Разные полюса
Шрифт:
Он уронил меня на кровать, и я впилась ногтями в его плечи. Я немедленно кинулась подталкивать себя вверх, чтобы бежать, но он схватил мои руки и прижал меня к кровати. На его лицо вернулось сердитое выражение, и я почувствовала, как моя кровь похолодела, интересуясь, что если Карсон Мэтьюз, мужчина, которого я ставила на пьедестал последние три года, собирался меня изнасиловать.
– Ты спишь со мной и точка! Мне плевать, если придется прижимать тебя к чертовой кровати всю ночь! Мы собираемся пожениться, так что мы будем вести себя как нормальная супружеская пара! – вскричал он, а его лицо покраснело от гнева.
Я
– Отвали от меня! Отпусти! – кричала я. Он крепче сжал мои запястья, хмурясь на меня. – ПОШЕЛ НАХЕР ОТ МЕНЯ! – закричала я. Я продолжила пытаться освободиться, но это было безрезультатно. В конце концов, я просто сдалась, все еще оставаясь под ним, рыдания ломали мое тело, заставляя меня задыхаться.
– Я ненавижу тебя, – захлёбывалась словами я.
– Я знаю.
– Я ненавижу тебя за то, что заставил меня все это сделать, Карсон, – прохрипела, сжимая глаза и пытаясь остановить рыдания.
– Ты говорила.
Я повернула от него свое лицо и просто лежала под ним, заставляя себя перестать плакать. Я не могла с ним бороться; если он собирался использовать мое тело против моей воли. Я полагаю, он думал, что это положения дало начало заняться этим прямо сейчас.
– Если ты собираешься изнасиловать меня, то просто сделай это, – прошептала я, мой подбородок задрожал.
– Изнасиловать тебя? – выдохнул он. – Какого черта, Эмма? Я бы не стал... ты с ума сошла?
Он, наконец, отпустил меня, отталкиваясь, после чего посмотрел на меня в недоумении. – Серьезно? Ты думаешь, что я это сделал бы? – спросил он, очевидно задевая мои предположения.
Я громко шмыгнула носом, вытирая свои слезы, когда он отодвинулся и сел на кровать рядом со мной.
– Я не знаю тебя больше, Карсон. Может быть, я никогда тебя и не знала. Карсон, которого я знала, не заставлял меня делать это. Он бы не стал угрожать моей дочери. Он не позволил бы мне почувствовать себя грязной шлюхой каждый раз, когда он смотрел на меня.
Я посмотрела на него сквозь размытые глаза, его лицо смягчилось, он покачал головой и устроился рядом со мной, обернув свою руку вокруг меня, и прижал меня к себе.
– Не плачь, – прошептал он, мягко поглаживая мои волосы. – Ты знаешь меня. Извини, но это то, что должно было произойти. Ты не будешь всегда ненавидеть меня. Я могу сделать тебя счастливой, если ты просто позволишь мне это. Я дам тебе все, что вам троим будет нужно. Я буду самым лучшим отцом в мире.
Из-за того, что он сказал, это было новой пощечиной, которая показывала мне, что он делал это только ради Саши, а не для меня. Если бы он просто сказал, что хочет меня, что я ему нравлюсь, что я заставляю его улыбаться, хоть что-нибудь...
Я не могла говорить. Я перекатилась на живот, отвернувшись от него, когда сжалась в комок, поджимая колени к груди, и снова зарыдала. Позади меня, он глубоко вздохнул и вылез из постели. Спустя несколько секунд, на меня было накинуто мягкое одеяло, которое он подтянул мне под подбородок, прежде чем нагнуться и оставить мягкий поцелуй на моей голове. Его прикосновение было настолько похоже на Карсона, в которого я влюбилась, от этого мое сердце разбивалось еще сильнее.
– Я пойду спать в другую комнату. Можешь занять эту, – тихо пробормотал он, после чего послышались
14 глава
Мне потребовалось чрезвычайно много времени, чтобы уснуть. Вокруг было слишком тихо, никаких криков с улицы в середине ночи, ни приезжающих и уезжающих машин с автостоянки, ни играющей музыки в соседней квартире. Дом Карсона был совершенно молчалив. Я ненавидела это. Несколько часов я лежала там, перебирая все, что произошло, обдумывая, как сильно изменилась моя жизнь в течение двадцати четырех часов. Раздумывала о том, как быть женой Карсона. Это так смущало меня, что я даже не знала, как это воспринимать. Я хотела быть его женой больше, чем что-либо в мире; я хотела жизнь, которую он нарисовал для нас четверых, нас вместе с ним, балующих Рори и Сашу. В то же время, я ненавидела мысль стать его женой. Он не любил меня; следовательно, он не оставит свои плейбойские дела, что станет унизительным как и для меня, так и для Саши. У меня не было идей на счет того, как я должна была справляться, видя его фотографии с другими девушками. Саша должна будет немного подрасти, чтобы в некоторый момент понять это. Я не сомневаюсь, что в долгосрочной перспективе она начнет обижаться на него; его выходки запятнают имя всей семьи и в конечном итоге ей также станет неловко.
Я почти представляла это: моя жизнь будет одним долгим, мучительным и унизительным адом. Куда бы я ни пошла, люди будут смотреть на меня свысока. Я не хотела бы стать той, кто не сможет удовлетворить своего знаменитого мужа, и позволить ему гулять со всеми женщинами. Я бы не смогла ничего сделать с этим, кроме как стоять и смотреть, из-за страха потери своей дочери. Я бы стала посмешищем, и худшее, что было частью меня – это желание, потому что я все еще сильно его любила. Я серьезно была бесполезным куском дерьма.
Грусть поглотила меня до точки, из-за чего я так много проплакала, что мои слезы высохли, и я осталась там, икая, и с мокрым беспорядком на лице. Я думала, что попала в удручающе положение, когда была беременна и одна, но это все больше и больше становилось ужасней, чем я когда-либо считала возможным. Я чувствовала себя внутри мертвой, как будто мое сердце было безвозвратно разрушено и больше никогда и ничего не сможет это исправить. Когда я проснулась утром, глаза щипало от усталости. Звуки стука и сверла заполнила мои уши, поэтому я приподнялась, замешкавшись на секунду, осознавая, где я нахожусь, вспоминая мелкие подробности моего затруднительного положения. Мой пристальный взгляд опустился на будильник, и я была потрясена тем, что было уже одиннадцать утра. Я не просыпалась во столько с поры родов, почти два года назад.
Я долгое время сидела в постели, просто слушая шум блуждающих вокруг людей в комнате рядом со мной, люди разговаривали и передавали инструкции. Когда я уже не могла сидеть, не зная, что происходило, я вытолкнула себя из постели и огляделась в поисках чего-то, во что я могла бы переодеться. Прошлой ночью я уснула в своей одежде, поэтому я была уверена, что выглядела в полном беспорядке. Я понятия не имела, где Карсон положил мой мусорный мешок, полный пожитков. После своих собственных поисков мешка, я рискнула заглянуть через дверь, которую Карсон указал как гардероб. Мои глаза в шоке расширились. Дорогая, дизайнерская одежда висела рядами по цветовой гамме с обеих сторон комнаты. Хотя там, вероятно, было достаточно одежды, чтобы надеть, а потом выбросить, но в шкафе все еще было место, впору подходящее моему маленькому, ограниченному гардеробу.