Разведена и очень опасна
Шрифт:
– Выбирай, будешь по кухне суетиться или в чулане сидеть? – Дровосек посмотрел на часы, не скрывая своей озадаченности. – Определяйся быстрее, а то время не терпит.
– Ты такой голодный?
– Насчет хавчика я бы не отказался.
Не сомневаясь ни минуты, я убрала упавшую на глаза челку.
– Конечно, я буду готовить, – согласилась я.
– А ты продукты не испортишь?
– Не переживай. Я в детстве всегда помогала матери.
– Ты хочешь сказать, что у тебя остались кое-какие навыки с детства? –
– Не переживай. Я их не растеряла.
– Тогда дерзай.
Я подошла к пакетам с продуктами и принялась их доставать. Дровосек сел в старенькое кресло, закинул ноги прямо на стол и стал за мной наблюдать.
– «Седьмой континент», – прочла я на одном из пакетов.
– Что за седьмой континент?
– Надпись на пакете: «Седьмой континент». Я смотрю, здесь где-то магазин недалеко.
– Недалеко тут только лес. За этим барахлом мне пришлось в Москву ехать.
Пакетов было так много, что я не могла не удивиться:
– Зачем столько продуктов? Этим можно целую роту солдат накормить! Может, половину убрать в холодильник?
– Готовь, я сказал.
– Что готовить?
– Все готовь! Все, что есть, все готовь!
– Куда так много? Тебе это за месяц не съесть! Ты привык наедаться впрок?
Дровосек вновь посмотрел на часы и покачал головой.
– У тебя осталось ровно два часа, а ты все трещишь без толку. Через два часа сюда приедут семь мужиков, и они все хотят жрать.
– Сколько мужиков? – не поверила я своим ушам.
– Семь, – как ни в чем не бывало, повторил дровосек.
– А что не десять? – истерично спросила я.
– Трое не смогли, – совершенно спокойно ответил он на мой вопрос.
Меня охватила паника, я достала из пакета бутылки дорогого коньяка, дорогую водку и тряслась, как в лихорадке.
– А что за мужики? Зачем они сюда приедут?
– Пожрать, – без всякой иронии сказал дровосек.
– Им больше жрать негде?
– Ну не только пожрать, но и выпить тоже. Они по мне соскучились. Мы в этом домике договорились встретиться.
А почему именно в этом домике? – От страха я совсем потеряла над собой контроль. – Неужели больше негде? Зачем тащиться в такую даль? Сейчас целая куча ресторанов, и не надо у плиты горбатиться. Встретились бы в городе, устроили банкет, погуляли по полной программе…
– Нельзя нам в городе встречаться. Такая встреча может стать последней… – Дровосек не сводил с меня глаз, по-прежнему держал ноги на столе, курил и наблюдал за тем, как я чересчур нервно режу мясо.
– Смотри, осторожнее ножом орудуй, а то сейчас пальцы себе отрежешь.
– Ты не ответил на мой вопрос. Почему вы не захотели собраться в городе?
– Потому, что ты задаешь мне слишком много «почему». А ты что так испугалась? Боишься, что одному мужику зубы скалила, а теперь придется всем восьмерым?!
– Мне
– А что так? Вдруг один из гостей окажется принцем на белом коне?
– Хватит, – оборвала я дровосека.
Я смазала противень маслом, разложила на нем мясо и уже спокойно повторила:
– Хватит.
– Смотри сама, – сказал дровосек. – У тебя был выбор. Могла в чулане сидеть. Ты сама не захотела. Поэтому готовь, а затем радушно встречай гостей, да покажи себя хорошей хозяйкой. Или в чулан пойдешь?
– Нет, – не раздумывая, замотала я головой.
Посмотрев на целую гору бутылок, я вдруг подумала, что, конечно же, очень рискованно прислуживать восьмерым изрядно подвыпившим мужикам, но этот риск стоит того, чтобы дождаться того события, когда эти мужики потеряют контроль, улучить момент и бежать прочь из от этого страшного дома. А вот сидеть взаперти в чулане и ждать у моря погоды действительно глупо и глупее не может быть.
– Смотри, мужики все судимые, – продолжал дровосек, – все без тормозов и чересчур шустрые. Ты их не пугайся, а то тебя одни их наколки могут напугать. Короче, они к тебе приставать могут. Мужики, одним словом, кобели. Сама понимаешь! Какому нормальному мужику бабу не захочется, да еще такую симпатичную как ты?
– Ты же говорил, что я на атомную войну похожа!
– Да это я так, пошутил. Ну эти гости могут тебя запросто трахнуть, только как они решат, все вместе или по очереди, не знаю.
– Что?! – Из моих рук выпал нож, которым я чистила картофель. – Что ты сказал?!
– Я говорю, что мужики все голодные, из зоны недавно откинулись. Конечно, каждому из них сразу теток подогнали, а кому и на зоне периодически подгон делали, но это не значит, что они от тебя откажутся. Такая дама, с такой аппетитной задницей…
Безнадежно опустив руки, я едва выговорила:
– Тогда лучше в чулан. Если они все такие крутые, что им женщин даже на зону привозили, то почему они сюда без женщин приедут? Ты бы им позвонил, сказал, чтобы с собой захватили. Все ж веселее бы было.
– Я им позвонить не могу.
– Почему?
– Потому что у меня телефон отключен.
– Ну так включи. Какая проблема?!
– Во-первых, у тебя слишком много «почему». Во-вторых, они уже выехали, и, по-моему, без баб.
– Ну так пусть по дороге захватят. Их же на трассе полно.
– Никогда меня не перебивай! – Дровосек наклонился и ударил кулаком по столу. – Не смей меня перебивать! Если мужик говорит, баба должна молчать!
– Еще скажи «ловить каждое его слово», – сказала я на свой страх и риск. – У тебя только и слышно: баба должна, баба должна… Баба всегда кому-то и что-то должна… А что мужик должен? Что за политика такая? И вообще я не баба. И никогда ею не была. Бабы, знаешь, где?