Развязка
Шрифт:
Сила ее отца ушла бы от него, даже не будучи они вместе. Он полюбил ее и тем самым нарушил условия, которые ему были поставлены для их обладания. Это даже не был его выбор. Сердце решило за него. И как бы больно от этого ни было Соня была рада, что пусть не долго, но она снова увидела его счастливым и не одиноким. Пускай это были всего пару месяцев, но они были в его жизни.
Жестоко, что только обретя свою вторую половину ее отцу было суждено так скоро уйти, а его жене, которая даже не успела поменять фамилию стать вдовой.
Сейчас, когда у девушки было куча времени на размышления, Соня
После пережитого всплеска своих сил она временно осталась эмоциональным инвалидом. Ранее ей доводилось переживать срывы, но они были даже не близки с тем, что с ней случилось совсем недавно.
Софии, наверное, повезло, что откат вылился именно в такой форме. Она была опустошена не только физически, с чем «Туманка» успешна справилась, но и эмоционально. Отдав все, что она испытывала у нее почти ничего не осталось. Только обрывки, огрызки, которые нуждались в починке и восстановлении. На это уйдет некоторое время. Может часы, может дни, а есть вероятность, что и вовсе недели. Сказать точно, никто не брался. Не выгорела и на том спасибо.
Логически анализируя то, что ей говорили на уроках, Соня вспомнила все пять стадий пережития острого горя и утраты:
1. Шок и уход от реальности
2. Столкновение с реальностью и осознавание утраты
3. Стадия острой боли
4. Стадия восстановления
5. Начало новой жизни
Первую Соне довелось встретить в кабинете куратора. Вторую она проходит сейчас, хотя и не совсем стандартно в связи с тем состоянием, в котором она находиться. Скорее всего третьею из них ей доведется встретить чуть позже. Она придет с задержкой, в момент возврата Сониного эмоционального выздоровления. Что касается двух последних, то для того, чтобы восстановиться и начать новую жизнь ей необходимо две вещи — Анис и свершившееся месть.
Почему-то выбранное слово — месть — нельзя было заменить справедливостью.
Девушка, которая сейчас находилась в «Туманке», перестала рассматривать все вокруг, плавно подняла руку к крышке для того, чтобы ее открыть. Она устала ничего не делать. Даже если это и просто находиться на одном месте.
Бездействия было не то, что сейчас было ей необходимо. Соне нужны были ответы, которых у нее не было, но они могли быть у других.
Дождавшись пока капсула откроется, девушка аккуратно вышла наружу. Остро ощутив, как ноги соприкасаться с чуть прохладным полом стерильно белого цвета, что на мгновение заставило ее замереть. Преодолев первый шаг, за ним последовал следующий такой же плавный и бесшумный.
Она ступала тихо, чтобы не на роком не разбудить спящего мужчину. Обойдя по кругу смотровой стул, который временно стал кому-то кроватью, девушка добралась до одной из дверей, за которой она уже знала, находился душ.
Проскользнув туда, Соня скинула халат, который был накинут на ее плечи и позволила себе окунуться в мгновения, когда вода смывает все. Она смывает горя, радость, печаль, разочарования, одиночество, утрату. Вода было лучшим лекарством, которое могло ей помочь и отрезвить ее. Вода для неридианки было своего рода проводником, который помогал ей скинуть всю тяжесть навалившихся эмоций, которые она получала с момента
Может Соня и была временна эмоциональным инвалидом, но соблюдения самого ритуала очищения очень способствовал поднятию ее морального духа. Привычная вещь, которую она проделывала далеко не в первый раз, несла за собой нотки спокойствия и равновесия, которого ей сейчас так недоставало. Омовение смывало все то, что сейчас Соня была не в состоянии ощутить и испытать.
Завершив все процедуры в душе, девушка специально не стала пользоваться программой сушки, Соня схватила с полки пакет с формой, которой задала необходимый цвет и размер. Форма шла стандартной и привычной, что очень облегчало дело. Необходимость куда-то переться для того, чтобы найти себе конкретную форму отпадала моментально, что очень упрощало жизнь не только студентам, но и врачам.
Облачиться в синюю форму было делом минуты. Перекинув мокрые волосы за спину, тем самым почти моментально намочив спину, она открыла входную дверь и босиком вернулась в главное медицинское помещение, где до этого находилась.
Дорожка капель, которая стекала с ее волос, была видна только на расстоянии метра, все остальное пол успел уже впитать.
Удобно — особельно в таких местах как мед блок, где уборка за пациентом и любыми его жидкими выделениями, будь то кровь, моча или другие органические отходы — ранее занимала львиную долю времени персонала
Хорошо, что ее не поместили в стандартный мед блок, который был рассчитан на множество больных и ей не пришлось сейчас беспокоиться о своем внешнем виде перед другими.
Анис уже не спал. Он сидел на кресле, которое поменяло немного форму, чтобы его обладателю было удобнее. Было видно, что Анис все еще находиться далеко не в лучшем состоянии и не в лучшей форме, но даже то, что он проснулся было для него большим достижением в его то состоянии.
Мужчина ждал ее.
— Привет… — почти шёпотом произнес он. — Как ты себя чувствуешь? Я не услышать, как просигналила «Туманка». Ты давно вышла?
Как же много вопросов для нее одной!
— Привет. — совершенно бесцветным голосом ответила она. — У меня откат и сейчас я не в состоянии испытывать ничего. Это не образно, если что. — решила уточнить она. — Я пришла в себя недавно, ты спал, и я не стала тебя будить.
Решив обозначить все, что потом как-то может повлиять на их дальнейшее общение сразу, было самым необходимым делом, которое она совершала после каждого отката и которое вошло в стадию рутины для них обоих.
Хорошо, что такая черта как логика, человечность и разум в момент отката не отключаются и Соня не превращается в подобие робота, которым глубоко наплевать на все и всех.
— Понял. Тогда вопрос о том, что ты чувствуешь я задам потом. — То ли пошутил, то ли рассуждал он в слух. — Последние пару дней выдались тяжёлыми, замотался и не услышал сигнала, но теперь, когда ты, наконец, очнулась я проверю твое состояние.
Мужчина встал с кресла и до того, как Соня успела сообразить, что происходит, Анис притянул ее в свои объятия. Он не пытался к ней приставать. Это были объятия поддержки, в которых нуждался прежде всего он сам.
— Зачем? — спустя время спросила Соня.