Разоблачение
Шрифт:
Интересно, Бен может лечить эмоциональные проблемы? Есть ли какой-то способ воздействовать на молекулы, чтобы люди перестали грустить?
Сомневаюсь.
Я смотрю на гроб, задрапированный в американский флаг, и краем глаза замечаю Бена. На его лице грусть, но не такая, как у всех. Как бы мне хотелось сейчас к нему подойти! Но рядом с ним Элайджа и Рид с родителями, они стоят в толпе, со всеми остальными.
Только вот смотрят они втроем на меня.
10:06:23:12
Генерал-лейтенант американской армии,
Глаза щиплют, я почти ничего не вижу.
Я смотрю на небо, когда они опускают гроб в землю. Это конец.
Я не могу смотреть.
10:05:56:29
– Джи, мне нужны документы, что ты забрала из стола твоего отца, - говорит он.
– Какие документы?
– сердце бьется в ускоренном режиме, я делаю все еще хуже, чем уже есть. Страз сильно переживает смерть отца, он плохо выглядит - такое ощущение, что уже несколько дней не расчесывался, костюм мятый, галстук завязан кое-как. На самом деле ему нужна жена, но он живет одной работой.
– Я не знаю, что именно ты взяла, но ты должна это вернуть.
Я киваю, он прав. Кто я такая, чтобы изображать из себя супергероя и пытаться решить вопросы, над которыми не один день работало ФБР? В конце концов, у ФБР больше сил и ресурсов. О чем я думала?
И я уже почти готова все рассказать Стразу, как замечаю Барклая. За ним должок! Я совсем о нем забыла!
– Джи?
– зовет меня Страз.
И теперь я не думаю о том, как плохо ему, я думаю о том, сколько он от меня утаивает под предлогом, что я не должна это знать.
– Может, когда ты снизойдешь и расскажешь мне подробности смерти отца, тогда пропавшие документы мистическим образом объявятся на своих местах!
– я даже не пытаюсь говорить мягче.
Самое противное, что никто так и не рассказал мне ничего, и пришлось просить Алекса шпионить и подслушивать информацию.
Поэтому сначала я должна разузнать все сама. И я добуду часть информации от Барклая. Вряд ли Бен тоже во все это замешан, но я должна быть уверена. И только после всех этих ответов я расскажу все Стразу.
– Заберу маму и брата домой, а потом, наверное, напьюсь, - на секунду я забываю, что Страз не только друг, но и представитель закона.
– Боже, Джаннель, это же не выход из ситуации, - он думает, что я серьезно.
– Ты думаешь…
Я хватаю его за руку и собираюсь дать какой-нибудь резкий ответ, но как только слышу последнюю фразу, говорю совсем не то, что планировала. Мне стыдно, но это правда.
– Я была так зла на него!
Я понимаю, почему он так удивлен. Отец был великим человеком. Он обожал нас, любил свою работу. Он делал людей счастливыми.
Я киваю, и слезы льются из глаз. Когда я уже перестану плакать?
Я перевожу взгляд на маму, которая до сих пор в коматозном состоянии, Страз делает то же самое. Он сразу
– Малышка, - Страз делает шаг ко мне, но я отстраняюсь.
– Мне надо было, чтобы он о ней позаботился, я сама не справлялась, - я опять начинаю плакать.
На этот раз Страз все-таки обнимает меня. Мое тело трясется, мне ничего не хочется, я просто выплакиваю ту грусть, что скопилась во мне за эти дни.
10:05:48:45
Минута за минутой, а я все еще в объятиях Страза, который продолжает гладить меня по волосам и повторять, что все будет хорошо.
У Страза нет ответа, поэтому мы идем домой, чтобы принять еще пару сотен соболезнований.
И не важно, что дома каждая мелочь кричит о том, что отца больше нет.
09:17:34:28
Наконец, уходит последний гость и все, что мне сейчас надо - это забыть этот кошмарный день.
Поэтому мы идем на вечеринку Чада Брэндела.
– Не суетись, просто попытайся отдохнуть, - я протягиваю Алексу бутылку пива.
– Я не настолько общительный, - отвечает он, но я делаю вид, что не слышу.
Чад Брэндел никогда ни под кого не подстраивается, он живет по своему расписанию, поэтому я даже и не думаю обижаться, что он не захотел переносить ежегодную вечеринку “обратно в школу” с той самой ночи, когда похороны отца, на другой день.
Ночь на понедельник. Где его родители? их даже нет в городе. Он - старшекурсник, который посещает всего два класса, один из которых - керамика.
Пару дней назад у нас было идеальное свидание. И сейчас мы должны были бы смеяться, краснеть и чувствовать своего рода секрет.
Но мой отец мертв.
– Неа, - мне не надо оборачиваться, чтобы узнать голос Кейт.
– Это важно.
– Как неожиданно!
– все, что говорит Кейт, все важно.
Забавно, это же дом Чада Брэндела, именно здесь произошла та вечеринка, после которой я проснулась в чужой машине. Но этого не повторится, сегодня со мной Алекс.
Я двигаюсь сквозь толпу, хотя даже и не знаю, куда иду. Бена я уже потеряла, но это и к лучшему, потому что сегодня он может поменять обо мне мнение. Я игнорирую соболезнования, я не могу уже их слышать.
Алекс променял меня на Кейт и сейчас о чем-то нежно с ней шепчется, а я сижу на диване с очередной бутылкой пива, первые не дали того эффекта, что я хотела. Рядом со мной Рид, видимо, тоже запивает грусть.
Он на диване один, в окружении пивных бутылок. Кроме Элайджи и Бена у него полно друзей, кажется, он даже встречался с кем-то, но сейчас рядом с ним только я.
– Эй, - окликаю его я.
Он кивает, что я расцениваю как “привет”.
– Почему ты пришла?
В его руках пиво, на меня он не смотрит, но вопрос явно относится ко мне.