Разрушь преисподнюю!
Шрифт:
– Видал я такие разговорчики. Уволю к лешему.
– Ха! – сказала Даша. – Кого уволишь – Дашеньку?!
Лежащий рядом с машинкой телефон зазвонил. Глеб в досаде выдернул испорченный лист, скомкал и взял трубку.
– Доброе утро, лорд Грин! – произнес по-английски знакомый голос. – Простите, что беспокою, но мне известно, как рано вы встаете.
Глеб возвел глаза к потолку.
– Опять ты за свое, Ричард! – буркнул он по-английски. – Оставь этих «лордов» и «баронов». Если уж ты меня беспокоишь,
Заинтересованная Даша прижала к трубке ухо. В голосе барона Мак-Грегора прорывалось едва скрываемое волнение.
– Майкл, не могли бы мы встретиться?
– Зачем?
– Видишь ли… я не хотел бы об этом по телефону.
Глеб вздохнул.
– До середины дня, Ричард, я занят…
– Превосходно, – ввернул барон, – давай встретимся в четыре у меня в номере. Согласен? Много времени я не отниму.
Глеб и Даша переглянулись.
– Нет уж, – обреченно произнес Глеб, – встретимся в фойе «Метрополя». В четыре часа. Но, Ричард, ты обещал: ненадолго.
– Конечно, Майкл, – обрадовался барон. – До встречи. – Из трубки послышались гудки.
Зеленые глаза Даши смотрели внимательно.
– Что у него за проблемы?
Глеб пожал плечами.
– Может, сорвалось ограбление музея.
Даша фыркнула.
– Брось. Серьезно?
– К чему гадать? Узнаем. – Глеб вновь принялся печатать.
Даша взглянула на часы.
– Скоро нам выходить.
– Угу, – подтвердил Глеб.
Даша прошлась по кухне.
– У школы небось меня поклонник ждет.
– Извинимся. – Глеб барабанил по клавишам. – И оплатим ему вынужденный простой.
– Наверняка он с цветами, – предположила Даша. – Какие были розы!
– Надеюсь, – отозвался Глеб, – сегодня он с бриллиантами. Должно же быть какое-то развитие.
Даша обняла его сзади.
– А ты, морда, не дарил мне ни цветов, ни драгоценностей.
Глеб хмуро изучал напечатанный текст.
– Оно тебе надо?
– А то! – вздохнула Даша. – Хочу купаться в бриллиантах.
Глеб с усмешкой на нее покосился.
– От этой мании, Лосева-Грин, легко излечиться. – Прикрыв глаза, он слегка задержал дыхание.
– Что ты задумал? – насторожилась Даша.
В этот момент из ванной послышался грохот, не смолкавший несколько секунд. Когда шум прекратился, Даша взяла Глеба за уши и развернула к себе.
– Слушай, ты ведь знаешь: я трусиха.
– Загляни туда, не бойся, – предложил Глеб.
Выйдя с кухни, Даша опасливо приоткрыла дверь ванной и включила свет… Из груди ее вырвался возглас, не поддающийся описанию. Понять ее было можно, ибо зрелище оказалось не для слабонервных.
Ванна до краев полна была ограненными драгоценными камнями всевозможных цветов и оттенков: от черного до фиолетового. А
– Что это? – бестолково спросила она.
Глеб не ответил: он печатал на машинке.
Даша проорала:
– Что это такое, морда?!
Стук машинки примолк.
– Только бриллианты, рубины, изумруды и сапфиры, – отозвался голос Глеба. – Загляни в туалет.
Даша выполнила это указание. Затем издала нервный смешок, перешедший в хохот. Унитаз, насколько Даша понимала в семечках, был из чистейшего золота и по окружности инкрустирован все теми же драгоценными камнями.
Сгибаясь от смеха, Даша кинулась на печатающего Глеба.
– Убери это, засранец! – колотила она его по спине. – На них же задницу расцарапаешь! Верни фарфоровый унитаз!
Глянув на часы, Глеб присвистнул.
– Все, помчались! Не то Зинаида в асфальт меня закатает.
– Любовь моя, убери все на фиг! Или я засуну тебе эти бруллики…
Возникший шум был теперь едва слышен.
– Убрал, Даш. Бежим. – Глеб ринулся в прихожую и надел куртку.
Даша, однако, заглянула в туалет и в ванную. Убедившись, что все вернулось на свои места, она посмотрела мужу в глаза.
– Ты ведь знаешь, что я пошутила.
Глеб кивнул.
– Разумеется. Я лишь укрепил твой дух.
– Дух?! – Смеясь, Даша вышла на лестничную площадку. – Это называется «укрепить дух»?!
Глеб подтолкнул ее к лифту.
– Шевелись. Опять опаздываем.
Когда они вышли из подъезда и сели в «жигуленок», Даша произнесла со вздохом:
– Знаешь, чего мне жаль?
– Чего?
– Что Сычовой ни камушка не досталось. Могла бы, дура, хоть ведерко ей насыпать.
Выехав из подворотни, Глеб сказал:
– Дело поправимое. Может, и насыпешь к Рождеству.
На одном из московских задворков капитан Сычова и майор Калитин затаились в красном «Москвиче». Сутулясь за Рулем, Калитин поглядывал на часы.
– Уверена, что не кинет?
Упираясь коленом в «бардачок», Светлана отмахнулась.
– Не дергайся, Леш. Раз он сам на меня вышел, значит, какую-нибудь информацию сольет.
– Думаешь, дельное что-то?
– Ой, Калитин, нам бы хоть шерсти клок! На месте топчемся!
– Это верно, – вздохнул Алексей. И в «Москвиче» повисла тишина.
Вскоре, однако, из-за контейнеров с мусором вынырнул небритый субъект в спортивном костюме и вязаной шапочке. Двигался он крадучись, будто в шпионском боевике. Светлана перевела дух.