, нахально взгромоздилась на священную поляну, вольготно распустила концы волокон по макушкам ростков, и замерла в предвкушении блаженства соединения друг с другом, совершенно не догадываясь, что произойдёт в этот миг на самом деле.
А это неизбежно начало происходить – Греналин вступила с ними в контакт. Ослушники мгновенно оцепенели – короткого мига её прикосновения хватило, чтобы двум дебилам открылась всё разом – бездна безумия и отваги Творца, уже создавшего ВСЁ – его сомнения и торжество, страдания и мучительная боль от внезапно возникшего отцовства ко всему миру, восторг и удовлетворение от наконец исполненной мечты, но и пустоту, возникшую в его уме после осуществлённого желания. Ещё один короткий миг, и эти двое, без сомнений, оказались бы просто раздавлены насмерть мощью бесконечного Разума, как вдруг возле поляны появился сам Создатель!
В то же мгновение он понял происходящее, и одним ударом длани стряхнул глупых прелюбодейников с мягкого синего ковра, и принялся приводить их в чувство – стал выщипывать из их коконов один за другим волокна осознания.
– Теперь понимаешь, почему некоторые из их потомков такие несносные? – с хитрой ухмылкой спросила рыжая у слушателя. Человек пожал плечами, и поднял вверх подбородок: «Продолжай». Девочка спрыгнула со стула, и продолжила рассказ, прохаживаясь перед ним из стороны в сторону: