Развязка
Шрифт:
Пробуждение было быстрым, но не очень приятным. Голова раскалывалась на части, и сильная мигрень неприятно давила на виски. Еще до того, как она успела сообразить, где она и что произошло, Соня почувствовала легкое прикосновение к плечу.
— Это поможет от головной боли. — сказал мужчина очень знакомым и привычным голосом.
Девушка позволила закрыть себе глаза тем самым пытаясь уменьшить боль, а спустя менее минуты поняла, что боль полностью отступила. Чудо, да и только.
— У нас уже вошло в привычку встречаться так. Ты часто ведешь как я сплю, я же всего раз. — сказала Соня, поворачиваясь всем корпусом
— Согласен, это упущение необходимо исправить. Счет необходимо выравнять и я в процессе того, чтобы исправить эту оплошность как можно быстрее. — Шутливым голосом ответил врач.
— Жду не дождусь! — совершенно искренне ответила она при этом так посмотрев на уста мужчины, что сомнений в том, что она сейчас так хочет было никаких.
— Соня… — простонал мужчина при этом с болью сдерживания свои инстинкты. — Ты не помогаешь… Вот как мне удержаться, когда ты так и манишь. — С упреком сказал он.
Тетро наклонился для того, чтобы поцеловать девушку принимая свое поражение, но до того, как Соня успела понять, что задумал мужчина, он приложил свои мягкие и столь желанные губы к ее лбу и запечатлел легкий поцелуй, а затем быстро встал, стараясь отстраниться от соблазна, который так и манил его.
— Эй… — возмущенно ответила Соня, рассчитывая совершенно на другой исход.
— Ты же знаешь, что нам нельзя. Подожди конца практики, и я сделаю операцию. Я бы сделал ее уже сейчас, но ты же понимаешь, что я не могу ее сделать сам себе, хотя Станислав и предлагал помочь. — добавил, между прочим, Анис, при этом вспоминая как именно он предлагал свою помощь. Сломать ему нос и закинуть к первому попавшему врачу если понадобиться. Если Соня и дальше продолжит в том же духе, то может он и воспользуется его предложением…
— Я помню, но разум и чувства часто играют против друг друга. — заметила она.
— Хм… Тонко подмечено. — не смог не согласиться он. — Ты помнишь, что случилось? — решил уточнить мужчина, который сейчас выступал в роле врача.
Грусть и печаль, которые последовали сразу же после заданного вопроса, было невозможно скрыть.
Для того, чтобы сразу не отвечать Соня откинула одеяло и приняла сидячее положение, при этом отмечая, что спала в форме. Анис не стал ее раздевать.
— Помню. — все же решила ответить она. — Однако развивать эту тему пока не готова.
— Понимаю и не тороплю. — Принял он ее ответ. — Знаешь, я все думал о том, почему ты так и не решилась задать вопрос о моем прошлом после того, как я рассказал о пиратах на одном из совместных лекций? Я был готов рассказать, но ты так и не спросила. — Спросил он то, о чем думал не раз.
— Неожиданный вопрос если честно. — Соня не думала, что день, когда она будет снова чувствовать, может повернуться днем, когда она узнает большее об Анисе. Может это и к лучшему. Его боль может заглушить ее страдание и принести успокоение. — Посчитала неуместным лезть туда, куда меня не приглашали. Да и я подумала, что если в один прекрасный день ты захочешь открыться, то инициатива должна быть с твоей стороны. Я бы не хотела, чтобы меня заставляли окунаться в мою боль каждый раз, когда кому-то станет любопытно, вот и решила не настаивать.
Соня на собственном опыте знала какого лезть в чужие тайны и потом делать вид о том, что ты ничего не знаешь. Это гадко.
Что ответить на это мужчина не знал. Он успел надумать много предположений начиная с того, что ей не интересно, до того, что ей брезгливо слышать все эти нюансы, но такой вариант в его голове не проскальзывал ни разу. Забавно! Она была идеальна, но даже не понимала на сколько.
— Ты бы хотела узнать больше обо мне и о том, во что ты окунешься, связывая свою жизнь со мной? — спросил Анис уже подсознательно готов открыться этой женщине.
Для него уже стало совершенно не важно являться ли она его парой или нет и каков будет результат его операции. Для него Соня была той самой, ради которой он был готов поменяться и открыться. Он был готов идти на уступки и раскрывать новые просторы и границы, которые ранее для него были закрыты им сами же.
Если он не знал наверняка, то Соне сомневаться в их парности не приходилось. После урока, где ей случайно удалось уловить незримую нить между ними она чувствовала, что это и есть их притяжение, которое было даровано им высшими силами и которое за эти годы девушке удавалось поймать еще пару раз.
— Если ты готов открыться, то я готова выслушать и принять все то, что ты посчитаешь нужным мне рассказать. — Соня специально построила предложения таким образом, чтобы у Аниса не отпало желания делиться своей историей, но в то же время у него было полное моральное право что-то не договорить или остановиться на любом моменте рассказа.
Только пережив травму и потерю отца, который был для нее всем, она поняла, как важно ценить то, что тебе даровано и как важно то, чтобы на тебя не довили, когда ты не готов открыться другим и показать свою душу тем самым выставляя ее на растерзания.
После смерти матери этого не было, да и быть не могло. Соня не знала свою мать, но как же забавно сложилась судьба, ведь мать, которая даровала ей жизнь при этом пожертвовав своей для ее существования звали Вероникой Плутовой и теперь вновь приобретенная, хоть и не родная мать носит тоже имя, и могла носить ту же фамилию, если бы у них с Генри было бы больше совместного времени. Проделки судьбы, да и только.
Анис не стал начинать рассказ сразу же после Сониного ответа. Он встал и преодолев небольшое расстояние до девушки, подвинул ее для того, чтобы приземлиться рядом. Неридианка тоже поменяла позу для того, чтобы лучше видеть лицо, а главное глаза говорившего.
Они сидели напротив друг друга и просто смотрели друг другу в глаза. Анис собирался с мыслями для того, чтобы понять с чего стоит начать разговор, а Соня впитывала эмоции и переживания, которые шли от мужчины, который сейчас мысленно переживал все, через что ему пришлось пройти.
Эмоции все еще были очень яркими и Соне ничего не стоило потянуть любую из них на себя для того, чтобы увидеть причину их возникновения, но она не стала этого делать. От части ей было важно именно услышать все то, чем Анис был готов поделиться, а от части Соня не хотела полностью переживать чью-то боль заново. Сейчас ей хватало своей. Услышать и пережить — это далеко не одно и то же и Соня знала это не по наслышке.