Разрывая кокон

Михалевская Анна

Он легко спрыгнул с камня, помахал на прощание и растворился в сумерках.

Может, все-таки призрак? Но кем бы парень ни был, я согласился с ним. Сам не мог терпеть грязь, мусор, хлам. Не потому что был слишком щепетильным, просто физически чувствовал пространство - еще до того, как позволил паучьей ипостаси выйти наружу. Бросить в лесу обертку было равнозначно тому, чтобы съесть падаль...

Сидел на камне, пока небо над морем не занялось багрянцем. К роящимся в голове вопросам добавился еще один: почему паук ринулся спасать парня? Ведь с ним ничего трагичного не произошло бы. Так видели глаза, но чутье подсказывало другое.

Долго

переводил взгляд с пачки сигарет на мобильный и снова на пачку. Закурить - позвонить Евгении - закурить - поз... Мне нравились эмоции Жени. Когда она радовалась, пугалась, злилась, смущалась, я чувствовал себя живым. Но, черт, девочка не должна ко мне привыкать. Я убрал мобильник с глаз подальше и достал из пачки последнюю сигарету.

Глава 7. Полина

Полина уставилась на возмущенно вибрирующий телефон. Экран высвечивал незнакомый номер. Десятый или девятый за последние полчаса. И неизвестно какой по счету за прошедшие пару дней. Подавив раздражение, Полина ответила на звонок.

– Полинка, привет! Это Вера, помнишь, мы учились вместе в художке? Слушай, не хочешь поучаствовать во флешмобе "Сюрреализм в каждом доме"? Одиннадцатого мая, в день рождения Сальвадора Дали мы перенесем одиннадцать репродукций самых известных картин художника на стены Одессы. Нужны добровольцы...

Девушка рассеянно дослушала восторженную речь Веры, так и не сумев вспомнить ее лицо. И, воспользовавшись небольшой паузой, пока активистка переводила дух перед очередным пассажем во славу сюрреализма, быстро вклинилась:

– Я занята, Вера. Пока.

Нажала "отбой".

Что им всем от нее надо?! Девушка опасливо глянула на телефон, будто тот мог взорваться у нее в руках. Откинулась на спинку скамейки, откусила кусочек булочки с маком, запила молоком.

Домой идти после работы не стала - давили тишина, воспоминания об Ите, отсутствие Артема и присутствие стеклянного гроба со спящей красавицей. Полина побаивалась куклу, хотя так и не смогла отнести ее в подвал, спрятала в дальний угол шкафа.

Она облюбовала скамейку в Горсаду. Под крышей ажурной ротонды играл духовой оркестр, над фонтаном зависла радуга. Не обращая внимания на брызги, снующих туда-сюда бронзовых от загара приезжих и иссиня-белых одесситов, танцевали двое. Старичок в золотистом мешковатом костюме и в блестящей ковбойской шляпе неспешно переставлял ноги, вторя своему внутреннему, не связанному с мелодией ритму. А между ним и фонтаном кружилась в танце женщина в красном платье со шлейфом. Женщине было немало лет, но старухой ее назвать язык не поворачивался.

Странная нелепая пара. Такая же, как ее жизнь. Может, в нелепости тоже заключался какой-то смысл? Может, но Полина его пока не нашла.

Ей звонили все. Те, кого она хорошо знала. С кем виделась пару раз. Кого совсем не помнила и с трудом представляла, через какую немыслимую цепочку знакомых люди могли заполучить ее телефон. Каждый от Полины чего-то требовал: душевного тепла, денег, заступничества, на худой конец - просто быть выслушанным. Незабвенный Семен Аркадьевич оказался лишь началом в череде абсурдных просьб. Ей настойчиво предлагали купить шампунь "Орифлейм", просили помочь племяннику сестры мамы одноклассницы найти учебник, посидеть с бабушкой, сходить на базар за редиской, перебрать все книги на складе магазина, подержать

намыленного кота... Сперва Полина бежала на помощь, но к вечеру поняла, что долго так не выдержит. Когда вчера возвращалась от Гренадера - они с Ларисой переклеивали в спальне обои (Гренадер и домашний уют - неправильное, невозможное сочетание!) - решила не брать трубку. Но быстро передумала - вдруг позвонит Тема с незнакомого номера? Приходилось отвечать на звонки и отказывать всем "просителям".

Полину учили другому. Не поможешь людям, не помогут тебе - вбивала Ита в ее голову с детства. Открываться она так и не научилась, а вот быть нужной умела. Не потому что хотела этого, просто не знала другого способа общения. Но иногда в душе поднимался протест. Полина чувствовала: внутри нее живет нечто большее, а показать она это не может. И бабочка давно бы взмахнула крыльями, но кокон никак не раскалывался. Никто не видел бабочку, все знали только пресного, скучного человека.

С Артемом было по-другому. Рядом с братом Полина оживала, а Тема, наоборот, успокаивался. Его друзья, конечно, косо посматривали на девчонку в компании "крутых пацанов", но постепенно смирились с обществом Полины.

Случалось, что буйный характер брата перетягивал весы, и они попадались на горячем. Один раз - в прямом смысле, когда подожгли во дворе кучу палой листвы и огонь перекинулся на деревья, спалив заодно табуретку дяди Макса. Ита задала трепку обоим! А иногда Полина одерживала верх, и Артем, забыв про своих мальчишек, завороженно слушал ее вольный пересказ "Острова сокровищ", "Таис Афинской", "Всадника без головы"...

На лето друзья разъехались, и они вдвоем слонялись по высушенному жарой двору. Полина рисовала на плитах, Тема стучал мячом о стенку гаража.

Она услышала приглушенный крик. Повернулась.

Старшеклассники, подростки из соседского двора, обступили восьмилетнего Темку.

– Чо, пацан, допрыгался? Хорэ выеживаться, гони стольник!

Квадратный качок по кличке Медведь запустил пятерню в сальные волосы, на рубашку посыпалась перхоть.

Второй, Шакал, длинный и нескладный, чемпион школы по волейболу, крутил в руках цепь и пустым взглядом смотрел куда-то поверх головы Темы.

Полина огляделась - никого! Завтра у брата день рождения. Ита дала деньги на подарок. Ей. А Темка выпросил. Дурень! Он же не умеет драться, вечно с синяками ходит!

Она разозлилась - по-настоящему. Редкий случай!

Подбежала, дернула Медведя за рукав. Округлились Темины глаза.

Старшеклассник неспеша развернулся. Криво усмехнулся.

– Я...
– начала Полина, ее голос звучал глупо и тоненько, - я только хотела спросить...
– Она лихорадочно соображала, что говорить дальше.
– Слушай, ты шампунь не хочешь поменять? А то перхоть - это некрасиво...

Вальяжный огонек в глазах сменился опасным, парень сжал губы.

– Ах ты ж, сука...

– Отой-ди-от-мо-его-бра-та!
– Полина вложила во взгляд всю ненависть, что клокотала внутри. Страха не было. Воздух стал плотным и Полина чувствовала, как он искрится невидимыми молниями.

Вероятно, Медведь почувствовал что-то похожее. На шаг отступил, застыл в растерянности. Шакал перестал крутить свою цепь.

– В милицию уже звонить, или сами разойдетесь?- раздалось за спиной.

Полина еще никогда не видела тщедушного Бершадского в таком гневе.

– Вон отсюда!

Лишнее напоминание. Старшеклассники моментально смылись.