Разрушенный
Шрифт:
– Я не знаю, буду ли я когда-нибудь по-настоящему счастлив.
– Жить без Елены, даже если я буду жить один рядом с родительским домом, звучит одиноко.
– Чушь. Тебе нужно только найти то, что заставляет тебя чувствовать это. Если это не гонки, то так тому и быть. Если это означает вернуться в Лондон и жить дальше, то так тому и быть. У тебя достаточно большой банковский счет, чтобы не работать больше ни дня в своей жизни.
– Самый большой.
– Я подмигиваю ему.
Лиам смеется до самого потолка.
– Все, что я знаю, это то, что я буду скучать
Пот заливает мою спину, когда двигатель жужжит у моего позвоночника. Свет выключается передо мной. Я нажимаю на педаль и отрываюсь от трассы, позади меня раздается визг шин. Моя машина преодолевает первый поворот, прежде чем мой наушник зажужжал от активности.
– Эй. Не сбавляй темп и следи за шинами. И следи за Ноа, потому что он хочет прокатиться на твоей заднице.
Я слежу за Ноа все время гонки, стараясь не давать ему возможности обогнать меня. Поворот за поворотом мы сражаемся за первое место. Один раз он вырвался вперед, но я отбил его после удачного пит-стопа.
– Ты слишком широко поворачиваешь в третьем повороте, - говорит инженер по командному радио.
Мое дыхание становится все тяжелее, я продолжаю двигаться к финишной черте. Мимо меня проносятся толпы людей, кричащие, когда мимо пролетают мчащиеся машины.
Ноа приближается к моему заднему крылу, но я нажимаю на педаль газа и пролетаю еще один круг. Последний круг по трассе, и я должен довести свою машину до предела.
Крис снова дает о себе знать.
– Спокойно. Не облажайся на последнем круге.
Я концентрируюсь на трассе передо собой, слежу за зеркалами, доводя болид до предела. Поворот за поворотом я сохраняю лидерство, не давая Ноа места, чтобы обойти меня. С последним поворотом я вырываюсь на финишную прямую Гран-при.
Фейерверк взрывается, когда я проезжаю клетчатый флаг. Звуки ревущей толпы вызывают у меня улыбку, когда я бегу по трассе на круг охлаждения.
– Ты, блядь, сделал это. Черт, ты двукратный Чемпион Мира. Хорошая работа, Кингстон!
– кричит Крис.
Я вскидываю кулак в воздух, наслаждаясь последним кругом своей карьеры.
Елена, мать ее, Гонсалес, во плоти. Она улыбается мне и машет рукой, на ней футболка Маккой моим номером. Лиам, Софи, Майя и Элиас стоят рядом с ней, подбадривая нас.
Какого черта она здесь делает? Но самое главное, почему она улыбается мне так, будто я повесил для нее гребаную луну?
Я пытаюсь не обращать на нее внимания, пока Ноа обливает меня шампанским, но мои глаза каждый раз находят ее. Когда они вручают мне мой трофей, я улыбаюсь ей и поднимаю его в воздух. Толпа приходит
Дикторы объявляют об окончании празднования, и я ухожу со сцены. И смотрю на нее. Долгим долгим взглядом, задаваясь вопросом, чем, черт возьми, я заслужил ее посещение моего финального Гран-при, несмотря на все, что я сделал. Я иду к ней, впитывая ее в себя, как земля в разгар ливня после годичной засухи.
– Привет.
– Она одаривает меня небольшой, нервной улыбкой.
– Что ты здесь делаешь?
– я борюсь со своей улыбкой и терплю неудачу.
– Я хотела посмотреть, как выглядит Чемпион Мира вблизи и лично. Подумала, что стоит проверить, соответствует ли финальный подиум шумихе.
– Он соответствовал твоим стандартам?
– Не совсем. Честно говоря, я ожидала лучшего фейерверка.
Я качаю головой. Какого хрена она здесь делает?
Она хватает меня за руку и оттаскивает от друзей. От нашего соприкосновения по моей руке пробегает искра энергии. У меня возникает искушение отстраниться, но я позволяю себе помучиться.
Хотя я рад ее приходу - даже счастлив - я не могу точно выразить это. Я стою наготове, пока она протаскивает меня сквозь толпу, а затем ведет к темному дому на колесах.
– Ты не должен выглядеть так из-за того, что я здесь.
– Она прижимает ладонь к моей щеке.
Я прислоняюсь к ней, жаждая ее прикосновений, как и подобает чертову мужчине. Что плохого в нескольких минутах ее внимания, даже если я знаю, что это опустошит меня, когда она уйдет?
– Я счастлив, что ты здесь. Честная, блядь, правда.
– Ну, это облегчение. Я не была уверен, проигнорируешь ли ты меня или поцелуешь.
Я молчу, потому что боюсь, что мои слова выдадут то, что я действительно чувствую к ней. Как бы я ни желал, чтобы она была здесь, это не то, что должно произойти.
Елена вздыхает.
– Я могла бы покончить с этим.
– Она проводит большим пальцем по моей щетине, прежде чем отстраниться.
– Во-первых, ты самый разочаровывающий человек, которого я когда-либо встречала. Ты специально оттолкнул меня, и если ты еще раз так поступишь со мной, я буду угрожать телесными повреждениями.
– Я не знаю, что…
Она прижимает палец к моим губам, заставляя меня замолчать.
– Оставь эту чушь для кого угодно, только не для меня. Я знаю, Джакс. Я знаю обо всем этом.
– Ее голос становится мрачным, она смотрит на меня со слезами, отражающимися в ее глазах.
– Что ты имеешь в виду?
– Я знаю, что ты не получил тех новостей, которых хотел. Я знаю, что ты говорил все ужасные вещи, чтобы заставить меня убежать. Что ты каким-то образом заставил Коннора выплатить мне зарплату за весь год, несмотря на увольнение, и что Бандини наняли меня благодаря твоим связям. Ты изо всех сил старался убедиться, что мне будет хорошо без тебя, хотя на самом деле это было не так. Тебе больше не нужно притворяться, что у тебя все хорошо. Я не хочу этого. Я хочу с тобой и хорошего, и плохого, и всего, что между ними.